Страница 40 из 64
Обогнув мыс, мы пошли вдоль берега, но через несколько часов я увидела, что воины Бьерна достают из корабельного трюма толстые сети и раскладывают их на палубе. Я удивленно взглянула на Бьерна.
— Нам придется сделать небольшую остановку, — сказал он и кивнул на сети, — Я хочу поймать Альрика и попытаться вернуть ему его прежний вид, пока Хаки не утроил еще одну облаву, которая на этот раз может оказаться удачной.
— Я пойду с тобой, — сказала я.
— Нет, — он отрицательно покачал головой, — Не в этот раз. Мне будет спокойнее, если ты останешься на корабле. Альрик уже почти полностью потерял человеческий облик, и он очень опасен. И я не собираюсь рисковать тобой. В прошлый раз мне удалось найти его логово и сегодня мы поставим у входа ловушку.
— Твоя помощь потребуется позже, — он ласково прикоснулся к моей щеке.
— Хорошо, — сказала я.
Ладья причалила к пологому берегу. Бьерн и несколько его людей сошли с корабля по трапу, прихватив с собой только сети и ножи, притороченные к поясам. А потом исчезли в лесу, подступающему почти к самой воде. Остальные и я в том числе, остались ждать на берегу. Незаметно наступил вечер, за ним на землю опустилась ночь, а я все так же стояла глядя на берег и ожидая возвращения Бьерна, и лишь изредка прохаживалась по палубе, чтобы размять ноги. Высокий кормчий по имени Ивер, предложил мне поесть в компании воинов. Я согласилась и пока ела, чувствовала на себе их изучающие взгляды. Возможно, многие видели меня на свадьбе их вождя и немного побаивались, но обсуждать не решались и вели со мной себя предельно вежливо. Мне внезапно стало интересно, знают ли они кем является Бьерн?
Далеко за полночь, я услышала странный шум в зарослях леса. Словно что-то огромное пробиралось к берегу, ломая и круша все на своем пути. Многие на палубе проснулись и достали оружие. Я прищурила глаза, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь в кромешной тьме. Ночь была невероятно черная и густая и, несмотря на блеск далеких звезд, видимость была просто ужасная. Шум постепенно приближался и до моего слуха донесся приглушенный рык, когда на берег вышли люди. Я с облегчением узнала среди них Бьерна. Следом за собой они волоком тащили огромного связанного волка. Остановившись у кромки воды, Бьерн махнул рукой кому-то на корабле. Тот час спустили трап. Бьерн первым взбежал на корабль, сладом, пыхтя от натуги, воины затащили зверя, причем тот постоянно извивался и страшно рычал.
— Спустите его в трюм, — скомандовал Бьерн, — Только очень осторожно, не повредите ему ничего.
Он подошел ко мне, и я заметила на его левом боку глубокие царапины, оставленные когтями. Еще один из воинов был ранен, белый волк прокусил ему кисть руки, но в целом все обошлось малой кровью. Глаза Бьерна при взгляде на меня зажглись странным огнем, как тогда в лесу, когда он вернулся с поисков брата, и я поняла, что он недавно превращался. Я протянула руку и коснулась его плеча. Кожа была горячей и сухой.
Посмотрев на меня, он понял, что я все знаю.
— Так надо было, — сказал он, — Не бойся, я вполне контролирую себя даже после превращения.
Я обняла его и прижалась всем телом.
— А если с тобой произойдет то же, что и с Альриком? — произнесла я тихо.
— Со мной этого не случится, — ответил он, — Не бойся.
Эту ночь было решено провести на этом берегу. Развели костер и покормили тех, кто отсутствовал с Бьерном. Мы с ним легли спать на палубе. Всю ночь я чувствовала его руки, прижимающие меня к своему телу. Мне спалось как никогда спокойно, я даже почти не вспоминала о Хаки. На рассвете мы продолжили путь и ближе к вечеру приплыли к владениям Бьерна. Зверь в трюме на протяжении всего плаванья вел себя на удивление тихо. Когда открыли трюм, оказалось, что он лежит без движения на самом дне и даже когда его принялись вытаскивать на палубу, он никак не отреагировал и казался огромной безжизненной тушей. Мы с Бьерном настороженно переглянулись.
Альрика перевезли в дом Бьерна на крытой телеге. Там его перенесли в какую-то темную комнату с широкой кроватью и маленьким камином. Волк и правда не подавал признаков жизни, но его грудь тяжело поднималась и опадала. Он дышал, но очень слабо. Бьерн выгнал всех из комнаты и зажег несколько свечей, расставив их по углам комнаты. Потом посмотрел на меня.
— Подойди, — попросил он, — Мне нужна твоя помощь. Оборотни порождения тьмы, а ведь ты у нас теперь темная колдунья, и должна знать заклинание на восстановление сил.
— Знаю, — кивнула я и, приблизившись, присела на корточки рядом с волком.
— Он умирает? — спросила я.
— Да. Когда мы нашли его, он уже вел себя, словно бешеный. Пришлось мне превратится в волка, мы сцепились с ним и я его немного потрепал, иначе мы никогда не поймали бы его.
— Что мне делать?
— Читай заклинание, а когда к нему вернутся силы, я попытаюсь наладить с ним связь и помочь вернуть свой настоящий облик.
Я кивнула и начала читать заклинание, вложив в него все свои силы и стараясь, чтобы в волка, лежащего передо мной, перетекла моя темная сила. Бьерн положил на голову волку руку и, закрыв глаза, стал что-то шептать. Мне казалось, что он зовет брата по имени, но волк никак не реагировал на его голос. Я уже было отчаялась, когда волк внезапно дернул сразу всеми лапами и открыл глаза. Я отшатнулась, увидев какое безумие полыхает в них. Слишком мало от человека осталось в волке. Бьерн продолжал звать Альрика, но я увидела, как зверь зарычал и если бы его морда не была перемотана толстой верёвкой, он давно бы попытался укусить кого-нибудь из нас. Я внезапно вспомнила красивого молодого мужчину, встреченного мной тогда на реке, его улыбку и приятный мелодичной голос и внезапно мне стало страшно от того, что сделала с ним его темная сущность, оказавшаяся сильнее его человеческой части.
— Альрик, — произнесла я его имя и прикоснулась к густой белой шерсти. Зверь еще раз дернулся и, внезапно прямо на моих глазах, его шерсть стала исчезать, уходя под кожу, а кости ломались, принимая форму человеческих конечностей. Морда втянулась, и я увидела красивое, но слишком худое лицо. Он явно в последнее время плохо питался. Кожа едва не обтягивала его кости, настолько он показался мне худым. Густые светлые волосы отросли, глаза глубоко впали. Черты лица заострились, делая Альрика похожим на умирающего. Я прикоснулась к холодному лбу, покрытому вязким потом. Альрик вздрогнул и открыл глаза. Несколько секунд он немигающим взглядом смотрел на меня, словно не узнавая, кто перед ним, а потом легкая тень легла на его губы. Я поняла, что он силится улыбнуться.
— Ты помнишь меня? — спросила я тихо.
Бьерн бросил на меня быстрый взгляд. Потом осторожно поднял брата на руки и перенес его с пола на кровать.
— Ступай на кухню и принесли тарелку бульона, — сказал он. Я кивнула и вышла. На кухне рабыни смотрели на меня какими-то испуганными глазами. Боятся, поняла я.
— Мне надо тарелку куриного бульона, — сказала я резко, — И по быстрее.
Полненькая еще довольно молодая кухарка в длинной шерстяной юбке и с цветастым платком, повязанным на голове, поспешила выполнять мою просьбу. Буквально через минуту над очагом висел котел с подогревающимся бульоном. И еьще через несколько минут, я уже возвращалась к Бьерну, держа в руках дымящуюся чашку. Проскользнув в двери, увидела, что Альрик лежит на кровати, а у его изголовья стоит брат. Я подошла ближе и присев на краешек постели попросила Бьерна приподнять Альрику голову. Он так и поступил, подложив подушку под голову младшему брату, сел на пол и стал смотреть на то, как я с ложечки кормлю Альрика. К моему удовольствию, аппетит у бывшего волка оказался отменный, но Бьерн не разрешил мне скормить весь бульон. Когда кружка наполовину опустела, он встал и забрал ее из моих рук, несмотря на голодный и разочарованный взгляд Альрика.
— Ему может стать плохо, — сказал он мне. Я согласилась и укутала Альрика шерстяным одеялом. Не мне ли, как бывшему целителю знать, к чему приводит после долгого голода переедание.