Страница 6 из 7
– Дорогая Мэри, несмотря на то, что мое состояние сейчас близко к обмороку, позволь поздравить нас с тобой с победой и пригласить на спасительное подобие ланча.
Отдышавшись, я ответила другу, что с радостью принимаю его предложение и от души поблагодарила его за все то, что он сделал для нас в этот прекрасный день. Вяло улыбнувшись друг другу, мы побрели в сторону Макдональса. В моменты переживания последствий бурных ночей мы с Марком традиционно отправлялись в ресторан к Рональду и заказывали там все самое лучшее. Устроившись за столиком у окна, мы чокнулись стаканами с колой и приступили к трапезе. Пожевывая нагеттсы и пялясь в окно, я думала о том, какие мы все-таки молодцы и как же здорово, что нам в руки приплыл такой перспективный проект, а Марк, судя по растерянному взгляду, вообще ни о чем не думал.
– Вообще не могу ни о чем думать, – как будто прочитал мои мысли друг. Сейчас надо поехать домой, отоспаться и с завтрашнего дня приступить к осуществлению плана «Россия в снегу».
– Почему «Россия в снегу»? – хихикнула я.
– Потому что сейчас декабрь и там, должно быть, по уши снега… Не знаю, почему мне это пришло в голову, – неуверенно произнес Марк.
– В снегу, так в снегу, – не протестовала я. – Надо позвонить Ричарду и сообщить ему радостное известие. И, кстати, что думаешь, поживем пока в арендованной квартире или поселимся у мамы?
– Твоя маман – очень мила, но, с другой стороны, не хотелось бы ее притеснять. И вдруг я встречу в Москве любовь всей своей жизни? Мы тогда будем жить вчетвером? – размечтался герой-любовник.
– То есть, ты думаешь, что если мы будем жить в отдельной квартире, я буду в восторге от твоего подселения? Тогда я своему мужчине мечты скажу, что ты мой друг-гей, ок? – закипела я.
– Эм… вот об этом я не думал, ладно, разберемся на месте. И сегодня не самый лучший день для решения важных вопросов – ответил Марк.
Вволю наевшись и запив все гляссе, мы вышли на улицу и жадно вдохнули воздух. Наши тонкие натуры чувствовали скорое расставание с городом и рьяно пытались надышаться впрок. Прогулявшись, мы решили поехать домой на метро. Ступив на порог квартиры, я почувствовала дикую усталость и решила прилечь на кровать.
Меня разбудил звонок домашнего телефона, я моментально подскочила во тьме и стала барабанить по тумбочке, чтобы нащупать выключатель. Лампа не сразу поддалась, но озарив, наконец, комнату светом, дала мне возможность найти телефонную трубку, которая сразу замолчала.
На часах было восемь, и я пыталась понять, чем мне стоит заняться в этот вечерний час. Для начала решила поискать мобильный. Нащупав его на дне сумки, я поняла, что он разряжен и включила в сеть. Не успела я придумать себе новое дело, как вновь зазвонил домашний, это был Ричард.
– Наконец-то! Дорогая дочь, я нахожусь уже в том возрасте, когда тебе стоит беречь мое сердце. Мобильный недоступен, Марк просто не отвечает на звонки, дома тоже никого! Что я должен думать?! – негодовал папа на том конце провода.
– Папуля, прости! Я нечаянно уснула, у нас была веселая ночь с русской тематикой. Но, у меня есть дивные новости, я немедленно все должна тебе рассказать. Если хочешь, приезжай ко мне, выпьем чаю и поболтаем – оправдалась я.
Ричард одобрительно хмыкнул и обещал быть в течение часа.
Через час мы пили чай, и я рассказывала папе про наш план.
– Ну что ж, дочь, я очень рад! Из твоих речей я понял, что все это достаточно серьезно, и вы действительно получаете неплохой старт. К тому же, ты сможешь проводить много времени с матерью, она будет счастлива.
Обсудив все за и против, я получила отцовское благословление, а он – успокоение по поводу моего будущего.
– Держи меня в курсе! Закатим вечеринку по поводу вашего отъезда, – сказал Ричард в дверях.
– Да, пап, обязательно! – радостно ответила я, провожая папу к лифту.
Глава 8. Кто такая эта Мадлен?
На следующий день мы приступили к подготовке. Марк подал документы на визу и приступил к одному интересному проекту в нью-йоркском офисе, а я перебирала вещи и собиралась с мыслями. Морально я была готова к отъезду, но ощущение новизны и перемен до конца не прижилось. Заданий из офиса мне еще не поступило, и я в очередной раз наслаждалась бездельем, беседуя с мамой, которая ежедневно выходила на связь. Мы обсуждали, как улучшить интерьер ее квартиры к нашему приезду, что Марк любит есть на завтрак и не достать ли из тайного угла моего любимого плюшевого зайца. В это же время Ричард начал подготовку к нашей прощальной вечеринке и, судя по его активным действиям, он готовил что-то грандиозное.
Когда через две недели паспорт Марка с визой Российской Федерации был получен, мы начали обратный отсчет. Ричард загадочно намекал на что-то невероятное, Марк паниковал и не понимал, какую шапку ему купить на первое время, мама сделала пару контрольных звонков, а я… я впала в нирвану. Собрав вещи и подыскав арендаторов для своей квартиры, я, как говорят, наблюдала за всем со стороны. Я была абсолютно спокойна и расслаблена, и не могла дождаться момента, когда ступлю на родную землю для выполнения важной миссии.
Прощальная вечеринка была назначена на вечер перед нашим вылетом, и мы с Марком обещали друг другу вести себя хорошо. Выбрав для праздника лучшие вечерние туалеты, мы отправились в пентхаус Ричарда – Мекку лучших торжеств Манхеттена.
Поднявшись на самый верх и пройдя в апартаменты, я была готова разрыдаться. Бесконечные метры папиной квартиры украшали большие красивые фотографии. На них была я, Ричард, Марк, мама, наш выпускной, я с Ричардом, я с Марком, мама с Марком, какая-то непонятная девушка, видимо, случайно затесавшаяся в этот вернисаж… Но все это было так трогательно. Мои фотографии в полный рост украшали даже кухню.
– Ричард все-таки мастер вечеринок, – растрогано сказал Марк, поправляя бабочку. Здесь есть даже мои фотографии.
– Пойдем, найдем его, – предложила я.
Мы стали активно пробираться через толпу.
Народу собралось много, кого-то я знала лично, с кем-то встречалась в офисе у Ричарда, но все эти люди, как мне казалось, были рады меня видеть, улыбались и приветственно кивали. Играл оркестр, официанты разносили напитки и канапе, дамы и господа, пришедшие проводить нас за океан, явно наслаждались банкетом.
– Просто какое-то вручение Оскара, а не прощальный вечер, посмотри на эту женщину, на ней все лучшее от Картье и Графф сразу. А этот мужчина? Он кто? – возбужденно шептал мне Марк пока мы шли искать отца.
Наконец, среди толпы я увидела Ричард. На нем был идеальный костюм и ботинки ручной работы. Увидев нас, он засиял:
– Дорогие мои, как вам торжественный вечер по поводу отъезда? – незамедлительно последовал вопрос.
Мы с Марком наперебой принялись нахваливать праздник, который действительно имел размах вручения важной премии.
– Не уходите слишком рано, будет потрясающий фейерверк и куча сюрпризов. Мария, я хотел бы тебя кое с кем познакомить – не унимался Ричард.
– Да, пап, конечно – бодро ответила я, предвкушая грядущий официоз. Кому меня только не представляли, Дональд Трамп лично несколько раз лично жал мне руку.
– Дорогая, это Мадлен, моя возлюбленная. Мадлен, это моя дочь Мария, – отчетливо проговорил папа, и я увидела перед собой женщину.
Здесь, стоит сказать, что папа всегда пытается окружить себя прекрасным: он строг к мелочам, придирчив к интерьерам, любит антиквариат, одежду ручного пошива и предпочитает дорогие спортивные автомобили и коллекционные вина. К этому всему надо добавить, что окружающие его люди, в особенности женщины, умны, образованны, интеллигенты и обладают поразительным чувством юмора. Так вот какого черта передо мной сейчас стоит эта Мадлен? Мне кажется, она сбежала из гарема Хью Хефнера или с какой-нибудь рейтинговой программы про то, как покорить Нью-Йорк за тридцать дней. Белые, сожженные перекисью волосы, отлично гармонировали с огромными губами-пельменями, сияющими ярким блеском, и длинными искусственными ресницами. Под розовым платьем топорщилась силиконовая грудь, ноги были обуты в стриптизерские сандалии. Разрази меня гром, где Ричард нашел эту куклу?! – подумала я.