Страница 24 из 39
Выпрыгнув из ниши, я встретил ее в середине зала.
— О, Шелл! — воскликнула она дрожащим голосом.
Ледяными руками она дотронулась до моих. Казалось, она едва держится на ногах.
— Не волнуйся, Лилит. Расслабься. Тебе удалось ускользнуть от них, слава Богу. Сейчас мы...
— Выйдем отсюда, Шелл. Мне показалось, что за мной следили. Не знаю. Давай выйдем, я хочу, чтобы ты убедился.
С исказившимся от ужаса лицом она тянула меня за руки.
— Выйдем? Зачем... — Я смолк, уставившись на ее лиио.
Зрачки у нее расширились, — она явно увидела кого-хо за моей спиной. Отпустив мои руки, она отступила к двери. Я оглянулся — в нескольких шагах от меня стояла Бетти со странным выражением лица.
Она поравнялась со мной в тот момент, когда я смотрел, как Лилит выскальзывает в дверь, и спросил:
— Что происходит с Лилит?
— С кем?
— С Лилит. Лилит Мэннинг. Вы только что видели ее.
— Не валяйте дурака! Это не Лилит, а Дороти Крэйг.
Глава 13
Ничего не понимая, я уставился на Бетти:
— Кто? Нет, вы ошибаетесь. Она...
Бетти поспешила прервать меня, произнеся напряженным голосом:
— Говорю вам, это Дороти Крэйг. Сегодня я разговаривала с ней о завещании. Теперь она уже не брюнетка, но все равно она совершенно не похожа на мисс Мэннинг. В прошлом я брала у мисс Мэннинг два-три интервью.
Я все еще пребывал в шоке, не в состоянии понять, что говорила Бетти.
— Она просила меня выйти. Зачем... — Я замолчал, наконец врубившись. — Чтобы кому-то из ее дружков было легче сделать дырку в моей голове. Вероятно, одному из подручных Норриса. — Я выхватил кольт и одновременно подтолкнул Бетти в сторону туалетов, прикрикнув: — Бегите!
Бетти впереди, я за ней, мы кинулись в глубину зала. По дороге она схватила пакет с нашего столика, затем заскочила в дверь туалетной комнаты. Я последовал за ней и чуть не упал, вдруг сообразив, что самое существенное в том, что я только что узнал: мне нужен был вовсе не Норрис. В конце концов не он стоял за всеми моими неприятностями, не он загнал нас с Бетти в угол. Теперь не оставалось никаких сомнений: приказ об убийстве Дэйна, как и о моем убийстве, отдал Клайд Барон.
Однако времени на размышления не оставалось. В дверях туалетной комнаты я бросил беглый взгляд через плечо и увидел две крупные фигуры, появившиеся у входа в ресторан. Затолкав Бетти внутрь, я захлопнул за нами дверь.
— В окно! — крикнул я, показывая пальцем. — Мало вероятно, что там нас поджидают. Быстрей!
Она отперла окно с матовым стеклом и подняла раму. Металлической сетки, славу Богу, не было. Выбросив пакет, она высунула в окно голову и плечи. Я оставался у двери, понимая, что, если этим парням был нужен я, они знали, где меня искать. Да и Бетти может стать их мишенью.
— Помогите мне, — попросила Бетти.
Я взглянул на нее — моему взору зрелище представилось очаровательнейшее. Наполовину высунувшись из окна и пытаясь задрать колено на подоконник, она вовсе не казалась, как всегда, чопорной и пристойной. Увы, не время было ловить кайф от пикантного вида Бетти. Шагнув к ней, я протянул левую руку к ее щиколотке, а в правой держал на мушке револьвера дверь, которая тут же с шумом распахнулась.
В руках у появившегося в дверном проеме парня с лошадиным лицом была «пушка». Я видел его с Норрисом, но так и не удосужился тогда поздороваться с ним. И теперь у меня уже не будет шанса сделать это, ибо, узрев меня, он вскинул свою «пушку», а я не задумываясь нажал раз, и второй, и третий на спусковой крючок кольта. Он был так близко, что я слышал жуткое чмоканье пуль 38-го калибра, прошивавших его тело, несмотря на оглушительный в ограниченном пространстве маленькой туалетной комнаты рев выстрелов. Он тяжело сполз по притолоке с двумя пулями в теле и дыркой во лбу.
Я заметил какое-то слабое движение за ним, когда кто-то отскочил в сторону от дверного проема, и услышал пронзительный женский вопль в зале ресторана. Потом закричал мужчина. Бетти все еще дрыгалась в окне, однако я быстро прекратил ее страдания, повернувшись к ней и уперев обе руки — с револьвером в правой — в ее зад и сильно толкнув. Она вскрикнула и исчезла за окном. Я буквально нырнул за ней, опершись левой рукой на раму и приземлившись на четвереньки на утрамбованную землю. Бетти уже поднималась на ноги.
— Бегите! — крикнул я.
Я собирался последовать за ней, но не сразу. Лилит — вернее Дороти Крэйг — не ожидала встретить здесь Бетти и надеялась выманить меня наружу и подставить под пули своих дружков. Так что, скорее всего, с ней были только два парня, один из которых был еще жив-здоров и готов преследовать нас. И мне хотелось быть уверенным, что ему не удастся настигнуть нас.
Поэтому я остался у окна. Прошло так мало времени, что я еще успел заметить, как лошадиная морда растянулся на полу. И тут в дверь влетел второй — Циммерман!
Тот самый умелец, к которому обращался Барон, когда ему требовалось кого-то убрать, скажем, того же Эмметта Дэйна или меня. Отчасти я был даже рад видеть его красивое лицо, ибо боялся, что уже никогда не встречу этого обаятельного парня. И я был рад видеть «пушку» в его руке — это облегчало мне то, что я собирался сделать.
Прыгнув в туалетную комнату, Циммерман стремительно двинулся ко мне. Я просунул в окно правую руку с кольтом, уже со взведенным курком, и прицелился. Он увидел мой револьвер, поднял глаза на мое лицо, вскидывая свой пистолет. И это было последнее, что он увидел в своей жизни.
Я бросился бежать, а в моих ушах все еще звенело от последнего выстрела.
Окно выходило в проулок, и я добежал по нему до улицы. Схватив стоявшую там Бетти за руку, я потянул ее на другую сторону улицы. Вместе мы пробежали еще по одному проулку, выскочили на следующую улицу, повернули налево и промчались несколько футов до припаркованной машины.
— Минутку, — сказал я.
Стоило мне только повернуть ручку, и дверца машины распахнулась. Я забрался за руль и пригласил ее:
— Залезайте.
Она уселась рядом со мной.
— Что вы собираетесь делать?
— Угнать машину, если удастся.
Мои руки быстро нашли провода зажигания, оборвали и соединили их. Через несколько секунд я завел мотор, проехал с милю и остановился напротив унылого обветшалого мотеля. На его фасаде мерцала неоновая вывеска: «Мотель „Пласо“. Свободные бунгало».
В отдалении завывали сирены. Я достал сигареты, предложил одну Бетти, дал ей прикурить и прикурил сам.
— Ну, мы попали, золотце. Позже я объясню вам все подробнее. Главное же в том, что бывшая брюнетка Дороти Крэйг подставила меня убийцам. Я знаю слишком много. А теперь и вы. Во всяком случае, она видела вас со мной, а сейчас она уже в курсе, что приключилось с ее дружками. Короче говоря, вам недолго осталось жить.
Какое-то время я, размышлял над тем, как они все организовали и почему решили, что им удастся провернуть это дельце, выдав Дороти Крэйг за Лилит Мэннинг? Однако при ближайшем рассмотрении механика оказалась до смешного простой. Необходимы были только два условия: первое — чтобы Эмметт Дэйн никогда не встречался с Лилит Мэннинг (а он сообщил мне, что познакомился с ней за несколько дней до моего приезда в Сиклифф), и второе — чтобы Лилит Мэннинг не было в городе. Вероятно, думал я, она находилась в Европе, на Гавайях или на Восточном берегу. Во всяком случае, достаточно далеко отсюда, чтобы не быть в курсе происходящего.
Поначалу мошенничество преследовало только одну цель: обвести вокруг пальца Дэйна. Когда Барон представил Дороти как Лилит, у Дэйна не было причин подозревать его во лжи — не больше, чем у меня. С моим появлением мошенничество осложнилось, но все бы обошлось, если бы Барону, копам или Норрису с его подручными удалось уговорить меня покинуть город. И они не жалели сил для этого. Теперь-то я знал почему.
Подумал я и о другом: мы так ни разу и не зашли в особняк Лилит Мэннинг. В трех случаях, когда я бывал там, мы встречались снаружи: первые два раза у бассейна и последний — на веранде. А я-то считал, что копы дали маху, когда пытались пристрелить меня на глазах Лилит Мэннинг. Их вовсе не заботила свидетельница — она была замешана в убийстве не меньше их самих. Одного нельзя отнять у Дороти Крэйг: перед самым покушением она, по крайней мере, попыталась уговорить меня «отвалить» вместе с ней, видимо, ей стало тошно от одной мысли о предстоящем убийстве в ее присутствии. Однако это была всего лишь преходящая слабость, ибо милая страстная Дороти должна была знать в тот момент, когда ее губы обжигали мои, что ее дружки-копы уже мчались с намерением убить меня. Сейчас стало понятно, почему она отказалась уехать в моем «кадиллаке». И я понял кое-что относительно смерти Блэйка: теперь на моей стороне не было ни одного свидетеля.