Страница 25 из 55
Пожав плечами, Киллиани произнесла:
— Это будет скверно выглядеть для семьи Терра, но это их проблема, а не моя. Если девчонка объявится где-нибудь живой, мы забираем ее в проект и точка.
В вердикте Ильзы Киллиани не чувствовалось ни капли сомнений.
«Если девственно чистый стол еще куда ни шло, — подумал Мэл, — но после таких слов ясно как день, что Ильза помешанная, как и все фанатики». В отличие от Киллиани, ярого фанатика проекта «Призрак», для Мэла изыскания во благо военных были просто работой, причем отнюдь не любимой. Но директор Киллиани словно родилась для руководства подобными программами.
Или, как минимум, она в это верила. Что, впрочем, ничего не меняло.
— Что-нибудь еще? — спросила Киллиани с таким тоном, который однозначно намекал на то, что лучший ответ на заданный вопрос — это отрицательный.
— Нет. — Мэл встал с неудобного стула и, хрустнув одним или двумя позвонками, расправил спину. — Я буду держать вас в курсе дел.
— Я прослежу за этим. — Киллиани дотронулась до консоли на столе, и голограмма вновь ожила.
«Прошлой ночью группа "Варп-драйв" дала сногсшибательный шоу-концерт в амфитеатре Уэйтса, отыграв с полным аншлагом…»
Мэл покачал головой, когда дверь за его спиной захлопнулась, заглушив речь культурного обозревателя.
«Никогда бы не подумал, что Киллиани — страстный любитель классической музыки».
Глава 10
Феджин сидел за столом, с ухмылкой от уха до уха.
Афера обошлась в годовую поставку хаба, которую пришлось сдать трем копам из Юго-Западного округа, но результат того стоил. Теперь босс криминального синдиката имел свободный доступ ко всем регистраторам движения на улицах. В свое время копы развернули сеть сенсоров по всему городу, чтобы контролировать дорожное движение. Пользовались они ей крайне редко, по большей части для того, чтобы вытянуть откупные с подростков на ховербайках, или прищучить водителя автобуса, пьяного или одурманенного настолько, что ехать ровно уже не мог — а таких была примерно половина. Примерно раз в три месяца, когда Совет проводил проверку на эффективность системы и, как правило, поднимал шум, ПСТ дружно начинало штрафовать всех подряд, арестовывало с десяток-другой водителей, затем, когда шумиха стихала, на этом все и заканчивалось. И снова все возвращалось на круги своя.
Получив доступ к сети сенсоров, Феджин мог в любой момент увидеть любую точку своей империи.
Сегодня он хотел посмотреть на светловолосую цыпочку, которую приводил Маркус.
«О, она станет моей, черт возьми, как пить дать. Ей только нужно преподать небольшой урок».
Феджин запрограммировал сенсоры слежения, чтобы они оповестили его, как только «Блонди» попадет в зону действия датчиков.
«Надо бы узнать ее имя», — подумал он.
— Ф-ф-Феджин? — донесся с футона[11] за спиной сонный голос Девятки.
— Спи, дорогуша. Папочка занят, чуешь?
— Ммммф…
Сигнал — тихое пиканье — раздался аккурат после хорошего такого марафона с Девяткой. Последние два дня выдались очень долгими — у Тенайли возникли некоторые трудности в первые дни управления О'Каллаханом. Выяснилось, что предательство Манфреда отнюдь не заканчивалось на одном-единственном уличном пройдохе. Поэтому Феджину и Тенайли (которая из кожи вон лезла, чтобы выслужиться, и до смерти боялась повторить судьбу предшественника) пришлось изрядно потрудиться, чтобы привести дела в порядок. Несколько перестановок в «кадрах», трупов и сломанных конечностей — и О’Каллахан более или менее успокоился. Правда Тенайли начали поступать жалобы от недовольных клиентов, и она беспокоилась, что люди за дозой подадутся на другую сторону Спринг-стрит[12], в Китсиос.
В результате на долю Феджина выпало несколько напряженных дней, и во многом успокоиться ему удалось при помощи Девятки: не самый привлекательный экземпляр из гарема в двенадцать персон, зато самый выносливый.
И тут к его ликованию сенсоры, наконец, обнаружили Блонди.
Первый раз сенсор засек девчонку, когда она с остекленевшим взглядом ковыляла по Декер-уэй. Конечно же, Феджин сразу распознал этот взгляд: голод.
Криминальный авторитет прошелся кончиком языка по клиновидным зубам.
«А я предупреждал, что тебя ненадолго хватит», — мысленно он обратился к строптивой блондинке.
Тем временем девчонка задержалась перед дверью в «Бакалею Милтон», но заходить не стала. Вот теперь Феджин пришел в замешательство: «Почему она не вошла?»
Наблюдая за брожениями «воспитанницы», Феджин открыл ящик стола, достал смартфон и набрал номер сержанта Морвуда.
— Морвуд.
— Феджин. Мой заказ пришел?
— Дубина, я же просил не звонить мне, когда я…
— Мой заказ пришел, сержант?
— Пока еще в процессе. Надеюсь, к завтрашнему дню получу для тебя посылку.
— Было бы неплохо. Не хочется, чтобы доза хаба для твоей жены неожиданно кончилась, чуешь?
Феджин услышал, как на другом конце Морвуд с шумом сглотнул.
— Послушай, не так-то просто что-нибудь выбить из этого департамента. Уверен, что тебе не надо от меня что-нибудь попроще? Ядерной боеголовки, например?
— Не сомневайся, от боеголовки я тоже не откажусь… а потом затолкаю ее тебе в задницу, если ты не достанешь то, что мне нужно, усек?
Блонди уже добралась до Колмен. Повернула и двинулась в сторону Пайк.
— Ладно, ладно, — запричитал Морвуд. — Я наберу тебя завтра. А сейчас, на самом деле, мне нужно по делам.
— Лучше бы мне тебя услышать.
Не то что бы Феджин сомневался. Несмотря на то, что Морвуд вечно прибеднялся и утверждал, что не может выполнить поручения Феджина, в конце концов, он всегда справлялся. Его жена была столь же безнадежна, как и любой торчок в Трущобах, и оклада сержанта РМО[13] армии Конфедерации просто не хватало на удовлетворение ее каждодневной потребности в дозе. Разумеется, будучи снабженцем, Морвуд имел нужные подвязки, чтобы доставать нужное Феджину армейское добро. Так что Феджин обеспечивал Диану Морвуд хабом, а ее муж время от времени поставлял наркобарону редкие правительственные игрушки.
Феджин закончил разговор с Морвудом, когда Блонди вышла на Пайк-лейн и остановилась у новостного павильона. Толпа местных смотрела транслируемые РИИ новости СНВ и девчонка прибилась к ним. Феджин мельком глянул на «немого» репортера — регистратор фиксировал лишь картинку, поэтому мужчина ничего не слышал. Впрочем, отсутствие звука Феджина нисколько не заботило…
…пока РИИ не включил проекцию заплаканной женщины. Та произнесла несколько каких-то фраз, и видимо ее слова произвели сильное впечатление на Блонди. Если Феджин и сомневался, была ли Блонди теком, то секунду спустя его недоверие развеял РИИ, взорвавшийся после того, как девушка что-то выкрикнула в его сторону.
Нахмурившись, Феджин перемотал запись на несколько минут назад и пристально всмотрелся в РИИ.
Модуль проецировал женщину старше Блонди и в черных траурных одеждах. И эта женщина имела определенное сходство с Блонди… слишком молодая на роль матери, если только не побывала, черт побери, у хорошего хирурга, так что вероятней всего — сестра.
При виде ее Блонди и впала в бешенство. «Что ж, возможно, не вся твоя семья мертва».
Феджин вызвал меню СНВ, решив посмотреть, не сможет ли он выяснить, какой репортаж смотрела Блонди. Прокрутив множество страниц, он, наконец, нашел ту, где фигурировало то самое лицо. Большой заголовок сверху гласил: «КЛАРА ТЕРРА ДАЕТ ПЕРВОЕ ИНТЕРВЬЮ ПОСЛЕ УБИЙСТВА СЕМЬИ».
«Вот дерьмо».
Феджин просмотрел репортаж. Когда он закончился, мужчина разрывался между двумя желаниями: то ли пуститься в пляс, то ли пустить себе пулю в голову.
С одной стороны, у Блонди — или точнее, Новы — и в самом деле имелась семья, которая могла заплатить выкуп. Более того, они могли заплатить королевский выкуп просто из карманных денег, потому что Блонди из семьи Терра, одной из Старых Семей.
11
Футон (яп.) — традиционная японская постельная принадлежность в виде толстого хлопчатобумажного матраца, расстилаемого на ночь для сна и убираемого утром в шкаф.
12
Спринг-стрит — улица Весенняя.
13
РМО (аббв.) — рота материального обеспечения