Страница 42 из 126
— Нет, товарищ генерал, это невозможно! Ребята в аквалангах пытались, но ведь сквозь капиллярное сито фильтров как вода не просочишься. Там та же сте-на, что и сверху, на поверхности.
Тогда у нас пока единственная задача — организовать круговой «капкан» всеми имеющимися у нас силами, так чтобы наружу мышь не проскочила. Будем ждать! Надеюсь, не самого худшего!
В этот момент телефонный звонок чуть скомкал завершение беседы. Игнатьев внимательно выслушал, сказал: «Сейчас буду!» Опустив трубку на рычаги, обратился уже к Букограю: «Я на радиоузел! Срочная шифрограмма из столицы! Генеральским кодом! Дождитесь меня, полковник, обсудим меры на самый, что ни на есть нежелательный вариант!» С этими словами он поспешно вышел за дверь кабинет. Платонов вопросительно взглянул на Букограя.
— Мне опять к людям науки?
— Да! Тебе сейчас находиться с ними — самое полезное для нас дело! — Букограй задумался. Срочная секретная шифрограмма, да еще кодом, доступ к которому имеет даже не каждый генерал, настораживала в не зависимости оттого, что содержала.
20
Разум человека сильнее его кулаков
На какой-то момент Николай перестал быть самим собою. В мозг вторглось чужое сознание. Произошло слияние сознания Николая и сознания «машины». Да мыслящий механизм, вторгшийся в его мозг, имел свое сознание. Причем не чисто механическое сознание — в нем явственно присутствовали оттенки эмоций, свойственных любому мыслящему существу, не совсем, и не всегда понятных ему эмоций, если конечно можно назвать эмоциями эти суррогатные эманации. Но основной их настрой Николаем, вернее, его сознанием, существовавшим сейчас, как бы помимо него, улавливался. Сама его сущность стояла как бы чуть в стороне, и одновременно являлась составляющей нового, можно сказать гибридного объединенного сознания. Это гибридное сознание, получившееся в результате вторжения мыслящего механизма в его мозг, обогатило Николая массой информации, которую он пока, так вот, сходу не в силах был переварить. И в то же время, процесс познавания понесся бурным потоком. Как-то помимо его воли, как бы со стороны и в то же время, прямо в его голове, казавшейся сейчас вместилищем гигантского живого шара, состоящего из мозговой ткани, нейронов и прочего, в стремительном темпе, который невозможно пересказать за аналогичный период времени, состоялся странный диалог. Диалог внутри его головы, который можно передать только в весьма упрощенном, даже примитивном виде. Кого и с кем? Диалог между полушариями мозга? Или же все-таки разговор между сознанием Николая и сознанием мыслящей машины? Разговор двух сознаний происходящий на немыслимой скорости, на скорости мысли. Николай уже прекрасно осознавал, что по внешнему времени он не занял и долей секунды. И все же голос мыслящей машины воспринимался как наполненный гаммой отчетливо металлического тембра — то стали, то звоном серебра, то чуть глуховатым уханьем молота по чугунной наковальне. Сначала этот разговор нельзя было назвать диалогом — скорее это был монолог вторгшегося непрошенного гостя.
«— Первый разумный представитель планеты, сумевший проникнуть в центр управления нашего разведывательно-торпедного катера! — Он не произнес словосочетания «торпедный катер», но именно оно смогло заменить название, наиболее функционально близкое к аналогам земного морского флота. Хотя на самом деле космический аппарат пришельцев по своим функциональным возможностям отличался от торпедного катера военного флота любой земной державы, как автоматизированная ткацкая фабрика от примитивной прялки начала человеческой цивилизации. — На всем пути по Вселенной нигде и никогда, ни на одной из планет, а нами покорены сто двадцать две звездные системы со ста семьюдесятью восьмью кислородными планетами, нам не встретилось такого упорного сопротивления. Как правило, выполнение миссии завоевания аналогичного по размерам города заканчивалось в течение десяти, двенадцати часов. Здесь же вы почти победили…. Твоя воля, изобретательность, интуиция позволили преломить ход вторжения. Но мы не должны быть врагами! Ты чужой в этом пространстве-времени. Также как и мы! Основные наши силы вторжения остались в твоем родном пространственно-временном континууме. Здесь в отличие от нас присутствует только твоя психоматрица, принадлежащая нашей общей реальности. В результате досадного столкновения с туземным космическим аппаратом, мы оказались в этом мире, параллельном действительному, и как отголосок этой катастрофы твоя мыслеформа оказалась здесь».
И Николаю было показано…
Вселенная бесконечна и необозримы ее просторы. Множество метагалактик, галактик, туманностей и других звездных скоплений. Не поддается счету то количество планет, обращающихся вокруг звезд. И великое множество этих миров, планетных систем или хотя бы одной единственной планеты в одной из солнечных систем имеют условия для зарождения жизни на основе кислорода, или другого благоприятного для этого газа. В процессе эволюции множество жизненных форм имеют шансы на развитие разума. Разум же в своем, в том числе и техническом развитии проходит различные стадии общественных отношений и устремлений.
Какие-то цивилизации, довольствуясь своей солнечной системой, закукливаются в ней, укрывшись сферой, не выпускающей малой толики энергии своего центрального светила. Такие цивилизации функционируют в такой системе до последнего, купаясь в энергии и уже не помышляя и не мечтая даже о возможности выхода за ее пределы. И так до тех пор, пока не заканчивают свое существование.
Другие же цивилизации, идут все дальше и дальше в стремлении экспансии своего образа жизни. И для этого требуется все большее количество ресурсов. Но в таких случаях уже в скором времени ресурсы своей солнечной системы истощаются, начинается покорение сначала ближайших звездных систем, а потом все далее и далее…, уже не обращая внимания на то, что где-то им может встретиться другая цивилизация, имеющая больше прав для развития на своих планетах. И тогда начинаются звездные войны…. Армады боевых звездолетов наполняют межзвездное пространство, пытаясь отстаивать свои и только свои, понятные только для самих себя, интересы. Развертываются титанические сражения, в беззвучных вспышках гибнут звездолеты и мыслящие существа. Обломки звездных кораблей заполняют целые области космического пространства. Флоты в ходе сражений рассеиваются, иногда теряются в звездных далях.
Отставший от своей эскадры огромный, пострадавший в межзвездной битве, очень похожий на малую планету, космический корабль, вторгся в зону космического пространства системы желтого солнца. Этот корабль-матка, несущий в своей утробе множество всевозможных по размерам планетолетов различного военного назначения, имел вид гигантского сферического диска и предназначался для завоевания и покорения, а в последствии для перестройки планетных систем. Он плавал среди множества больших и малых спутников шестой планеты желтого солнца, которые обращались вокруг нее, образуя плоское кольцо. Облюбовав один из спутников, имеющий в свою очередь два своих сателлита, сфероид произвел сближение и опустился, скрывшись в глубине огромного кратера. Несмотря на гигантский размер кратера, сфероид совсем не потерялся в нем, заняв две трети его объема. Нельзя даже предположить реакцию астронома Джованни Доменико Кассини, открывшего этот спутник еще в 1684 году по летоисчислению аборигенов третьей планеты от солнца, и присвоивший спутнику название — Тефия, узри он этот сфероид и, прикинув на глаз его размеры. Ибо кратер, обнаруженный на спутнике и получивший имя Одиссей, был шириной около четырех сотен километров. А сейчас он послужил свое-образным, не совсем просторным ангаром для пришельца из звездных далей. От межзвездного скитальца отделились девять космических аппаратов в виде приплюснутых круглых фишек, и направились каждый к одной из всех девяти планет солнечной системы.