Страница 17 из 47
Итак, в этом разделе речь пойдет об избавлении от таких судьбоносных психотравм. Всех тех неприятностей, которые произошли в вашей жизни до сего момента. И «застряли» в вашей психике, как непрожеванные, непроглоченные и/или непереваренные куски пищи застревают в вашем теле.
Такая «пищевая» аналогия (автор — Ф. Перлз) является здесь совершенно уместной. Дело в том, что все, что происходит или случается в нашей жизни, мы (наш мозг) должны «разжевать», «проглотить» и «переварить». Но целый ряд жизненных событий и обстоятельств (причем не только детства, но и взрослой жизни типа аварий, разводов, потерь и т.п.; просто в детстве психотравмирующих ситуаций бывает куда как больше...) оказываются столь значимыми и/или интенсивными, что наш мозг попросту не справляется с его переработкой. И тогда это «непережеванное», «непроглоченное» и «непереваренное» событие/происшествие (воспоминание о нем) — то, что и называется «психотравмой» — вытесняется в подсознание. Подсознание, в свою очередь, принимает свои меры безопасности, блокируя эту психотравму, пряча ее от нас. У человека возникает частичная или полная амнезия на происшествие. И внешне все кажется весьма благополучным, за исключением некоего избыточно острого, а зачастую просто глупого реагирования на определенные, связанные с психотравмой или похожие события и обстоятельства.
Но происшествие продолжает жить в вашей душе. И если вы не избавитесь от «записи» этой психотравмы (не «перепишете» ее), это окажется весьма чревато неприятными последствиями. Происшествие/психотравма, как своеобразная «мина» (пусть даже и частично «законсервированная»), сохранится в вашем подсознании. И в любой миг сможет «взорваться», породив неэкологичное поведение. Чем мощнее эта мина, тем «чреватее» последствия ее существования. Причем не одного только возможного «взрыва». Ведь для того, чтобы «мина» эта оставалась в «законсервированном» состоянии, ваше подсознание вынуждено тратить энергию и силы. Ваши собственные энергию и силы. И если одна серьезная «подсознательная мина» отбирает у вас, скажем, пять процентов энергии и сил, а «мин» этих у вас десять, то 5% х 10 = 50%. А это значит, что живете вы не более чем в половину своих возможностей. Так как же вы тогда собираетесь преуспеть?
«Но это же какой-то психоанализ!» — скажете вы. И будете неправы — не в сути, а в способах работы. Ибо в психоанализе, основываясь на аналогичной парадигме психотравматических, но судьбоносных происшествий, основное внимание уделяется поиску в бессознательном подавленного материала и извлечению его в сознание. Причем считается, что если вы осознали причины ваших бед, например, вспомнили, как, желая обладать мамой, тайком подглядывали за занимающимися любовью родителями (пресловутый Эдипов комплекс) — все сразу же становится на свои места. То, что это не совсем, а точнее совсем не так, вы можете догадаться, вспомнив вышеописанный случай с Ириной (так звали ранее упомянутую молодую женщину, которая не могла иметь секс со своим мужем). Она ведь не смогла, вспомнив, что ее дважды изнасиловали, даже просто спокойно повторно пережить этот инцидент (а кто бы смог?). Здесь всегда необходима специальная работа по переработке, переосмыслению, перепрограммированию или просто стиранию подавленного происшествия, с которой вы сейчас и познакомитесь. И, кстати, в отличие от психоаналитиков, которые тратят десятки, а то и сотни сеансов на то, чтобы найти психотравмирующий инцидент, в Восточной версии нейропрограммирования отработка единичного базового происшествия крайне редко занимает больше одного сеанса. Так что приступим к переписыванию вашего прошлого, дабы оно не помешало вам иметь прекрасное будущее. К изменению «там и тогда» ради «здесь и теперь».
Сначала — немного теории. Следуя идеям В. Козлова («Истоки осознания»), любое травматическое происшествие можно представить как состоящее из семи компонентов.
1. Актуальное психофизическое состояние как интенсивность нейро-гуморальных процессов и изменений в функционировании внутренних органов. Так, та, использованная мною в качестве примера давнишняя «разборка» с дворовым «авторитетом» до сих пор может проявляться у вас сердцебиением, слабостью, потливостью и прочей весьма неприятной психофизиологией.
2. Рисунок мышечного напряжения как некий мускульный компонент вашего давешнего состояния. Так, и досель при встрече с авторитарными и авторитетными людьми вы можете испытывать ту же скованность в мышцах и с трудом сдерживаемую дрожь, что присутствовала там и тогда.
3. Паттерн дыхания как вполне определенный его сбой в моменты, аналогичные прошлой «разборке» — внезапную задержку движения вашей грудной клетки, легкое удушье и т.п.
Эти три компонента носят, так сказать, телесный характер, т.е. являются записью инцидента в вашем Теле. Остальные же четыре аспекта прошлого происшествия целиком и полностью относятся к вашему Сознанию (в обычном для этой книги широком смысле этого слова, т.е. включая бессознательное).
4. Структура мотивационно-потребностных процессов как пресловутая фрустрация: блокада, прерывание и подавление того, чего вы действительно хотели в той ситуации (например, дать «авторитету» по морде). Блокада эта может стать постоянной, и соответствующая потребность либо будет все так же подавляться, либо будет удовлетворяться каким-то иным, зачастую уродливым, способом (например, вместо того, чтобы вступать в прямую конфронтацию со своими врагами, вы будете писать на них анонимки, т.е. как бы жаловаться на них компетентным органам — точно также, как вы в детстве жаловались на обидчика своим родителям, стараясь при этом остаться в стороне и не при чем).
5. Содержание эмоционального состояния как то самое неприятное чувство или ощущение, которое раз за разом, как будто ни с того, ни с сего возникает у вас в аналогичных «там и тогда» здесь и теперь: гнев, страх, вина, ощущение бессилия и прочее, прочее, прочее. Напоминаю, что в ситуации рестимуляции подавленного инцидента повод для возникновения застарелого эмоционального состояния может быть совершенно незначительным (для окружающих, но не для вас — хотя и для вас тоже, но после рестимуляции, когда вы, искренне недоумевая, пытаетесь понять, чего это вы так разволновались...
6. Образное пространство как определенные условия и обстоятельства (место, время и т.п.), в которых происходило подавленное происшествие. И если вас, например, били, зажав в углу между стеной дома и сараем, любая ситуация, в которой вы почувствуете себя зажатым в угол (и физически, и психически), может рестимулировать весь букет связанных с инцидентом неприятностей. Классический пример: девушку изнасиловали, и насилие это сопровождалось шумом работающего мотора грузовика и звуками льющейся из крана воды. Все забылось, но однажды в тот самый момент, когда ее обнимал любимый человек, она начинала кричать: «Помогите! Насилуют!», а через пять минут сама не могла понять, что с ней произошло. А все просто: момент объятий совпал с шумом двигателя грузовика и звуками льющейся воды. И подавленный ужас насилия всплыл из бессознательного и начисто подавил сознание этой несчастной, что в результате породило совершенно уродливую и глупую реакцию...
7. Ментальный компонент как возникновение и утверждение в бессознательном некой очень неэкологичной мыслительной конструкции типа «Я слабак, который все равно ничего не сможет сделать» (случай с дворовым «авторитетом»), «Я не имею права говорить «нет» (ситуация с дочкой и ее матерью) или «Я не могу находиться там, откуда не могу выбраться» (инцидент с бизнесменом и его отцом). По сути, это очередное предписание, которое, раз возникнув, начинает управлять поведением человека бессознательно, но очень мощно. А если, как в вышеописанных случаях, оно содержит местоимение «Я», можно уже говорить и об основывающихся на инциденте нарушениях самоидентичности по общей формуле «Я какой-то не такой...».