Страница 15 из 126
Николаю вспомнилось, как он провожал по этим темным улицам Татьяну, когда они еще не были женаты. Но тогда темнота не была такой глубокой, как сейчас — тогда светила луна, да и звезды в черном с синевой небе. Тогда темнота им даже нравилась, а сейчас….
До известного Николаю дома оставалось не более двухсот метров, когда он пе-рестал что-либо видеть впереди. Выругавшись про себя не совсем приличным сло-вом, Николай резко затормозил. В окулярах «кошачьего глаза» мерцал ровный зеле-ный фон. Дороги впереди видно не было.
«Испортился, что ли?» — Подумал Николай о ноктовизоре но, повернув голову, увидел очертания зданий по левой стороне улицы. — «Получается, прибор исправен! Значит дело в чем-то другом?»
Тогда он рискнул включить фары сразу на дальний свет, не забыв при этом убрать с глаз ноктовизор. Щелкнул переключатель и яркий свет залил путь впереди: изгородь из штакетника палисадника ближайшего дома, побитый грузовиками серый асфальт и…, обрывался метрах в десяти. Именно обрывался, не отражаясь ни от чего, и не освещая ничего далее. Такого Николаю видеть никогда не приходилось — и он даже не мог представить, что такое может быть. Не представлял, как такое может выглядеть — и вот теперь видел, даже не представляя механизма явления.
«Кажется, приехали!» — С сарказмом подумалось ему. Захватив автомат и дозиметр, Николай выбрался из машины. «Посмотрим поближе, что это за «ерундовина»», — Думал он, медленно продвигаясь вперед. Николай не мог признаться даже самому себе, что ему спокойно дался этот десяток метров. С каждым шагом тело покрывалось потом, и он не думал, что это объяснялось только закрывающим доступ воздуха комбинезоном. Скорее это было реакцией на неизвестность.
И вот он, наконец, у самой границы света. Да, свет здесь упирался во что-то. Упирался, не отражаясь. Взглянул на шкалу дозиметра — показания оставались в пределах нормы. Николай подобрал камешек и бросил его в это «что-то». Со звонким, сходным с ударом о толстое стекло, звуком, камешек отскочил. Показания дозиметра не изменились. Руками трогать эту «стеклянную» стену он благоразумно не решился. Да и к чему? Было ясно, что пути дальше нет.
Его смутные догадки подтверждались. Это была граница, запертая граница зоны, не известных пока размеров и конфигурации: круг, квадрат, эллипс? Можно было только предположить, что сферы, черным куполом закрывающей город. «Получается — мы внутри сферы? — Думал Николай. — Почему у меня именно такое предположение? Интуиция? Возможно! Сфера — самая рациональная объемная геометрическая фигура, позволяющая экономно прикрыть любой участок поверхности. Словно волдырь! — Пришла на ум ассоциация. — Нарыв на теле нашей планеты! Или прыщ! — Вот как можно это назвать. Нарыв неземного происхождения». В этом-то он уже не сомневался. Ни одно государство на Земле не могло обладать технологиями, способными упрятать под купол целый город. И не одно государство не смогло бы после этого истреблять население совсем неизвестными способами: сначала «эпидемия», потом «слизь»!.. На ум пришла догадка, выпрыгнувшая формулировкой: «мгновенное нарушение межклеточных связей» — вот что это могло быть. Но в биологии он был профаном, и решил дальше это предположение не развивать — все равно ни до чего конкретного додуматься был не в состоянии. Даже пришедшая на ум фраза и та могла быть полнейшей бессмыслицей.
Николай вернулся к автомобилю и выключил фары. Все, что можно было узнать на данный момент, он уже узнал, а освещение могло только повредить, привлечь внимание врага. Уместившись на водительском сиденье, он решил привести свои мысли в порядок.
Несмотря на необычность ситуации, пока что предварительный результат предпринятой разведки его даже слегка успокоил. Он представил, что если Татьяна и существует в этом мире, то она осталась за пределами всего этого кошмара и ей ничего не грозит. И это, пусть даже мифическое предположение немного подняло его настроение.
До намеченного времени встречи оставалось около сорока минут, Николай развернул машину и, не спеша, направился к назначенному месту.
Город словно вымер. Страх загнал жителей по местам обитания, и никто не отваживался даже выглянуть, реагируя на шум двигателя проезжающей машины. Осуждать никого Николай не собирался — видимо такого насмотрелись, что риско-вать никто не решался. Все выжидали. Вопрос — чего? А, с другой стороны, может быть, и он сейчас сидел бы в своей квартире и тоже неизвестно чего ожидал…, если бы Владимир его из нее не «выдернул». «Быть может, мы с ним ненормальные? Но как-то не верилось, что от выжидания ситуация изменится в лучшую сторону. Можно ожидать, когда имеется тот, на кого можно надеяться… Каламбур получился…. А на кого надеяться?» — Как он ни размышлял, получалось, что только на Владимира, да на самого себя.
«На бога надейся, а сам не плошай!» — Припомнилась поговорка. И вот в этот момент Николая посетила идея. Он остановил машину и заглушил двигатель. Захотелось проверить эту идею немедленно, что на ходу было сделать невозможно.
Он вытащил из планшетки карту города и расстелил ее на втором сиденье автомобиля. Вспомнилось предположение о «волдыре» над городом. Теперь появилась мысль выяснить его расположение и размеры. На карте он отметил точку, где ему встретился «барьер-стена». Если предположить, что «купол-сферу» генерирует «летающая тарелка» зависшая над площадью, где ее видел Владимир, то можно и предположить, там же находится и эпицентр этого самого купола. Нашарив в планшете циркуль, Николай провел на плане окружность с центром на площади с радиусом, ориентированным на отмеченную им точку. Окружность пролегла через все три района города, почти полностью включая их в себя, но и довольно приличная территория города оказалась за пределами обозначенного круга. Причем, территорию железнодорожной станции окружность захватывала лишь отчасти, а именно сам вокзал с привокзальной площадью и часть пролегающих через него железнодорожных путей. Можно было сделать вывод, что сначала барьер был проницаемым для проходящих через станцию составов, и только потом, уже после закрытия города властями для локализации «эпидемии» — был полностью закрыт уже «гостями». Николай же сейчас находился почти в противоположной от вокзала части города.
Несмотря на существующую опасность нарваться на «черепаху» пришельцев, Николай решил сразу же проверить свое предположение. Для этого проложил на карте маршрут, слегка удлиняющий намеченный прежний, но дающий возможность в двух-трех местах проверить наличие «стены-барьера» в местах пересечения им проезжей части улиц. И если эти точки на окружности совпадут с его наличием… — предположение превратится в реальный факт. А это даст им представление о площади «поражения».
Николая захватил азарт исследователя, настал момент, когда к опасностям начинаешь относиться, как к неизбежному злу, видимо психика, начинает и реагировать на него соответственно. А пределов способности психики человека к адаптации к экстремальным условиям, даже наука до конца не изучила. Наверное, поэтому он уже не испытывал того страха и ужаса, который почти парализовал его в ночь приезда на вокзале. Он не мог сказать, что стал бесстрашным, но постоянное давление на психику заметно снизилось, а уверенности прибавилось.
Николай вновь завел автомашину и двинулся по вновь намеченному маршруту, и уже минут через десять подобрался к первой предполагаемой точке — и испытал тот же эффект, что и ранее: зеленоватый фон в ноктовизоре и четкая граница видимости при свете фар. Он даже испытал что-то, вроде некоторого удовлетворения, удовлетворения исследователя, получившего положительный результат при проведении опыта — предположения стали подкрепляться фактами. Линия барьера почти точно совпадала с линией начертанной им на карте, во всяком случае, именно в этом месте.
До назначенного времени встречи с Владимиром оставалась возможность проверить еще одну точку. Николай развернул «уазик» и продолжил путь. Улицы оставались пустынными, но ощущение безысходности пропало, видимо пошли на пользу полученные знания, он увеличил скорость и за оставшееся до встречи время ухитрился проверить обе намеченные точки. Предположение стало фактом.