Страница 70 из 136
Уральских казаков в Оренбуржье и на Урале уничтожал Шая Голо-щекин и Г. Петровский. Русский фашист Г.И. Петровский «доблестно проявил себя» и в кровавом расказачивании на Украине, в честь этой мрази захватчики переименовали город Екатеринослав в Днепропетровск. В 1937 году Г. Петровский, потеряв всякое человеческое достоинство, так унизительно публично лебезил перед Сталиным, что Сталин его единственного из всех кровавых палачей периода 1917-1923 гг. пожалел, оставил в живых.
Рис. Г.И. Петровский.
Бронштейн-Троцкий, кроме ликвидации казачества, решил ещё, попутно, гуляючи испортить казачью породу, русскую чистокровность. «На Кубань прибыл «устанавливать советскую власть» сам Троцкий. Вероятно, захваченных здесь казаков и белогвардейцев ждала такая же участь, как в Архангельске и Одессе, но многим подарила жизнь война с Польшей — их мобилизовали в Красную армию. Тем не менее и на Кубани прошли крупные «чистки». Было арестовано 6 тысяч станичных атаманов, членов станичных правлений, офицеров, войсковых чиновников. Их отправили в Холмогоры и всех перебили, — отметил в своём исследовании В. Шамбаров. — В Екатеринодаре фрейдист Троцкий ещё раз вернулся к «социализации женщин». По свидетельству Н.Д. Жевахова, Лев Давидович сразу по приезде на Кубань отдал распоряжение о «реквизиции» 60 молодых девушек. Часть красноармейцев ворвалась в женские гимназии, другая устроила облавы в городском саду и тут же изнасиловала 4 учениц в возрасте от 14 до 18 лет. Около 30 учениц были уведены во дворец войскового атамана, к Троцкому, другие в Старокоммерческую гостиницу, к начальнику большевистского конного отряда Кобзыреву, третьи в гостиницу «Бристоль» к матросам, и все были изнасилованы...». Некоторых девушек потом увезли в неизвестном направлении, некоторых подвергли истязаниям и бросили в реку. Одна гимназистка 5-го класса, видимо, сказала мучителям нечто обидное. Её привязали к дереву, прижигали тело каленым железом, а потом расстреляли.
После этой вакханалии кампания «социализации» пошла планомерно. Составлялись списки семей офицеров, чиновников, купцов, богатых казаков, в которых имелись девушки. А красноармейцам и чекистам в качестве поощрения выдавались удостоверения, скольких девушек предъявитель может «социализировать». Эта практика осуществлялась вполне официально, а в Краснодарском краевом архиве сохранились подлинники таких удостоверений, автору довелось видеть их».
Прославленного в современных еврейских книгах Лейбу Бронштейна трудно назвать даже человеком — это был некий монстр, чудовище, по поводу которого у писателя А.И. Куприна были довольно точные ассоциации: «чудовищная голова клопа под микроскопом».
Знаменитый В.И. Даль в 19 веке собрал сборник народных пословиц и поговорок, одна из них давно твердила истину, в которой многие «толерантные» до 1917 года интеллигенты убедились на собственной трагедии и трагедии своих близких — «Льстив жид в бедности, изверг при власти». С долей иронии эту истину можно на полном основании перефразировать: «правозащитник — жид без власти, и безжалостный изверг при власти».
Всего Лениным и Бронштейном было уничтожено более 3-х миллионов казаков, и затем уничтожение продолжилось ещё с 1929 года.
Стоит вспомнить, что в октябре 1917 года части казаков находились в столице и могли спасти Россию в самом начале возникновения Кровавой Красной диктатуры. Но отсутствие среди них грамотных, способных разобраться в сложной политической ситуации и мудреной ленинской лжи привело к трагедии России в целом и страшной трагедии самих казаков. Казаки не только не поддержали генерала Краснова, пытавшегося через несколько дней после государственного переворота очистить столицу от красной нечисти, но в последующие месяцы вели себя «странно» по свидетельству генерала А.И. Деникина:
«Замечательно, что даже в конце октября, когда вследствие порыва связи о событиях в Петрограде и Москве и о судьбе Временного правительства на Дону не было ещё точных сведений и предполагалось, что осколки его где-то ещё функционируют, казачья старшина в лице Юго-Восточного союза искала связи с правительством, предлагая помощь против большевиков, но... обуславливая её целым рядом экономических требований: беспроцентным займом в полмиллиарда рублей, отнесением на государственный счёт всех расходов по содержанию вне территории Союза казачьих частей, устройством эмеритальной кассы для пострадавших и оставлением за казаками всей «военной добычи», которая будет взята в предстоящей междоусобной войне...». В результате получили... — страшный урок.
Выше речь в основном шла об уничтожении казаков на Дону и Кубани, но на Северном Кавказе терских казаков красные фашисты-марксисты уничтожали с конца 1917 года и до 1920 года также методично.
А.И. Деникин: «Поперёк пути Совета стояло терское казачество, хотя и сильно тронутое внешними проявлениями большевизма, но цепко державшееся ещё за свои привилегии, преимущественно экономического характера. Совет считал необходимым разрушить военную и экономическую силу казачества. Это решение было обосновано первоначально не столько на реальном противодействии терцев, сколько на инстинктивном страхе нового правящего класса перед «страшной силой казачества» и его «реакционной ролью» в прошлом. Об этом большевистские ораторы говорили на всех съездах. Сопровождая свои речи красочными личными воспоминаниями о «казачьей плети».
Происходило большое недоразумение, так как казаки наиболее склонны были опереться на советскую власть в своей борьбе против чеченцев, ингушей и притеснявших их непокорных центру местных совдепов. Насаждая и поддерживая материально горские Национальные советы, большевики начали тщательно вытравлять остатки казачьего самоуправления. Совдепами снаряжались целые экспедиции для поголовного разоружения станиц. За разоружением следовало полное истощение реквизиями и грабежами, насилиями и убийствами».
Наталья Нарочницкая в своей книге цитирует из архива советские документы того периода: «Нестеровская (станица) занята белыми при активной поддержке населения. Необходимо обрушительной быстротой выбить их оттуда и выселить всю станицу и передать их горцам» (1920 г., ЦГА РСО). Здесь можно подчеркнуть два момента: первый — население, как признали большевики, поддерживало белых, второй — большевики решили не только очищенную станицу передать горцам, но и выгнанных станичников с женами и детьми «передать горцам». Этой операцией руководил Сталин, который затем докладывал Ленину: «...Выселено в военном порядке пять станиц. Недавнее восстание казаков дало подходящий повод и облегчило выселение, земля поступила в распоряжение чеченцев. Положение на Северном Кавказе можно считать устойчивым.» (РЦХИДНИ, из исследования Н. Нарочницкой).
Здесь много ужасного скрыто под фразой Сталина: «выселено в военном порядке». И как видим из донесения Сталина Ленину — если бы казаки и не восставали, их всё равно репрессировали бы и изгнали бы из родных мест, но восстание казаков дало коммунистам прекрасный повод ускорить реализацию своих фашистских планов.
Когда Советская власть была окончательно установлена на всей территории, и наступило мирное время, то терским казакам легче не стало. Выдержка из протокола заседания ЦК Советов терской области: «Постановили: 1) Не разрешать казакам уборку озимых хлебов; ...разработать и представить план использования хлеба; 4) Предложить Чеченскому окружному исполкому немедленно вселить чеченцев во все станицы, откуда выселены казаки...» (ЦГА РСО). Обращаю внимание — первым пунктом этого постановления коммунисты обрекали казаков на голодную смерть. Опять продолжались этнические чистки и Холокост.
«Когда красные ворвались на Северный Кавказ, возобновился геноцид казаков — на этот раз терских. 1,5 тысяч семей на Тереке объявили «контрреволюционными» и репрессировали. 11 станиц решено было отдать «революционным» чеченцам и ингушам. Их население — 70 тысяч казаков, подлежало депортации. Окружив станицы и хутора, людей выгоняли из родных хат и под конвоем повели на север. Но «упростили» проблему. По пути каратели и «революционные» ингуши набросились на беззащитные колонны, принялись рубить и резать без разбора пола и возраста, ударили пулеметы. Дорога на Беслан была завалена трупами казаков, казачек, их детей», — отметил в своей книге В. Шамбаров.