Страница 35 из 64
— Белый, вы говорите? — заинтересовалась я.
— Да, — кивнул Рагнар, — И шкура у него знатная, не стыдно даже к соболиной шубе как воротник пустить.
Странное ощущение заполнило меня. Я начала подозревать, что этот волк совсем и не зверь. Подняв глаза, посмотрела на Бьерна. Наши взгляды встретились, и я кивнула на дверь. Потом, отвернулась к огню, но через какое-то время встала и, сказав, что мне стало дурно, поспешила выйти на крыльцо. Дождь все еще лил, как из ведра, но гроза прошла стороной. Я прислонилась спиной к стене и стала ждать, наблюдай за всполохами молний в стороне моря. Вскоре дверь открылась, и на пороге показался Бьерн.
— Ты видел волка? — я бросилась к нему. Он удивленно приподнял бровь и плотно закрыл за собой дверь.
— Что? — произнес он.
— У меня такое странное ощущение появилось, когда Рагнар описал его, — продолжила я. Бьерн приблизился, я подняла на него глаза, — А что если это Альрик? — выпалила я.
— Не может быть, — сказал Бьерн, — Гринольв сказал мне, что Альрик погиб.
— Тебе то же самое сказали и про меня, — запротестовала я, — А я, как видишь, вполне жива и здорова. У меня еще в Харанйоле было видение раненого белого волка ползущего по снегу. Еще до того…, — я замолчала.
Дождь полил с новой силой. Я его слышала стук по крыше, брызги попадали мне на лицо. Бьерн привлек меня к себе и обнял, прижавшись лицом к моим волосам.
— Хельга ответит за все, — сказал он, — Это ведь она убила отца?
Я кивнула.
— Я был в Харанйоле, — продолжил Бьерн, — Но тайно. Мы оставили корабль в соседнем заливе, и мне удалось встретиться с Гринольвом. Он рассказал, что произошло на самом деле. Теперь в моем доме живет Йорван. Я считал, что ты и Атли тоже погибли.
— Но почему он решил, что я умерла? — удивилась я.
Бьерн как-то странно посмотрел на меня, а потом произнес:
— Гринольв сказал, что лично видел твое тело. И присутствовал, когда его сожгли на погребальном костре.
Я вздрогнула. Как это может быть? Хельга? Только она могла провернуть подобное, ее силы хватило бы на создание подобного морока, но даже в этом случае, должно было быть чье-то тело, на которое этот морок накладывают. Рунгерд обучила меня подобному заклинанию. Значит, Хельга лишила кого-то жизни, из-за меня. Какая-то девушка или женщина пострадала.
— Я не мог не поверить Гринольву, — сказал Бьерн, — Я думал, что потерял тебя.
Я отстранилась. Бьерн провел рукой по моей щеке.
— Когда ты появилась на свадьбе, мне показалось, что я увидел призрак, но потом, когда ты проделала этот трюк со змеей, я понял, что ты жива, но в тебе что-то изменилось.
— Да, — сказала я, — Я потеряла свой дар. Мне пришлось убить человека, когда мы с Атли спасались от наемников, посланных за нами Йорваном и Хельгой. Я больше не могу лечить. Теперь я, как Хельга, способна только убивать, и поверь мне, я знаю, как это делать, — меня охватила внезапная злость. Я почувствовала, как неконтролируемая ярость поднимается во мне и поспешно отошла от Бьерна в сторону, боясь, что сорвусь и причиню ему вред. А этого мне хотелось сейчас меньше всего.
— Дара, — тихо позвал он. Я покачала головой. Но он проигнорировал меня и, схватив в охапку, поцеловал. Я попыталась вырваться.
— Отпусти, — прошипела я. Моя темная сущность вырвалась на волю, как тогда, когда на свадьбе я увидела его с невестой. Я едва сдерживалась, чтобы с силой не оттолкнуть Бьерна, когда внезапно открылась дверь и вышедший из дома Хаки, увидел мое отчаянное сопротивление, и не поспешил встать между нами. Он со злостью посмотрел на Бьерна, заслонив меня от него.
— Что ты творишь? Оставь ее в покое, — сказал он гневно. Я схватила Хаки за руку и потянула на себя. Странно, но его внезапное появление заставило мою ярость отступить. Я чувствовала, как она постепенно стихает и облегченно вздохнула.
— Хаки, это я виновата, — сказала я, но он не слышал меня.
— Не приближайся к ней, — предупредил Бьерна мой незваный защитник.
— Это с чего бы? — спросил Бьерн. Его лицо не предвещало ничего хорошего. Я видела, что еще немного, и они сцепятся, а мне этого совсем не хотелось. Я продолжала оттягивать Хаки от Бьерна, но безрезультатно. Не понимая, что это так его разъярило. Защищал честь сестры?
— Мне кажется, или ты влюбился в Дару? — вдруг сказал Бьерн и рассмеялся, — Так и есть.
Хаки напрягся, я испуганно потянула его на себя, намереваясь увести с крыльца. Я не узнавала Бьерна. Откуда столько желчи и злобы. Он оба что, с ума сошли. Что он несет? Что вообще происходит между ними.
— Дара, отойди, — спокойно сказал Хаки и, разжав мои руки, отодвинул меня к стене, а сам обернулся к Бьерну. Я замерла, предчувствуя беду.
— Ты немного опоздал, Хаки, — сказал Бьерн, — Я встретил ее первый. И если ты думаешь, что я так легко откажусь от нее, то ты просто дурак. Я никогда не женился бы на твоей сестре, если бы знал, что Дара жива.
Хаки взревел и бросился на Бьерна. Они, сцепившись, слетели с крыльца и упали прямо под дождь на мокрую землю. Я вскрикнула и поспешила в дом. Увидев мое перепуганное лицо, воины переполошились.
— Рагнар! — закричала я, — Скорее, иначе они убьют друг друга!
— Что? Кто? — Рагнар Тролль, сидевший у огня и державший в руке жареную птичью грудку, отшвырнул ее в сторону и равнул за мной. Мы выскочили из дома, следом за нами высыпали воины. Рагнар удивленно охнул, увидев дерущихся Хаки и Бьерна, и обернулся ко мне.
— Что здесь произошло? — спросил он.
— Остановите их, — взмолилась я, понимая, что такое под силу только Рагнару. Он кивнул и вместе со Снорром выбежал под дождь. Я в отчаянии отвернулась, не желая видеть происходящего, и тут внимание мое привлекло какое-то светлое пятно, мелькнувшее меж деревьев. Я прищурилась, но оно исчезло. Но осталось у меня осталось то же ощущение, которое я чувствовала ранее и теперь я была уверена, что это Альрик. Но почему в виде волка? Почему он не превратится обратно в человека и просто не придёт к Бьерну?
Я повернула голову и увидела, что Рагнару, наконец, удалось растянуть дерущихся. Хаки прошел обратно на крыльцо, раздражено стряхнув руку Тролля со своего плеча и едва взглянув на меня, вошел в дом. А Бьерн, легко взбежав по ступенькам, приблизился ко мне. С его длинных иссиня-черных волос капала вода, но он улыбался. Небольшая встряска явно повеселила его.
— Что ты творишь, — прошипела я, склонившись к его лицу.
— Он сам набросился на меня, — Бьерн развел руками.
— Ты сам спровоцировал его, — сказала я, — Ты хоть помнишь, что наговорил ему.
— Тебя это беспокоит? — Бьерн по-прежнему улыбался. Мимо нас, подозрительно поглядывая, прошли Рагнар и Снорр, — Или между вами что-то есть?
Я нахмурилась.
— Ты и правда дурак, Бьерн, — сказала я, — Если думаешь, что Хаки что-то испытывает ко мне. Он просто беспокоится о своей сестре.
— Вот, глупая, — Бьерн ласково потрепал меня по щеке, — Пойдем в дом, мне надо переодеться.
— Стой, — я схватила его за руку.
— Да не переживай, не трону я твоего Хаки, — сказал он.
— Нет, — я покачала головой, — Дело не в этом. Когда вы дрались, я видела белого волка. Я почувствовала его, это Альрик.
Бьерн переменился в лице.
— Я только не понимаю, почему он не превратится обратно в человека? — продолжила я.
— Я знаю, почему, — вздохнул Бьерн, — Когда оборотень слишком долго находится в обличие волка, ему трудно вернуть свой настоящий облик. Мы начинаем забывать, кто мы есть на самом деле, — он подтолкнул меня в двери, — Давай лучше пойдем внутрь, пока твой ревнивый обожатель сам не вышел за тобой.
Я фыркнула, но послушалась.
Спать я легла у камина, на расстеленной прямо на полу медвежьей шкуре. Положив под голову руки, я повернулась спиной к огню и к своему удивлению, быстро заснула. Но поспать мне долго не удалось. Я проснулась от того, что чья-то рука лежит на моих губах. Широко раскрыв глаза, я уставилась в темноту. Страха я не ощущала.