Страница 77 из 136
Не наладив отношения с Маннергеймом, Колчак здорово навредил генералу Н.Н. Юденичу, который во многом зависел от Маннергейма и с его помощью получил на создание Северо-Западной армии по тем временам огромную сумму — 2 миллиона марок.
В апреле 1919 года «союзники» преподнесли Белым сюрприз и на юге — когда подразделения Белых отступили к хорошо укрепленной старой крепости — Севастополю, и приготовились обороняться, то 12 апреля 1919 года французское военное командование без объяснений предъявило Белым ультиматум — покинуть Севастополь. И на западном фронте «союзники» предали Белых — когда Родзянко со своими малыми силами предпринял удачное наступление и взял Псков, Ямбург и Гдов, то «союзники» — англичане прекратили его снабжать. И без снарядов и пуль наступление остановилось, а затем началось отступление. А когда армия Родзянко численностью 7 тысяч бойцов освободила Эстонию, то начала прозревать военная основа большевиков — красные балтийские моряки. «А главное — колебался Балтфлот. Моряки, прежняя «краса и гордость революции», хорошо видели, к каким бедствиям привела Россию эта революция. И появилась реальная возможность привлечь их на сторону белых — что гарантировало падение Петрограда. Но когда первые два советских миноносца подняли якоря и прибыли в Таллин, то англичане... отдали корабли Эстонии. А из команд кого расстреляли, кого загнали в концлагерь. Другие моряки повторять их опыт не стали», — отметил в своём исследовании В. Шамбаров. Вернемся к Колчаку.
Ко всем бедам, сил и вооружения у Колчака оставалось немного. Поэтому Колчак двинул свои войска на юг — на Самару — к Деникину. Когда планы Колчака дошли до Деникина, то он в мае двинулся навстречу — на север, на Царицын. Но в этот момент большая беда случилась у Колчака — сработало главное ленинское оружие — идеологическое, пропаганда и агитация. 1 мая 1919 года Украинский полк имени Тараса Шевченко, державший фронт у станции Сарай-Гир, убив 60 белых офицеров, подло предал и с орудиями перешел к Красным. Затем ещё 4 колчаковских полка предали и перешли к Красным.
В результате этого предательства на фронте возникла большая дыра, в которую ворвалась армия Фрунзе и зашла глубоко в тыл, фронт рухнул, в боязни окружения белые беспорядочно отступали, неся огромные потери. Коммунисты этот прорыв объяснили военным талантом Фрунзе. Немного позже перешел на сторону Красных 11-й Сенгилевский полк и несколько батальонов. В июне 1919 к Красным, убив офицеров, перешли два батальона 21-го Челябинского полка горных стрелков. В конце июня под Пермью Красным сдались без боя 3-й Добрянский и 4-й Соликамский полки. В сумме перешло к Красным более 20 тысяч солдат. Фронт Колчака полностью развалился, вместо наступления на юг его армия вынуждена была с большими потерями, имея «на плечах» Красных, отступать за Урал к Челябинску.
Вскрылась, трагически «материализовалась» крупнейшая проблема Белых, — в идеологии. Белые во всём своем разнообразии не были готовы к переменам, к революции, к формированию единой привлекательной и ясной идеологии «для масс». И в ходе гражданской войны не определились. Среди белых офицеров были сторонники перемен, с ними спорили другие белые офицеры-монархисты, которые были верны клятве, монарху. Либеральные взгляды Деникина раздражали монархистов Деникина, а Антанта считала — что взгляды Денинкина не достаточно либеральны. По требованию Антанты Деникин в армии даже сменил гимн «Боже, Царя храни!» на Преображенский марш. Одни желали вернуться к прежней форме правления — к монархии, другие, более — «прогрессивные» желали конституционную монархию, третьи хотели вернуться к временному правительству и парламентаризму, четвертые — размышляли «накоротке» и по-туземски примитивно — собрать Учредительное собрание, а дальше — как народ решит, пятые хотели быть полностью свободными — анархистами, шестые — вообще не понимали, как выстроить будущее, примером этому сам Деникин: «Я бороться за форму правления не буду, я веду борьбу только за Россию».
Деникин говорил общие слова — что необходимо сражаться: «...не для защиты сословных и классовых интересов, а чтобы создать новую светлую жизнь всем: и правым, и левым, и казаку, и крестьянину, и рабочему». — А что думать крестьянину, зараженному духом анархистской свободы? — Что будет? — Наделенную или награбленную землю отберут обратно? Помещики вернутся — высекут?
А ответы на эти вопросы очень серьёзные и решающие — у кого будет больше солдат, у кого будет больше армия. А у Ленина было враньё — но ясное, сладкое, многообещающее, и к весне 1919 года он не смог мобилизовать планируемые 3 миллиона солдат для мировой революции, но 1,5 миллиона уже под винтовки поставил. Только Врангель в конце Гражданской войны признал революционный передел земли.
Большевики применили на тот период времени самые передовые научные открытия в социологии, обществознании, в психологии и политологии. Эти знания специально не афишировались, только мелькнули в «Протоколах», которые заинтересованные силы подвергли сомнениям. Разрыв в знаниях был огромен. Большинство российских политиков были не в курсе этих знаний и технологий, которые такие передовые в то время (без всякого сарказма) люди как Бронштейн и Ленин со своими «соратниками» давно применяли и совершенствовали. А как писали в своих мемуарах многие белые генералы — до 1917 года они политикой и всякими там мудреными технологиями работы с «массами» не интересовались, для них было всё просто — дали клятву и служили согласно Уставу.
Захватчики высокопрофессионально владели методами информационной войны — они легко переагитировали белых солдат на свою сторону, создавали внутри белых террористические группы, а за их спиной подполье и партизанские отряды. Основой этого была опять же Ложь-Надежда. Подлая, наглая Ложь была намного сильнее искренней патриотической правды. И вожди Центрожида были в этом, несомненно, талантливыми и непревзойденными. Трагедия Белых была и в том, что грамотных крестьян, казаков и рабочих, способных разобраться в сложной политической обстановке было мало, а ленинцы применяли против патриотических призывов не только кнут-насилие, но и огромный иллюзорный пряник — «светлое будущее Коммунизма», за которым тянулись миллионы неграмотных и оболваненных. Большая иллюзорная «Надежда» вела их в бой. А Белые никаких красивых надежд не дарили, и были не понятными, не ясными. К тому же Белые не готовы были к таким жестким методам по отношению к мирному населению, какие применяли Ленин и Бронштейн — насильственная мобилизация, метод заложников-семей, массовые расстрелы.
Во время боев против Колчака и Деникина Ленин объявил «советскую мобилизацию», 31 мая 1919 года он приказывал: «С 15 июня мобилизовать всех служащих советских учреждений мужского пола от 18 до 45. Мобилизованные отвечают по круговой поруке друг за друга, и их семьи считаются заложниками в случае перехода на сторону неприятеля или дезертирства или невыполнения данных заданий и т.д.».
К осени 1919 года Ленин и Бронштейн смогли увеличить Красную армию до 4 миллионов, и хотя во второй половине 1919 года из Красной армии, несмотря на все запугивания, дезертировало около полутора миллионов бойцов, но Красные сумели создать большую грозную военную силу.
Белые генералы также интенсивно занимались созданием и увеличением армий, но у них результаты мобилизации были в несколько раз ниже, чем у ленинцев. Хотя в некоторых редких случаях они пытались перенимать методы Красных, подражать им, например, — атаман Б.В. Анненков расстрелял более тысячи крестьян, восставших против насильственной мобилизации в Славгородском уезде.
Весной 1919 года в Финляндии с помощью Маннергейма сформировал небольшую армию (16 тысяч солдат и офицеров) генерал Н.Н. Юденич, который успешно начал наступление на Петроград и 15 мая взял Гдов, 17 мая Ямбург, 25 мая Псков, затем Лугу и подошел к Гатчине, до Петрограда оставалось 50 километров. В это время Маннергейму дошло известие, что Колчак отказал ему в суверенитете Финляндии, а в Париже возмущенные предложением Маннергейма бездельники из Политсовета во главе с С.Д. Сазоновым вообще подняли шумный гвалт. Недовольны были и англичане, которые преследовали цель раздробления России. А в это время напряглись испуганные Красные.