Страница 33 из 64
- А он не может нас арестовать? Или доложить людям А? - вновь нетерпеливо перебила девочка и с любопытством сунула голову поближе к зеркалам.
- Уже не может, - недовольно ответил Лонни и открыл было рот, чтобы объяснить подробнее, но передумал. - С помощью него мы перенесем информацию. Давайте пропуск и не трогайте ничего.
Уно послушно отдал пластиковую карточку. С долей зависти он посматривал на маленького умника, со знанием дела, копающегося в сложной технике. Слишком уж Лонни был умным! Но другие ребята не издевались над ним! Несправедливо!
- А ты не слышал про "Химеру"? - подойдя к столу и наблюдая, как очкарик вставляет карту в прибор, спросил Уно.
- Да, я проходил их экзамены. Элементарные задачки, - не отрываясь от работы, ответил Лонни. Он отсоединил круглую железку и уверенно направился к атланту. - Но, конечно, меня не взяли.
- Почему "конечно"? Ты же все решил?
- Статистика, - скривившись, ответил очкарик, пристраивая железку между проводами и стеклами. Раздался щелчок, а зеленый огонек на корпусе атланта замигал. - Такие отборы постоянно проводятся в Таксонии. Раз в семь лет идет набор в подобную школу, но почти никто не проходит. Людям А не очень-то нужны лишние рты у себя в городе - это не более, чем психологический прием, чтобы создать иллюзию для населения Б. Люди спокойнее, если у них есть вера, что они могут стать людьми А.
- Но ведь твой папа стал! И многие становятся! - не удержался Уно, чувствуя, как запылали щеки - как же глупо он выглядел со своими мечтами.
- Да, но я не могу понять как. Выбор счастливчиков нерационален, - оторвался от работы Лонни и задумчиво уставился в стену. - Похоже на случайный отбор. Раньше было такое развлечение - лотерея. Игра, где победить мог любой, но все решал случай. Похоже, в городе А постоянно играют в "лотерею" жизнями жителей Б. Потому что закономерности в их выборе нет, а я пытался ее выявить. Единственное, что могу сказать точно: чем ты старше, тем меньший шанс перебраться за стену. У меня вот шансов больше, чем у тебя и Шэр.
Девочка не следила за разговором, а с любопытством осматривала приборы в лаборатории, но на свое имя отреагировала и резко развернулась.
- Что, очкарик, думаешь тебя заберут в город А? - с насмешливыми нотками спросила она и сдула челку с лица.
- Учитывая мой возраст - вероятность высокая, - кивнул Лонни. - Но я работаю над тем, чтобы увеличить свои шансы. Если смогу все-таки выявить закономерность, то точно смогу попасть в город А. Там, наверное, сумасшедшие технические возможности! Весь этот хлам здесь - жалкие осколки, мусор, которые люди А просто выкидывают нам. Как кость бродячей собаке.
- Собаке? - переспросил Уно, услышав незнакомое слово.
Очкарик с грустью посмотрел на мальчика и тихо пробормотал: "Не читают книги. Никто не читает". Объяснять он ничего не стал, а склонился над атлантом. Быстро щелкнул пальцами по одному из зеркал, и прозрачная поверхность пошла рябью: черные горизонтальные полосы прорезали резко потемневшую поверхность.
- Энергии не хватает, - недовольно заметил Лонни. - Ничего не трогайте - я сейчас вернусь. Свет ненадолго погаснет.
Очкарик еще раз щелкнул по стеклу, и зеркало вновь стало прозрачным. Когда Лонни по лестнице кинулся прочь из лаборатории, Уно подошел поближе к подруге и тихо спросил:
- А откуда здесь свет? Ведь ночью все отключают.
- Это же Лонни. Он очень умный - нашел способ, - спокойно пожала плечами Шэр, усаживаясь на один из столов. - Умник умников! Но его все любят - он такие штуковины забавные нам приносил!
- И откуда он все достает? - почувствовав обиду, будто подруга предала его, спросил Уно - ему не нравилось, как Шэр восхищенно говорит б очкарике, ведь раньше умником был он.
- Обменивает талоны. Сам знаешь, какое пособие выдается, если кто из семьи в город А попадает. Талонов у него много, да и мама его вроде бы на закрытом заводе работает.
Свет в лаборатории резко погас, а затем также неожиданно включился - по подвальному помещению пронеслось натужное гудение, включающихся приборов, а разобранный атлант издал тонкий пищащий звук. Уно с любопытством посмотрел на зеркала - вместо черных полос теперь светился серый фон с кучей значков.
- Кстати, мелкий, предложи Джими с нами на монстра слазить. Он бы нам пригодился, - сказала Шэр, стягивая перчатки и задумчиво разминая пальцы. - Ты же завтра работаешь?
- Да, бой будет, - кивнул Уно. - Но Джими сейчас не в настроении. Кстати, а ты слышала о розовом талоне?
Девочка чуть не свалилась со стола от такого вопроса и очень удивленно посмотрела на мальчика, словно он сказал что-то очень неприличное. Зеленые глаза испуганно расширились, словно Шэр поймали на горячем, а кожа лица резко побледнела да цвета чистой бумаги.
- Тебе откуда знать про такой? - наконец, спросила она, нервно облизнув губы. - Неужели Рэй тебе предложил? С чего вдруг такая щедрость...
- Слышал, - уклончиво ответил Уно. - Что это за талон особенный?
- Особенный, - нехотя буркнула подруга. - Мелкий, не принято о таком болтать, а то сам не знаешь.
- Не принято еще и ночью после отбоя ходить и атланта на детали разбирать!
- А ты, смотрю, смелым стал, - криво улыбнувшись, заметила Шэр. - Разное получить можно - смотря какой розовый талон: первой, второй, третьей категории. Но не совал бы в рот, а то подсядешь быстро, но если на улице Зеленых крыш не живешь, то постоянно такой талон не достанешь. Ломка жуткая - похлеще чем от шоколада. Для взрослых розовые талоны, как для нас теневые. Если бы за смерть близких розовые давали, то, поверь, ни один ребенок бы и до трех лет не дожил.
- Что не совал в рот? - не понял Уно. - Почему ты загадками говоришь?
От ответа Шэр спас вернувшийся Лонни, который буквально слетел по ступенькам вниз и с горящими за стеклами очков глазами подбежал к атланту. Довольно улыбнувшись, очкарик чуть ли не с головой залез внутрь и стал рыться в проводах и деталях. До слуха ребят доносилось ритмичное пощелкивание, а атлант периодически издавал пищащие звуки.
- Шэр, ответь, - шепотом обратился к подруге Уно, но девочка спрыгнула со стола и вдруг очень заинтересовалась, что же делает очкарик.
Мальчик уже было решил, что не получит ответа, как вдруг отреагировал Лонни, который услышал отрывок их разговора. Щелкнув еще пару раз по зеркалу, очкарик с довольной улыбкой вытер выступивший на лбу пот и повернулся к ребятам.
- Подождать нужно, - заметил он. - А насчет розовых талонов за смерть близких - было такое, кстати. Информация засекречена, да и давно было - еще прадедушки застали, которые сами детьми были. Но Шэр правильно сказала - смертность в этот период очень высокая была. Не среди детей, но вот в семьях - да. Сплошные вдовы и вдовцы ходили. Но лишь процентов тридцать было убийств ради компенсации в виде розового талона. Остальные из-за насилия в семьях - поделить не могли. Хотя институт брака - глупость, как по мне. Давно уже отжить должен, как атавизм.
Уно раздражали умные и непонятные словечки очкарика, поэтому он зло спросил:
- А сколько ждать? Не получается пропуск подделать?
- Процесс декодирования не одну секунду занимает, - со знанием дела ответил Лонни и вновь поправил очки. - Сбоя не будет. Через двадцать минут у нас точная копия будет магнитной полосы.
Недовольно поморщившись, Уно отвернулся и стал изучать железки, разбросанные по столу. Мальчик злился, хотя и не хотел признаваться самому себе в причине - неприятно было осознавать, что раньше он считал себя очень умным и особенным, куда более особенным, чем все остальные ребята, а теперь появился Лонни. Девятилетний очкарик с улицы Зеленых крыш, который знал и умел все, даже атланта смог разобрать. Больше Уно не чувствовал себя особенным. Единственная его надежда была на "Людей Моро" - вдруг мерзкий очкарик не знает о них? И бумаги про эксперимент не читал!
Делиться информацией Уно не хотел - сам разберется. Нужно лишь найти Сая и все-все у него узнать! Больше сумасшедший знакомый не обдурит его общими фразами.