Страница 63 из 64
— Да ладно! Чего ты такой злой? Мы же выжили в этой проклятой норе.
— Отвяжись, Ленька, у меня голова сильно болит — Антон стал обтряхивать одежду от пыли, которая проникла, казалось во все складки.
Тут к ним подбежал Лось:
— Где немцы? Не видели?
— Какие на хрен немцы, мы тут сами еле выбрались — ругнулся Седоков. — Вам нужно — вы и ищите.
— Ну, ты, Седоков, потише, думай что говоришь — зло обрубил Лось, и быстро двинулся дальше. За ним побежал десяток бойцов, вздымая сапогами пыль.
— Ищите, Соколики, ищите! — хмыкнул Седоков. — Так они вас и станут дожидаться — тайга большая. Док, идем, поищем чего пожрать — есть хочется, спасу нет.
Антон тоже вдруг понял, что он просто дико хочет есть, и пить.
Они с Седоковым направились в сторону гарнизонного городка, где среди почти осевшей пылевой завесы было видно настоящее оживление — солдаты несли со складов и из уцелевших домов, кто что нашел.
Походив немного по разграбленным домам, Антон с Леонидом нашли картонный ящик с десятком банок мясных консервов и несколько бутылок спиртного. Седоков поднял брошенный кем — то в спешке пустой армейский баул, большой и крепкий:
— О! Вещь! Целый кабан сюда влезет!
— Да, полезная штуковина. Давай перекусим, Леня — сказал Антон, усаживаясь прямо на груду битого кирпича и открывая ножом банку с консервами. Седоков расположился рядом и, открыв одну из найденных бутылок, хлебнул прямо из горлышка:
— Что это за дрянь такая? — скривился Леонид. — А — а, 'Виски' — пишут тут по — ихнему. Ну и пойло!
— Да ладно, пей, и не перебирай харчами — ответил Антон, взяв у Седокова бутылку, и хлебнув хороший глоток. — Дрянь, конечно, редкая, но сейчас пойдет и это. Ты закусывай, давай, закусывай. На, вот, банку с тушенкой — нормальная, пробовал.
Поесть не удалось — возле Антона и Седокова остановился армейский открытый Уазик с тремя бойцами в краповых беретах.
— Эй, вы! Рыбальский и Седоков? — крикнул сержант, сидевший за рулем.
— А тебе чего, мордатый? — отозвался Седоков, хлебнув хорошую порцию виски.
— Я тебе сейчас покажу 'мордатый'! — с угрозой проговорил, действительно широкоскулый сержант, и нервно открыл дверцу, выходя из машины. Его товарищи сразу выпрыгнули из машины, абсолютно уверенные в своей силе и правоте, и направились к Антону и Седокову — изрядно выпившим, грязным оборванцам, расслабленно сидящих на куче кирпичей.
Но оборванцы вдруг вскочили, передернули затворы своих автоматов, и на приближающихся солдат мрачно уставились закопченные от стрельбы дула автоматов.
Все происходило молча. Солдаты остановились — они даже не успели поднять автоматы. Все было понятно и без слов: еще один шаг, или неверное движение — и краповые береты получат в упор по десятку пуль.
Солдаты остановились, неловко переминаясь:
— Да вы чего?! Мы с приказом к вам…
— Валите отсюда, салаги, пока целы. А то у нас нервы после боя не в порядке — стреляем на раз! А приказ свой, засуньте себе в задницу. Мы вольные, понятно!
Краповые береты, ругаясь, убрались восвояси.
Антон и Седоков уселись обратно, продолжая нехитрый обед.
— Ты понял!? Приказы нам уже развозят! Поесть даже не дают- возмущался Седоков, отправляя в рот очередную порцию виски.
— Ты ешь, давай — пробурчал Антон. — Закусывай, и не болтай лишнего.
— Да ем, я, ем — взялся за тушенку Леонид. — Ну что ты за человек такой, Рыбальский? Все учишь, да учишь. Зануда ты, вот кто.
— Ну, пусть будет зануда — улыбнулся Антон. Ему нравился этот смелый и простодушный человек.
Поели. Голова немного кружилась — то ли от выпитого виски, то ли от усталости.
— Во, Док — и тебя немного качает — рассмеялся Седоков, глядя, как неуверенно поднимается Антон со своего места.
— Да ладно, Ленька! Пьяный проспится, а дурак — никогда.
И оба бойца громко рассмеялись.
В это время за спиной у них остановился БТР. С его брони спрыгнул Лось, собственной персоной. Злой и мрачный. Автомат в руке.
— А ну, садитесь, быстро! Сокол вас ждет.
Антон с Леонидом переглянулись, и молча полезли на броню. Спорить с Лосем, как — то не хотелось.
Ехали недолго. Антон, сидя на броне, смотрел на горящий городок, который грабили солдаты, смотрел, как несколько спецназовцев в краповых беретах, по — видимому патруль комендантского взвода, ведут под руки к машине почти голую женщину в остатках военной формы, смотрел, как несколько солдат дерутся друг с другом, смотрел, как лежат вдоль дороги трупы чужих солдат в светло — песочной американской форме и ядовито — зеленом камуфляже британцев, смотрел на стелящийся на городком дым. Антон не думал, глядя на эту действительность войны — он просто наблюдал, просто тупо и устало наблюдал за всем этим. Не было ни сил, ни желания думать о происходящем.
Выехали на большое поле, посреди взорванных блиндажей и полузасыпанных траншей. Неподалеку стояли несколько больших транспортных вертолетов. Чуть ближе — боевой МИ — 8, с включенными двигателями. Вокруг было полно солдат, которые куда — то двигались, ругались, несли носилки с раненными, сидели и лежали прямо на земле.
БТР остановился и заглушил двигатели возле группы офицеров.
— Выгружайтесь! — Лось первым спрыгнул на землю. Когда Леонид с Антоном слезли с брони, к ним подошел Сокол, с еще каким — то офицером с тремя большими полковничьими звездами на погонах полевой формы.
— О чем с вами говорил фон Эссен возле дисколета, когда мы были внутри?
— Да ни о чем, не помню я — удивленно ответил Антон.
— Какие разговоры, товарищ майор — быстро вставил Леонид. — Мы прикрывали его от снайпера, чуть сами не сдохли из — за этого фрица гребаного.
— Ладно, потом — Сокол пристально посмотрел в глаза Антону. — А где сейчас немцы?
— Не знаю, не видел после лаборатории — ответил Антон. И это была чистая правда.
— И я не видел — сказал Седоков. — Драпали мы все тогда толпой. А кто — куда, мы не смотрели — не до этого было.
— Понятно — закончил Сокол, доставая из небольшой сумки два казенных бумажных пакета:
— Вот ваши документы, как и было вам обещано.
Антон с Леонидом рассмотрели содержимое своих пакетов: новые паспорта и военные билеты с их фотографиями, но с чужими фамилиями и именами, какие — то справки с синими печатями, пластиковые карточки.
— Это наши документы? — неуверенно спросил Антон.
— Ваши. Чистые и правильные.
— Ну, спасибо, товарищ майор — поблагодарил Леонид.
— Спасибо — присоединился Антон.
— Так, короче — двигайтесь вон в тот вертолет, куда раненных грузят — прервал бойцов Сокол. — Выгрузитесь в Приозерске, а там я вас найду. Кое — что порешать еще нужно.
Сокол, не прощаясь, повернулся и направился с офицерами в МИ — 8, винты которого стали набирать обороты. Лось тоже отправился за ними, кивнув Антону и Леониду на прощание.
Антон с Леонидом медленно поплелись к указанному вертолету, до которого было метров двести.
— Леня! — сказал Антон.
— Чего тебе?
— Ты езжай, а я не поеду.
— Ты что, сдурел, что — ли? — остановился Седоков, схватив Артема за плечо. — Очнись, Док! Мы теперь вольные! Совсем вольные! Пошли, не дури.
— Нет, Седоков. Ты иди, за Ирой Пантерой присмотришь, если что. А я пойду в Ромб — мне нужно одного человека найти.
— Да найдешь ты эту свою женщину — сказал Леонид. — А не найдешь — я тебе таких телок на Большой земле найду — забудешь обо всем…
Седоков не договорил, взгляд его напрягся, а правая рука скользнула вниз, на цевье автомата — он что — то увидел за спиной Антона.
Антон похолодел, не шевелясь и не оборачиваясь.
— Ну, чего остановился? — раздался за спиной Антона насмешливый голос. — Спокойно повернулся! Руками не дергай!
Антон медленно повернулся: вокруг стояло пятеро спецназовцев в краповых беретах. В руках автоматы.
Поворачиваясь, он успел заметить, что и Седокова окружили солдаты в краповых беретах, вынырнув откуда — то сбоку.