Страница 28 из 64
Корабль медленно плыл мимо высоких берегов. Над нами пролетали чайки. Время тянулось для меня так медленно, словно вязкий мед. Я вся извелась в ожидании встречи. Несколько раз меня посетили глупые мысли, не забыл ли он меня, будет ли рад моему неожиданному появлению? Я успокаивала себя и все твердила, что не стоит придумывать всякие глупости. Скоро я увижу его и все узнаю.
Ближе к вечеру корабль Хаки вошел в широкий фьорд. Еще вдалеке я увидела крыши домов и темнеющие поля. Причалив к высокой каменной пристани, мы сошли на берег. Первым шли Хаки и Сингурд, а за ними уже мы и его дружина.
Поселение еще отстраивалось. Высокую крышу хозяйского дома я увидела, едва мы прошли в распахнутые ворота. К моему удивлению, вокруг царило веселье. То и дело я слышала смех и веселые голоса. Крестьяне ходили нарядные. Дома были украшены праздничными лентами и венками из цветов. Из дома Бьерна лилась музыка, и доносились голоса.
— У них что, пир? Или праздник какой? — спросила я, догнав Сингурда у самых дверей.
— Сейчас увидишь! — сказал купец радостно, — Вам повезло, появится здесь в такой день!
Он прошел вслед за Хаки в дом. Выскочившая нам на встречу наряженная рабыня, при виде гостей, почтительно склонила голову и побежала вероятнее всего на кухню за медом или едой. Мы прошли в широкую дверь и оказались в просторном украшенном зале. Внутри была масса народа, стоял галдеж, звучал смех. Мужчины-воины, уже порядком под хмельком, их жены и, конечно же, рабы, снующие между бесчисленными столами. Я огляделась в поисках Бьерна, Сингурд тем временем прошел вперед, когда я, наконец, увидела ЕГО. Увидела и обомлела. Все внутри меня взорвалось нестерпимой болью. Я не верила своим глазам и пошатнулась, но Атли ловко подхватил меня не давая упасть. Он побледнел и крепко сжал мою руку. Это внезапно отрезвило меня. Оттолкнув Атли, я шагнула вперед, уже вполне осознавая, что то, что я вижу перед собой, это не видение.
Во главе стола был Бьерн. Рядом с ним в свадебном наряде, сияя от счастья, сидела молодая, очень красивая девушка с белоснежной кожей и светлыми, золотистыми волосами. Она смотрела на Бьерна, и в ее взгляде было столько любви и обожания, что мое сердце тут же отозвалось острой болью. Так вот, что это за праздник, подумала я. Ярость во мне стала разрастаться, заполняя меня темной злой силой. Все то, чему учила меня Рунгерд, было в миг забыто. Еще никогда я не испытывала подобного чувства. Меня предали, меня обманули, и мое сердце умирало, отравленное ядом ненависти.
— Бьерн! — крикнула я так громко, что все удивленно стихли.
Он отвел глаза от раскрасневшегося личика своей невесты и увидел меня. Его лицо тут же исказилось. Он вскочил и, рванулся было ко мне, но я внезапным движением извлекла из-за пояса острый нож и Бьерн замер. В зале смолкли все голоса. Взгляды присутствующих остановились на мне. Все произошло в считанные секунды. Я схватила свою длинную черную косу и ловким движением отсекла волосы и швырнула их на стол. Еще не долетев до поверхности, она превратились в огромную черную змею, которая упала между тарелок с едой и, зашипев, собралась для броска. Мгновение и она прыгнула, целясь прямо в грудь застывшей невесты. Многие гости повыскакивали из-за стола. Атли схватил меня за плечи и встряхнул, но я оттолкнула его. Еще доля секунды, и ядовитая гадина вонзит свои зубы в белую девичью шею, когда внезапный окрик Бьерна заставил меня резко выбросить руку вперед и змея остановилась.
— Дара, нет! — в его голосе было столько боли, что я остановилась. Змея зависла прямо у лица девушки. Я повернулась к Бьерну. Не знаю, что такое было в моих глазах, но он словно окаменел. Я вложила в свой взгляд, брошенный ему, все свое разочарование и сердечную боль, а потом сжала пальцы в кулак и потерла ими, словно растирая в пыль сухую травинку и поднеся к губам ладонь, распрямила пальцы и легко дунула на поверхность. В тот же миг черная змея рассыпалась пеплом в воздухе, обдав им наряженную невесту. Она закричала от ужаса и только теперь, сбросив оцепенение, выскочила из-за стола прямо в объятия Бьерна.
Я развернулась на ватных ногах и вышла из зала. Одна.
Я не помню, как покинула дом, не помню, как оказалась на берегу. Корабль Хаки качался на волнах, рядом с кораблем Бьерна. Я бросила взгляд на черную воду и села прямо на песок, поджав по привычке под себя ноги. Гнев все еще был внутри меня, но сейчас он начал отступать, постепенно отползая в затаенные уголки моего сознания. Я подняла руку и коснулась рассыпавшихся по плечам густых волос. Теперь они едва прикрывали мои лопатки и совсем перестали походить на волосы Рунгерд. Но мне не было жаль их, еще отрастут. Мне было жаль мое сердце, которое болело и все еще любило.
Когда за спиной хрустнул песок под чьими-то сапогами, я, даже не оборачиваясь, почувствовала, что это Атли. Только он мог пойти за мной. Я спиной ощущала его звериную сущность. Приблизившись, он замер, а потом присел рядом и обнял меня за плечи.
— Зря мы пришли сюда, — произнес он.
Я промолчала. Я просто не знала, что мне ему ответить и, честно говоря, даже не хотела говорить. Атли внезапно напрягся и повернулся в сторону поселения, вглядываясь в темноту.
— Кто-то идет, — сказал он. Я равнодушно пожала плечами, когда к нам вышел Хаки. Он окинул взглядом меня и Атли, а потом неожиданно произнес:
— Что будете делать дальше? Я так понимаю, вы вряд ли захотите здесь остаться.
— Завтра мы уйдем, — сказал за нас обоих Атли.
— Куда? — Хаки сузил глаза, с любопытством разглядывая мое лицо.
Атли равнодушно пожал плечами.
— Тогда у меня есть для вас предложение, — воин протянул мне руку и помог подняться на ноги, — Если хотите, можете пожить в моем поместье. Я живу достаточно далеко отсюда. Атли может пойти ко мне в дружину…
Мне было все равно, и я просто согласно кивнула. Сейчас мне хотелось только одного, убраться как можно дальше от Бьерна и чем раньше, тем лучше. Я позволила Атли решать нашу судьбы и переговорить с Хаки, а сама отошла к воде. Свет звезд отражался в черной глади моря. Налетевший порыв ветра заставил воду всколыхнуться легкой, золотистой от отражения звезд, рябью. Мужчины разговаривали не долго, а потом разошлись. Хаки вернулся в поместье, а Атли ко мне.
— На рассвете отплываем с людьми Хаки, — сказал он, — Кстати, оказывается он — брат невесты.
Я вздрогнула. Как только я раньше не заметила их явную схожесть. По идее, он должен был обозлиться на меня за то, что я пыталась сделать с его сестрой, но вопреки всему, предложил нам помощь. Возможно, была причина? Хотя, если честно, мне было сейчас не до родства Хаки и, уже жены Бьерна. Я даже плакать не могла. Глаза были необычайно сухими, и когда я потерла их пальцами, то почувствовала резкую боль.
— Пойдем, устроимся где-нибудь на ночлег, — Атли взял меня за руку. Я не сопротивлялась. Все что угодно, лишь бы только не возвращаться в дом Бьерна. Я была согласна спать и в хлеву и даже в курятнике, хотя не думала, что мне удастся заснуть сегодня. Голова на удивление стала совсем пустая и какая-то легкая.
Мы устроились на ночь в доме на краю поселения. Атли сказал, что мы от Хаки и нас пустили спать, устроив на длинной лавке около очага. Атли уснул быстро, а я всю ночь провела, глядя на огонь и подбрасывая в него сухие поленья. На рассвете за нами пришел молодой воин из дружины Хаки, разбудила Атли и мы, даже не позавтракав, поспешили во двор. Моему удивлению не было границ, когда я увидела под дверью Бьерна. Он явно ждал там меня. Наверное, это он от Хаки узнал, где мы остановились на ночь. Наши глаза встретились, и я сжала зубы, стараясь сдержать зарождающуюся во мне ярость. Атли шагнул было к Бьерну, но я остановила его. Мы переглянулись, и он все понял по моим глазам.
— Я буду ждать тебя на берегу, — сказал мой названный брат и, смерив Бьерна недобрым взглядом, пошел вслед за человеком Хаки.
Я подождала, пока они скроются из виду, и повернулась к Бьерну. Я молчала, он тоже. Казалось, он не решался приблизиться, но взгляд его был таким изучающим, словно он пытался запомнить каждую черту моего лица. Честно говоря, я не совсем понимала, зачем он пришел сюда. Между нами все и так было понятно. Зачем лишний раз бередить друг другу сердце?