Страница 48 из 55
Находящиеся в холле четыре человека вскочили. Двое были вооружены. Двое считали деньги. Эсмеральда пустила по пуле в каждую голову. Мощь П500-го была такова, что выстрелы снесли жертвам головы выше челюсти. Только третья мишень в момент выстрела сместилась в сторону, поэтому мужчине снесло только пол головы. Уцелевший глаз пусто уставился на убийцу, в изувеченном черепе пульсировали остатки мозгов.
Эсмеральда осмотрелась и прислушалась к звукам выстрелов.
Очевидно, отделения «Б» и «В» встретили сопротивление.
Затем земля содрогнулась и с потолка посыпалась штукатурка. Когда Эсмеральда увидела, что падает на нее сверху, майор осознала, какую допустила тактическую оплошность.
«Черт! Совсем забыла, что эти дома собраны из всякой дешевки! Конструкция не выдержит…»
Мысль оборвалась, когда потолок рухнул ей на голову.
Когда Мэл увидел, что потолок начинает проваливаться, он первым делом приказал компьютеру активировать силовое поле на полную мощность. Затем кинулся к Нове, чтобы накрыть ее своим телом.
В конце концов, ведь она была объектом класса «А».
Кроме того, несмотря на последствия от потери объекта класса «А», позволить девчонке умереть именно тогда, когда он потратил два месяца на поиски и только нашел ее — это было бы верхом нелепости и некомпетентности.
Того, что штурм Н’Дойе и ее банды пиротехников-любителей станет для Новы сюрпризом, стоило ожидать, поскольку в шлемы Аннигиляторов были встроены такие же пси-экраны, как и у Мэла… или хотя бы аналогичные тому, что носил Феджин. Тем не менее, Мэл подобного сюрприза уж точно не ожидал. Хотя бы потому, что приказа на атаку он не отдавал.
«Ну, Майор, если я выживу, то заставлю Киллиани засадить кол тебе в задницу. Плевать, за кем ты там была замужем, за свое дерьмо заплатишь по-полной».
Нова уже лежала комочком на полу, она рухнула на колени как раз перед обрушением здания, поэтому Мэлу ничего не стоило накрыть ее собственным телом так, чтоб силовое поле защитило обоих.
— Твари кругом твари… лезут повсюду непрерывным потоком куда ни посмотри… они всюду они пожирают все…
Спину Мэла перехватило болью почище головной. Если с головой было все ясно (пока Мэл находился в одной комнате с Новой, с головными болями не справлялись даже пять доз анальгетика), то вот спина сулила проблемы. Теоретически силовое поле могло нейтрализовать любое внешнее воздействие, но оно не отменяло сил гравитации. Мэлу казалось, что на его спине сосредоточилась вся масса десятиэтажного здания. Теперь он в полной мере мог ощутить преимущество боевого бронескафандра перед силовым полем — скафандр усиливал возможности хозяина, позволяя тому спокойно выпрямиться под грудой бетонного крошева, арматуры и стройматериалов и скинуть с себя весь этот хлам. Увы, силовое поле Мэла таким функционалом не обладало. Стоя прямо мужчина, вероятно, смог бы выбраться из-под обломков, но на четвереньках у него не было шансов.
— …смерть и разрушение они повсюду заполоняют всё… о нет Маркус он мертв он умер с ненавистью ко мне умер, желая смерти мне и своему отцу…
Мэл вспомнил, что Маркус был тем парнем, которым Нова управляла при помощи телекинеза, и тот в итоге убил Феджина. Получалось, что Маркус тоже погиб. Мэл почувствовал укол сожаления по этому поводу. Маркус показался ему вполне благоразумным для ведения дел. Скорей всего он смог бы принести стабильность в организацию Феджина, краха которой так опасался Ларри Фонсека.
Но на данный момент это была меньшая из проблем Мэла. Речь Новы становилась все быстрей и бессвязней, а компьютер начал подавать сигнал, что силовое поле дает сбой и скоро отключится.
"Ну уж нет."
Поскольку губы Мэла оказались прямо у правого уха Новы, он надсадно выдавил из себя:
— Н-нова, ты должна сосредоточиться.
«… все гибнут все вокруг меня живых нет все разваливается…»
На этот раз он заорал:
— Нова! Слушай меня!
Внезапный крик заставил ее хотя бы замолчать.
«Нова!» — подумал он отчетливо, как только мог, и как его учили при общении с телепатами. — «Ты должна помочь мне. Сосредоточься на мне и на том, как нам выбраться из-под завала».
Компьютер предупредил, что силовое поле вот-вот исчезнет, и стоит отключить его, чтобы избежать не поддающихся ремонту повреждений костюма.
Мэла же больше волновали не поддающиеся ремонту повреждения носителю костюма.
«Нова, слушай меня, ты должна скинуть обломки прежде, чем…»
— Я поняла, — прошептала она. — Тише, пожалуйста, я пытаюсь сосредоточиться.
— Хорошо.
Силовое поле отключилось. Боль обрушилась на спину Мэла, вдавила грудную клетку к позвоночнику, а что-то так сильно ударило по затылку, что перед глазами всё поплыло, и он перестал чувствовать ноги. И тогда милосердная темнота накрыла его.
Боль Мэлкольма Келерчиана пронзила мозг Новы, и чуть было не пресекла ментальные попытки девушки поднять развалины десятиэтажного здания. Но она справилась с помехой и толкнула руины вверх со всей силы, на какую была способна.
Усилий оказалось недостаточно.
Тогда Нова толкнула сильней. Она сосредоточилась на Феджине и на том, что он с ней сделал. На Маркусе и на том, как он всегда хорошо с ней обращался и даже убил для нее Феджина. На Пип и на своем беспокойстве о бедной кошке, ведь Феджин не разрешил ей вернуться и найти Пип (хотя она столько раз просила, умоляла Феджина позволить ей поискать). На Кларе и на безумной ненависти к ней за ложь по СНВ про смерть родной сестры. На всех четырех сотнях и двадцати восьми, чьи смерти она ощутила, начиная с семьи и Густаво Макбэйном и заканчивая Маркусом, плюс еще дюжина, которых только что убили десантники Конфедерации. На самих десантниках и ярости на них за то, что чуть не убили ее…
Это помогло ей сконцентрироваться и направить ментальный импульс в неподъемную гору обломков.
Нова встала и обнаружила, что находится в эпицентре катастрофы. Развороченная конструкция здания возвышалась над землей, словно остов скелета громадного животного. Стальные балки, похожие на кости, почернели и погнулись, а бетон и отделка — мясо с костей — разлетелись кусками по округе.
Сознания десантников были как в тумане — их защищали пси-экраны, но не такие хорошие, как у агента Келерчиана и Феджина, поэтому Нова смогла уловить только обрывки мыслей. Однако этого хватило, чтобы выяснить, что отрядом командует некий майор Н’Дойе, и этот некий майор ненавидит агента Келерчиана.
По обломкам к ней неуклюже топала закованная в броню фигура.
— Я нашел ее! — крикнул десантник. Через мгновение Нова определила, что солдата зовут капрал Фланиган. Он боец из отделения «Г», которое зовется "Росомахами" в честь животного Старой Земли. Готовится к экзамену на сержанта. Уверен, что провалит его. Ненавидит младшего брата, поскольку возлюбленная детства капрала предпочла ему брата и вышла за того замуж. А еще у него регулярные сексуальные фантазии — в основном с участием майора Н’Дойе и шоколадного крема.
Минутой позже подошли еще два бойца в бронескафандрах. Сержант Макгиллион мечтал стать врачом, но после отчисления из медицинской академии завербовался в десант, чтоб избежать насмешек семьи. Его пси-экран был несколько совершенней экрана Фланигана, вероятней всего по причине более высокого звания. Так что Нова хоть и выяснила о нем кое-что, имя Макгиллиона узнать у нее не получилось.
Второй подошедший десантник оказался майором Н’Дойе. В ее разуме Нова уловила лишь облегчение по поводу того, что «объект» жив и здоров, и злорадство в отношении агента Келерчиана, что валялся окровавленной массой среди обломков, на маленьком пятачке чистого пола.
— Вы майор Н’Дойе, — смерив взглядом высокую бронированную фигуру, произнесла Нова. Впервые за два месяца она сумела собрать воедино разбитые осколки высокородного происхождения и попыталась вложить в голос столько высокомерия Андреа Тайгор, сколько смогла. — Меня зовут Нова Терра. Агент Келерчиан только что спас меня от разрушительных действий ваших людей. От него я знаю, что вы не можете нанести вред моей персоне, поскольку это карается высшей мерой наказания. Я также знаю, что мой пси-индекс выше восьмерки, а это значит, что все мысли, которые я читаю, могут служить доказательством на вашем трибунале. Я также знаю, что, если вы не приведете меня в целости и сохранности, вы нарушите директиву класса «А». Я говорю вам все это потому, что если вы предоставите агенту Келерчиану медицинскую помощь, если он выживет и поправится, то я не буду свидетельствовать против вас.