Страница 34 из 161
Прю подошел к небольшой, сбитой из фанеры журнальной витрине, на которой были расставлены увесистые, сделанные под кожу, но совсем непохожие на нее картонные папки с подшивками журналов. Он взял несколько папок и сел с ними на стул, подальше от брезентового навеса, с которого непрерывно стекала вода.
За счет ротного фонда для солдат выписывали много разных журналов. Здесь были и «Лайф» с его красочными иллюстрациями, и «Лук», и «Аргоси эид блюбук» с приключенческими рассказами о заблудившихся в джунглях очаровательных девушках и летчиках, и «Филд эид стрим» с импозантными охотниками в ярких френчах и бриджах, держащими в руках дробовики и курительные трубки, и «Коллиере», и «Ридбук», и «Космонолитэн», и «Америкэн», и «Лэдиз хоум джорнэл», и «Сатердей ивнинг пост» с фотографиями молоденьких актрис и продюсеров, различных сценок из жизни богатых, средних и бедных американцев.
Лениво перелистывая страницы журналов, не читая текста, Прю задерживал свое внимание только на иллюстрациях и рекламных объявлениях.
«Что важно для нашей страны… так это хорошее, дешевое машинное масло по 25 центов!» «Хотите, я скажу вам, почему Джимми успевает в школе. Он любит кукурузные хлопья фирмы «Келлогга». «Сон в пульмановских вагонах прекрасен». «Вы можете приобрести «кадиллак» сию минуту: для этого нужно только 1345 долларов». «Подарите ей американскую кухню. Это ее мечта!»
Один рисунок из старого, засаленного ноябрьского номера журнала «Пост» за 1940 год рекламировал сигареты «Полл-Молл». Прю поправился выполненный яркими красками рисунок, на котором художник изобразил несколько счастливых солдат на стрельбище. (После объявления призыва на военную службу на страницах всех журналов стало появляться множество различных иллюстраций из армейской жизни.) Трое солдат изготовились к стрельбе в положении лежа, а еще двое сидели на зеленой травке позади них и курили сигареты «Полл-Молл». Лица их сияли от счастья.
Прю долго рассматривал этот рисунок и остался доволен наблюдательностью художника, не упустившего никаких деталей. Здесь было все: и жесткие широкополые форменные шляпы с кокардами, которые носили солдаты регулярной армии, и старомодные хромированные штыки, и белые плетеные ножны с коричневым кожаным наконечником, и куртки для стрельб, переделанные из устаревших форменных гимнастерок, и даже новые винтовки М1, которых на острове Оаху еще не было, но которые Прю видел на учебных схемах. Глядя на эту иллюстрацию, Прю живо представил себе стрельбище, сладковатый запах пороховых газов и множество разбросанных вокруг латунных отстрелянных гильз. Единственное, что художник, пожалуй, упустил и что Прю подметил своим профессиональным взглядом, — ни на одном из солдат не были надеты краги. «Может быть, — подумал он, — теперь в Штатах уже не носят краги». Решив, что рисунок неплохо было бы прикрепить на дверцу своего шкафчика, Прю аккуратно вырвал его из журнала.
Прю перелистал еще несколько журналов от первой до последней страницы, не теряя времени на чтение глупых рассказов и историй, а рассматривая главным образом рекламные иллюстрации. На большинстве из них в том или ином виде изображались женщины, а это как раз и было то, что искал Прю. На больших цветных фотографиях женщины выглядели естественно, по, к сожалению, одежды на них было больше, чем хотелось бы Прю или чем на тех картинках, которые рисовали художники. На маленьких рекламных рисунках в конце журналов и на полях страниц были изображены обнаженные женщины с жадным зазывающим взглядом… На них Прю задерживался дольше других…
На одной из страниц Прю обнаружил замечательный рисунок, рекламирующий мыло фирмы «Трибэрн» для массажа лица. На нем была изображена стройная блондинка, лежащая на пляжном халате. На ней был купальный костюм с рисунком под шкуру леопарда. Ее лицо выражало безумную жажду любви, а полные яркие губы красиво изогнулись в готовности принять поцелуй… Эта картинка понравилась Прю больше, чем все предыдущие…
Прю задержал свое внимание и еще на одном небольшом рисунке. Здесь была изображена дама в короткой прозрачной блузке и очень тонких нежных трусиках. «Вы можете спать в них, играть в них, отдыхать в них» — гласила реклама фирмы дамского белья «Дачпс». На груди самой совершенной формы блузка вздымалась и свисала вниз едва уловимыми складками. Сквозь тонкую ткань просматривались нежно-розовые сосочки и темные кружки вокруг них. Белье было настолько прозрачным, что дама представлялась почти нагой. Тем не менее Прю жадно всматривался в рисунок, пытаясь еще яснее увидеть то, что скрывалось под блузкой и трусами, стараясь вообразить объемность всей фигуры… «Забавно, — подумал он. — Всего несколько точных мазков художника дают такое ощутимое представление о нежных формах женского тела…»
Прю заметил, что ладони его рук начали покрываться испариной, а мышцы на ногах — дрожать…
«Э, дорогой, не лучше ли тебе прекратить это дело? — сказал он сам себе. — В середине месяца, когда у тебя нет в кармане ни одного цента, такие картинки рассматривать нельзя. Сейчас, когда ты днем с огнем не сыщешь даже двадцатипроцентиика, который дал бы тебе взаймы три доллара на поездку к тетушке Сью в Вахиаву, лучше, пожалуй, взяться снова за «Сатердей ивнинг пост».
Однако первое, что Прю увидел, раскрыв журнал «Пост», — это еще одну красочную рекламу. Через всю страницу протянулись линии сообщений автобусной компании «Грейхаунд», ведущие в солнечные южные районы. На фоне линий — фигура красивой молодой женщины, во весь рост, с округлыми бедрами, выступающими из тонких трусиков купального костюма.
«Вот дьявол! — с раздражением подумал Прю. — Везде одно и то же!..» Резким рывком Прю вырвал из журнала страницу с девушкой и, смяв ее в бесформенный комочек, бросил в одну из дождевых луж на полу. Потом, поднявшись со стула, он наступил на комочек ногой и расплющил его в грязной луже. Отступив назад, он посмотрел па него, и ему вдруг стало как-то не по себе, потому что он втоптал в грязь красивую женщину.
Глава двенадцатая
Положительный ответ на письмо с просьбой о переводе повара Старка из форта Камехамеха пришел в середине марта, то есть менее чем через десять дней после того, как Холмс принес это письмо Уордену для оформления и отправки. Перевод солдата из одной части в другую был осуществлен в небывало короткий срок. В тот момент, когда Маззиоли принес приказ о переводе Старка, Милт Уорден сидел за своим столом и рассматривал лежащую перед ним фотографию Карен Холмс, которую она подарила ему во время их последней встречи.
Притащив из полковой канцелярии пачку документов и передав их с самодовольным видом Уордену, Маззиоли застыл в ожидании взрыва. Он знал, что взрыв этот обязательно последует тогда, когда Уорден наткнется на приказ о переводе Старка: Маззиоли нарочно положил его в середину пачки. Лукаво улыбаясь, он стоял позади Уордена и с нескрываемым интересом наблюдал, как тот в надежде найти что-нибудь интересное и важное для себя поспешно перелистывал различные служебные записки, приказы по строевой части, циркуляры министерства обороны и другие документы.
Наконец он дошел до письма о переводе Старка. На пути туда и обратно письмо прошло через соответствующие инстанции, и на нем были все необходимые визы. Уорден надеялся, что в той или иной инстанции, по той или иной причине письмо задержится и вопрос решен не будет. Однако этого не произошло. Обнаружив приказ, Уорден многозначительно посмотрел на Маззиоли.
— Ну? — проворчал он. — Ты что стоишь здесь как вкопанный? У тебя работы нет?
— А разве солдату нельзя и постоять минутку? — возразил Маззиоли. — Тебе бы только наброситься на человека.
— Смотря какой солдат, — ответил Уорден. — Тебе нельзя. И вообще не переношу бездельников, — продолжал он. — Если тебе нечего делать, я быстро найду тебе работу.
— Но я должен идти в отделение кадров, — запротестовал Маззиоли. — О’Беннон приказал мне сейчас же возвратиться к нему.