Страница 85 из 144
Итак. Психика.
Психику Тирма я воспринимал как мешанину цветных завихрений. Больших, маленьких, средних и несколько просто‑таки огромных. Должен заметить, довольно странное зрелище, да и сами ощущения… а вот блоки я нашел сразу. Они настолько сильно выделялись на общем фоне, что не заметить их просто не представлялось возможным. Свою психику я воспринимал, как уже упоминал, наподобие огромной паутины. Светящаяся, она находилась в безразмерном черном пространстве, а блоки представляли собой стеклянные кубы, полностью прозрачные, но с замочными скважинами. Вернее, так выглядели мои собственные, а вот чужие представляли собой уже кубы черного цвета. Видимо, подобный «окрас» являлся одним из механизмов маскировки. Потому как мои собственные блоки «просматривались» моментально, а вот черные, даже зная о них, не сразу и заметишь.
Будучи прозрачными, как и мои стеклянные, они не скрывали «нитей», поэтому с ходу нельзя было определить, есть на этом участке блок или нет его. Вдобавок ко всему большинство блоков были связаны между собой собственными черными нитями. А помимо связи, многие нити из них, собираясь в один узел, уходили куда‑то в сторону разума. И самое забавное, что больше всего меня бесил не столько сам факт наличия этих блоков, сколько мастерство, с которым они были выполнены. Ведь какой‑то прямо запредельный уровень! Мне до такого далеко… Обидно.
А вот с блоками у Тирма все обстояло куда хуже. Либо тут не особо старались, либо не особо умели… Причем вполне возможно, что верными были оба варианта. Его блоки я воспринимал так же, как и «манипуляторские», то есть черными кубами. Однако они не были прозрачными и выделялись в мешанине цветов подобно большой куче навоза посреди беломраморного императорского зала. Очень заметно, не правда ли? По мне, выделиться еще больше просто нельзя. Другими словами, если мне блоки ставил эксперт, профессионал, гений психозондирования, то здесь явно работал кто‑то моего уровня. Причем, судя по всему, этот «некто» полез в чужую психику, еще толком не научившись управлять собственной. Создавалось впечатление, что кто‑то знающий рассказал неучу теорию психозондирования и объяснил принципы, по которым ставятся блоки, а на практике, как это водится, все оказалось намного сложнее. Блоки, конечно, имели привязку к разуму, что говорило об использовании Лрак’ара высшего уровня, но вот кто бы их ни ставил, психо… э‑э‑э… психозондриком? Гм…
Психосенсорик – это человек, видящий ауру, а как тогда назвать эксперта в психозондировании? В книгах, что примечательно, названия не упоминалось. Фантазии не хватило? Ну и как тогда мне называть такого человека? Погружальщиком? Ныряльщиком? Зондировщиком? Нет, все не то… Психоблоки, псионика, психосенсорика, психозондирование – все начинается на «пси», а значит… Психик? Хм… появляются ассоциации с психами, что, на мой взгляд, даже забавно, но само название как‑то не соответствует, не звучит. Значит, «пси» или «психо», а добавим к этому… Психозондирование – это, если грубо говорить, шастанье по чужой психике, да еще и с возможностью влияния на нее, то есть с возможностью исправления, внесения различных корректировок… а ведь действительно, чем не название получается? Психокорректор. Решено, пусть будет так. Человек, разбирающийся в психозондировании, – психокорректор.
И в итоге мы имеем, что человек, ставивший блоки Тирму, являлся крайне слабым психокорректором. Об этом говорил еще и тот факт, что даже сами блоки представляли собой не четко очерченные кубы, а скорее детские бумажные подделки под оные. Мне становилось неприятно от одного лишь взгляда на них. После такого зрелища неизвестный «манипулятор», изрядно покопавшийся в моей психике, представлялся мне в совершенно другом свете. По крайней мере, мое уважение он уже заслужил. Ах да, было еще одно значительное отличие в моих, тирмовских и «манипуляторских» блоках.
Защита.
О механизме защиты в этом случае стоило говорить отдельно. Например, я – после того как начал ставить себе блоки непосредственно при «погружении» в собственную психику, – использовал, можно сказать, обычные ключи. И делал это не столько для защиты, сколько для необходимости «запирать» блок, чтобы он не саморазрушился. Да и от кого мне защищать блоки в собственной психике? А если и защищал пару раз каким‑нибудь хитро выдуманным способом, то делал это лишь из любви к экспериментам. Получится или нет? Надежно или нет? Как еще можно усилить? Ведь я только‑только сумел «увидеть» свой внутренний мир, поэтому для меня все было интересно, необычно и в новинку. На этой «волне» я и провел пару экспериментов с защитой.
В свою очередь блоки Тирма вообще не имели хоть какого‑то подобия защиты. «Некто» даже пренебрег необходимостью создать «направление взлома», то есть пресловутую замочную скважину. Сходство с детскими бумажными поделками от этого только увеличивалось. Ведь едва я лишь – просто для проверки! – «ткнул» по блоку, как он, покрывшись рябью, медленно растаял. И все! Даже привязка к разуму исчезла. И никаких тебе предупреждений или последствий, хотя к ним я был вполне готов. Правда, готов лишь в меру своего понимания, поэтому, выгляди блоки более солидно, я бы просто побоялся их трогать. А так… дилетантство цветет и пахнет, цветет и пахнет… по‑другому я это и назвать не могу. Так что вскоре у Тирма блоков не осталось. Я, конечно, мог их и не трогать, но ведь не мне же одному мучиться вопросами, да? А Тирм уже доказал свою наблюдательность и склонность к анализу, поэтому я даже не сомневался, когда избавлял его от блоков. Тем более что из имеющегося у меня набора психопортретов людей Легиона Тирм прочно занимал положение в верхней, зеленой зоне по уровню психологической устойчивости. Другими словами, он – один из немногих людей, способных без последствий для себя «переварить» все те выводы, к которым я пришел.
Теперь насчет защиты моего «манипулятора».
Защиту, да и весь его уровень владения психозондированием, можно охарактеризовать примерно вот так: хочу в ученики! Очень‑очень хочу, даже готов простить ему вмешательство в собственную жизнь. Честно! Правда, лишь в том случае, если он не является каким‑то бездушным уродом… хотя такое маловероятно. В его блоках прослеживается, на мой взгляд, слишком много ненужных мелочей. Однако ненужными они являются, если рассматривать их лишь с точки зрения необходимости, а вот с точки зрения Искусства все выглядит как раз наоборот. Можно сказать, что точно так же пестрит ненужными деталями пейзаж, запечатленный искусным художником, если его рассматривать лишь как зарисовку местности. Зачем прорисовывать блики на воде? Зачем так тщательно рисовать деревья? Да и какого демона, спрашивается, вообще использовать цвета, когда хватило бы и одного лишь карандашного наброска?
Вот и с поставленными блоками складывалась схожая ситуация.
Например, когда я в первый раз к нему «прикоснулся», у меня раздалось в голове насмешливое «бу‑у‑у». При повторном касании уже вместо слов я получил мыслеобраз. Образ того, как мать шутливо ударяет маленького мальчика по руке в тот самый момент, когда он пытается стащить немного конфет с накрытого для гостей стола. В третий раз образ уже содержал приглашение. Типа, давай, пробуй, посмотрим, как у тебя это получится. И ведь никакой необходимости в подобных вещах не было – просто дополнительные штрихи к красивейшему пейзажу. А уж когда я попробовал взломать блок, так тут и вовсе началось форменное издевательство.
«Замок» имел, насколько я смог понять, семиуровневую структуру с постоянно меняющейся комбинацией. Причем для его взлома требовались значительные энергетические и психические ресурсы… да и, если так можно сказать, мозговые тоже. Энергетически закрываться от пассивной защиты блока, который, изменяя свое внешнее состояние, наносил точечные удары по моему тамошнему «я», пытаясь выкинуть меня в реальный мир. А ведь вдобавок к этому нужно было еще поддерживать связь с «замком» блока и жестко контролировать свое психическое состояние под ударами опять же пассивных психоатак блока. Собственно, меня с трудом хватало лишь на первые два действия, а вот третьего, когда резко наваливалось безграничное счастье, я уже не выдерживал.