Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 60 из 68

Она рано ушла из жизни, в расцвете таланта, молодости и красоты».

Летом 1918 года, за полгода до кончины Веры Васильевны, кинорежиссер Петр Иванович Чардынин и московский предприниматель Дмитрий Иванович Харитонов обратились к наркому просвещения Луначарскому с просьбой помочь группе киноработников выехать в Одессу для съемок. Полыхала гражданская война, и Луначарский сообщил об этой просьбе командующему Московским военным округом Николаю Ивановичу Муралову.

Получив мандат, подписанный Луначарским и Мураловым, группа отправилась в Одессу. Одесса была своеобразной кинематографической Меккой: южный портовый город, молодой и красочный, залитый солнцем, город, где сходятся безбрежное море и безбрежная степь, был почти идеальным кинопавильоном под открытым небом.

В группе Харитонова и Чардынина были Вера Холодная и ее постоянные киноколлеги — «герои-любовники» и «злодеи» — Иван Мозжухин, Осип Рунич, Владимир Максимов, Витольд Полонский, которых, как и Веру Васильевну, знала вся Россия.

Кинодесант Харитонова и Чардынина внес большое оживление в городскую жизнь.

Одесские газеты писали с юмором:

«Любопытное явление наблюдается на центральных улицах Одессы. За изящной молодой женщиной бегают подростки. Озираются и оглядывают ее с ног до головы и взрослые… То идет „королева экрана“ Вера Холодная!

Вера Холодная в ближайшем будущем выступит в театрах «Гротеск» и «Танго».

Сразу же после приезда предприимчивый Харитонов купил недалеко от моря часть дачи одесского торговца Вальтуха на Французском бульваре, где уже через два месяца красовался большой стеклянный кинопавильон, залитый солнцем.

Пока шла стройка, Харитонов времени не терял.

На берегу моря быстро построили декорации и сняли фильм «Дочь рыбака» по пьесе Габриэля д'Аннунцио «Дочь Иорио» с Верой Холодной и Осипом Руничем в главных ролях. А в новом павильоне Вера Васильевна сыграла главные роли в таких фильмах, как «Цыганка Аза», «Мисс Кэтти», «В тисках любви», «Дама с камелиями».

Многие фильмы с участием Верой Холодной не сохранились — уезжая за границу, Харитонов увез с собой негативы, и не исключено, что и поныне они лежат в каких-то зарубежных фильмо-фондах.

Заграничные кинофирмы не однажды приглашали Веру Васильевну поработать в своих хорошо оборудованных ателье, предлагали ей эмигрировать, прельщали высокими заработками. Приглашения приходили из Америки, из Германии.

Но Вера Холодная наотрез отказалась покинуть Родину.

В интервью «Киногазете» в 1918 году, еще до поездки в Одессу в группе Харитонова, актриса сказала:

«Заграничная киноконкуренция нам не страшна. Наоборот, очевидно, там очень считаются с русской кинематографией. Уж если нам предлагают громадные деньги зарубежные фирмы, значит, нас ценят высоко. Но теперь расстаться с Россией, пусть измученной и истерзанной, больно и преступно, и я этого не сделаю. Мне кажется, так думают и другие артисты, и заграничной кинематографии не удастся получить наши козыри в свои руки.

Конечно, мечта всякого артиста, и моя тоже — сняться в достойном воплощении, в идеально оборудованных заграничных павильонах, так как там техника выше нашей. Но я верю, что, когда минует современный кризис, русская кинематография не уступит заграничной…

Я думаю, что с нашей внутренней разрухой мы справимся и это чудное искусство не пострадает…»

Только четыре года — с 1915 по 1919 — прожила Вера Холодная в киноискусстве, из них последние полгода, самые трудные, самые драматичные, — в Одессе.

Именно здесь пересекутся пути кинозвезды и московского разведчика, агента ВЧК, маркиза Жоржа Делафара…

Первое, заочное знакомство Делафара с Верой Холодной произошло в Петербурге, когда он служил в экспедиционной конторе графа Леона Карла Лафера.

На экраны в мае 1916 года вышел фильм «Жизнь за жизнь», снятый режиссером Бауэром по роману Жоржа Онэ «Серж Панин». Кроме Веры Холодной, в фильме снимались известные артисты — Рахманова, Коренева, Полонский. Одну из ролей сыграл Иван Перестиани, впоследствии кинорежиссер, поставивший фильм «Красные дьяволята».





Роман Онэ перенесен на русскую почву.

В доме купчихи Хромовой живут две девушки — родная дочь Муся и воспитанница Ната, выросшие как сестры. Появляется злодей-обольститель, князь Бартинский, который увлекается Натой, но женится на богатой наследнице Мусе. Оскорбленная Ната выходит замуж за купца, но ее чувство к Бартинскому не охладевает и толкает на измену мужу-купцу, который мстит князю, отправляя прокурору фальшивые векселя, подделанные князем.

Мать Муси — купчиха Хромова убивает Бартинского.

Вот такая мелодрама, такие роковые страсти. Зритель плачет над судьбой героини Веры Холодной — Наты, приемыша, невесты-бесприданницы, обманутой злодеем-князем…

С Верой Холодной Делафара в «Доме кружка актеров» в Одессе познакомил агент «Апостол» — актер «Мирографа» Петр Константинович Инсаров, который был дружен с Верой Васильевной.

Интерес Делафара к Вере Холодной был не случаен — Делафар знал по информации Инсарова, что актриса имеет определенное влияние на полковника Фрейденберга и рассчитывал на ее помощь в решении главной задачи.

Ему нужно было отыскать тайные пружины, которые могли бы повлиять на быстрый исход интервентов с территории Юга.

Сообщая в Москву о «Доме кружке артистов», Делафар писал в своем первом донесении в Центр:

«На том же этаже (кабинеты расположены в два этажа) есть кабинет знакомой „Апостола“, связанной с ним по делам фирмы. Она там ужинает, иногда обедает с друзьями, оттаивает от одесского холода и неустройства. Я имел с ней беседу („Апостол“ представил меня), дама несколько инфантильна, но отзывчива и мила, по нашему мнению — обязательна. Что удивительно для русских, слава ей не вскружила голову. Она ею тяготится. Фрейденберг души не чает в этой даме, льнет к ней, хотя держит себя в рамках приличий. Дама эта наша. У нее брали интервью: „Почему бы вам не поехать в Европу, пока в России междоусобица?“ Она сказала: „Я Россию никогда не брошу“. О даме буду писать отдельно.

Влияние ее на Фрейденберга безмерно. «Апостол» предлагает форсировать это дело в том направлении, в котором был разговор. Я — за!»

Интервью с Верой Холодной, о котором пишет Делафар, явно перекликается с другим интервью, которое взял у нее журналист из «Киногазеты» в 1918 году — Делафар знал о нем еще до приезда в Одессу («…Но теперь расстаться с Россией, пусть измученной и истерзанной, больно и преступно, и я этого не сделаю…»).

О чем говорил Делафар с Верой Холодной в Одессе?

Обещала ли она ему какую-нибудь помощь?

Об этом разведчик, видимо, сообщал в своем втором донесении — не случайно в первом донесении Делафар предупредил Центр: «О даме буду писать отдельно».

Но второе донесение было перехвачено, и содержание его вряд ли когда-нибудь станет известным. Во всяком случае, Делафар считал результат беседы с актрисой благоприятным и обнадеживающим («Апостол» предлагает форсировать это дело в том направлении, в котором был разговор. Я — за!»).

Казалось бы, все ясно.

«Испанка» — тяжелая разновидность гриппа, скоротечная болезнь и смерть.

Но сразу же возникла волна домыслов, слухов, предположений, вздорных и правдоподобных, подчас фантастических и невероятных.

О тех домыслах и слухах, которые ходили по городу, рассказал «живой» свидетель — тогда еще молодой писатель Валентин Катаев в своем очерке «Записки о гражданской войне»:

«Говорили о какой-то измене, говорили о близком падении города, говорили об одной очень известной кинематографической артистке, имевшей близкое отношение к генералу Франше д'Эспере и игравшей выдающуюся роль в предлагавшейся сдаче города красным.

Незадолго до падения города эта кинематографическая артистка умерла от болезни, называвшейся «испанкой»… Однако молва приписала ее смерть русской контрразведке. Говорили, что артистка была подкуплена большевиками и должна была заставить своего любовника, французского генерала, сдать город. На ее похороны собрались несметные толпы народа. Вход в собор, где в раскрытом гробу был выставлен ее труп, охранялся усиленным караулом. К гробу имели доступ избранные, среди которых видели и французского генерала. Он положил к ее ногам пышный букет с печальными лентами, на которых блистала французская цитата…»