Страница 1 из 29
СЛЕЗЫ БАНШИ
Сирил было восемь, когда её жизнь ошибочно прервалась. Но она воскресла, чтобы стать независимой от людских убеждений и отомстить за себя. Теперь она - Банши...Плакальщица и обязана оплакивать умерших, обязана подчиняться хрупким законам мира, обязана говорить правду.
СЛЁЗЫ БАНШИ.
Эпилог. Вид из окна был изумительный! Сирил всегда гордилась собой, что смогла отвоевать эту комнату, и вместо гостевой здесь процветала её детская. Она могла часами сидеть на широком подоконнике, вот как сейчас, рассматривая густой и такой манящий своей таинственностью лес. Вопросы, вопросы, ее мучили вопросы.... И чего взрослые его так бояться? Почему, кроме их особняка, рядом больше нет домов? Почему местные жители так испугались, когда узнали, что хозяин снова поселился в старом доме? Но как бы Сирил не хотелось узнать ответы, спросить у отца она не решалась. В последнее время он был и так слишком занят. Даже толком не спал ночами. Можно ещё было спросить у мамы.... Хотя она, наверное, как всегда, занята воспитанием Маилы, а значит, будет слушать рассеяно, и, в конце концов, совсем забудет о присутствии в комнате старшей дочери. Маленькие дети отнимают слишком много времени! Наверное, если бы у Сирил не было её прелестной детской, она завыла бы уже от скуки. Слева, где-то в коридоре, послышался чей-то незнакомый смех и крик Клиффорда. Брат звал ее. Девочка с усмешкой приподняла бровь, переведя взгляд с такого притягательного леса на огромную, просто громадную дверь. Беззвучно она начала открываться, пропуская в комнату любимого брата. Он был всего лишь на год старше Сирил, но вёл себя так, будто разница в возрасте была немыслимой. Несколько месяцев назад, до переезда в это место, Клиффорд всеми силами защищал сестру от всего, что, по его мнению, могло ей навредить. Но всё изменилось, когда возле брата появились новые люди. В новом окружение он менялся слишком быстро и это пугало. Нет, брат и сестра, конечно же, как и раньше сидели в гостиной, на мягкой софе, обсуждали что-то интересное, или просто читали друг другу. Но всё же, весь день Клиффорд проводил с новыми друзьями, иногда даже принимал их в доме. В это время Сирил предпочитала сидеть в своей комнате, потому что друзья брата пугали её. Ей не нравились их отстранённые взгляды и глаза, в которых не было ничего, кроме пустоты. В который раз она убедилась, что поступала правильно, не вливаясь в компанию Клифа, и держась от его друзей подальше. Теперь, когда они стояли за спиной брата, Сирил стало не по себе. От их пристальных взглядов по спине пробежались мурашки. И только Клиффорд выглядел беззаботным: - Мы решили сейчас прогуляться в лес. Может, Сирил, ты пойдёшь с нами? - Я, - от неожиданного предложения девочка почувствовала себя растерянной. Её ещё никогда не звали в лес, - Я не знаю. - Да, брось, сестрёнка. Я же знаю, что ты хочешь пойти. Сирил опустила взгляд на туфли из такой хрупкой кожи, что носить их можно было только дома. Конечно, жалко их испортить, но нарастающее любопытство было ничто по сравнению с испорченной обувью. Желание взглянуть на таинственный лес, от которого держаться большинство людей, в последнее время стало просто непреодолимым. Лес зачаровывал. Сирил пыталась запомнить каждое дерево, так невообразимо отличавшегося от предыдущего, но их образы слишком быстро потухали в памяти. Они шли уже достаточно долго, и Сирил, за всё это время, держалась вдалеке от друзей Клиффорда. Она сжимала руку брата, и чувствовала себя в безопасности. Тепло родного человека вселяло уверенность в том, что ничего плохого не случиться. - У этого места своя особая история, - внезапно заговорила высокая девочка. Сирил вспомнила её как Шейю, появляющуюся всегда с дружелюбным выражением лица. Но девочка всё равно не смогла сдержать дрожь, пробившую её из-за резкого голоса подруги брата. Вглядываясь в её лицо, Сирил ощущала что-то зловещее. - Что за история? - Клиффорд ухмыльнулся во весь рот. Шейа ничего не ответила, только многозначно улыбнулась и резко остановилась. Остальные последовали её примеру, и Сирил чуть не врезалась в спину брата. Борясь с желанием спросить, что же случилось, девочка оторвала взгляд от ореха, переплетающегося с соседствующей ивой. Красиво, но такой контраст никак не вписывался в общий вид леса. - Что.... Слова застряли в горле. От удивления, которое она испытала от увиденного, Сирил смогла издать лишь бессвязные звуки. Они стояли на камнях, служивших преградой, огородившей края огромного болота. От трясины исходил такой омерзительный запах, что Сирил невольно зажала нос. Клиффорд притянул сестру ближе, как будто защищая от чего-то плохого. Он так нервничал, что Сирил с лёгкостью услышала в груди брата бешеный стук его сердца. - Лий, - нервно прошептал Клиф, но его друг только зло усмехнулся. За мгновение решительность Клиффорда испарилась. Лицо совсем потеряло краску, и Сирил подумала, что брат стал похож на мертвеца. Таким бледным Сирил ещё никогда его не видела. Когда из-за ближайших деревьев начали выходить люди, мальчика затрясло. Он во все глаза уставился на трёх женщин, вставших совсем близко, и громадного мужчину, загородившего своей фигурой единственный путь домой, который знал Клиффорд. Мужчина медленно повернул голову в сторону группы деревенский детей: - Идите домой. Вы не должны этого видеть. - Чего не должны видеть? - встрепенулся Клиффорд, сильнее сжимая запястье Сирил. Девочка еле сдержала вскрик от неожиданности и страха. Почему взрослые так на неё смотрят? Почему её так пугают их глаза? Движение одной из женщин слева привлекло внимание Сирил. - Отойди, мальчик, - крикнула она, кинувшись к Клиффорду. Она попыталась его сдвинуть, но мальчик тут же отскочил, не упуская из рук сестру. - Что вам нужно? - Мальчик, уйди. Ты нам не нужен. К женщинам присоединился мужчина. Одним рывком он вырвал Клиффорда из хватки Сирил, и как бы она не цеплялась за брата, не смогла удержать его рядом с собой. Сила мужчины была слишком грубой. - Зачем вам моя сестра? - вырывался Клиф. Его крик эхом разнёсся в голове Сирил. Паника брата смешалась с её собственным страхом, вызывая тошноту, - Зачем вам моя сестра? Клиффорд повторял и повторял эти слова, но его уже оттащили в сторону. Сирил было трудно пошевелиться. Страх сковал всё её тело, в то время как три женщины уже приближались: - Всё будет хорошо, девочка, - проворковала одна из них. Её ярко-рыжие волосы блестели от пота, на губах появилась печальная улыбка, - Ты спасёшь так много жизней. - Сирил! Не трогайте мою сестру! Клиффорд не прекращал вырываться, но мужчина держал его слишком сильно. Он ничем не мог помочь Сирил, а её уже обступили женщины, протягивая к девочке свои руки. Рыжая по-матерински нежно прижала к себе Сирил: - Как мне не хочется этого делать, но на кону столько жизней, что медлить больше нельзя. А твое аристократическое происхождение Сирил захотелось убежать, но женщины стояли к ней так близко, что никакого шанса выбраться из кольца их тел не было: - Что вы собираетесь делать? - она не узнала свой голос. Хрипота и дрожь напугали девочку ещё больше, чем нависшие над ней женщины. Рыжая коснулась её лица кончиками пальцев: - Закрой глаза, тогда будет легче. Сирил всхлипнула, но глаза всё же закрыла. Не хотелось видеть всего этого ужаса. Минуту она стояла, не шевелясь, и пытаясь расслышать крик брата, или хотя бы что-нибудь, что помогло бы ей понять случившееся, как почувствовала сильный удар в живот. Но какая из женщин нанесла его, она не увидела. Боль, разнёсшаяся по всему телу, ослепила, и Сирил рухнула на землю. Боль и неприятная липкая жидкость на ладонях вытащили Сирил из темноты, в которой она пребывала. На губах ощущался гадкий металлический привкус. Девочку затошнило. Голова раскалывалась, а в лёгких не хватало воздуха. Сирил попыталась повернуться, но на её лихорадочно-горящий лоб тут же опустилась чья-то прохладная ладонь: - Не пытайся повернуться, моя милая. Сохраняй свои силы. Говорила женщина, этот голос не принадлежал ни одной из тех трёх, о которых смутно помнила Сирил. Он был таким тихим, почти неслышным, в нём звучали слёзы, как будто говорившая вот-вот разрыдается. Внезапно этот голос раздался вновь, вот теперь он прозвучал гораздо громче. - Да, как они смеют! Эти людишки ещё не знают во что впутались. - Успокойся, Илия. - Я не успокоюсь! Смотри, что они сделали с девочкой. А видела лицо её брата, когда его утащили как щенка! Почему они думают, что мы повинны в смертях? - Илия, да не кричи ты так. Я не могу сосредоточиться. Чья-то нежная рука легла Сирил на живот. Девочка немного дёрнулась от неожиданно окутавшей её прохлады в месте, которое горело как огонь. Стало легче, но дыхание всё ещё сбивалось. Сирил часто задышала, пытаясь подавить панику: - Я не хочу умирать.... Не хочу,- голос оборвался, и девочка больше не смогла ничего сказать. - Ты не умрёшь, милая, - послышался рядом шёпот. Сирил кожей ощущала, что кто-то присел возле, и принялся перебирать ей волосы, - Всё будет хорошо. Ты можешь открыть свои прекрасные глаза и увидеть, что я говорю правду. Голос был таким притягательным, по-матерински заботливым, что Сирил послушалась, преодолевая желание остаться в темноте ещё чуть-чуть. Яркий солнечный свет больно ударил в глаза, но Сирил всё же удалось рассмотреть сквозь прищуренные веки красивое женское лицо. На нём не было ни одного изъяна: гладкая сливочная кожа, такие живые, светящиеся глубокой зеленью глаза с радужной оболочкой. И тут взгляд Сирил упал на её волосы. Какими же они были длиннющими! Притом каждая прядь идеально лежала, ниспадая на плечи, и исчезая за спиной. Сирил отчаянно захотелось, чтобы её собственные русые волосы стали такого же пепельного оттенка, как у этой удивительной женщины. Но кто она такая? Человек не может выглядеть настолько идеально. Из-за своих беспокойных мыслей Сирил повернула голову, и чуть не подскочила.... С левой стороны, так близко, что плечом девочка ощущала тонкую ткань платья, сидела ещё одна женщина. В её взгляде читалась забота и доброта, но не такая как у той, что пыталась ей помочь. Заметив, что Сирил смотрит на неё, женщина улыбнулась: - Как ты себя чувствуешь? Сирил не ответила. Она была настолько удивленна и занята догадками, кто же эти женщины, сидящие возле неё, что не сразу поняла вопрос. Но в какой-то момент она всё же кивнула, пытаясь улыбнуться в ответ: - У меня болит голова, но боль в груди прошла. Её голос уже звучал вполне сносно, и улыбки женщин стали шире и радостнее: - Мы рады, что теперь ты чувствуешь себя лучше, но тебе придётся ещё немного полежать. Рана слишком серьёзная, хоть и быстро теперь затянется. - Кто вы? Любопытство Сирил возросло до неприличного вопроса, за который отец сильно бы отругал её, если бы услышал, но его здесь не было, а женщины не были против. Продолжая излучать своим видом дружелюбие, одна из них, что сидела слева, ответила: - Мы не люди, милая, но ты не должна нас бояться, - она замолчала, но продолжила, как только увидела, что непонимание девочки возросло, - Ты могла о нас не слышать. Много тысячелетий назад люди узнали о нашем существовании, но так и не смогли понять, - рука женщины легла на плечо Сирил мягко и легко, - У нас много имён, хотя предпочитаем мы только одно из них. Мы - Банши, милая. Мы оплакиваем смерть. Смерть? Сирил вздрогнула от слова, плотно засевшего в её голове. Вопрос, пугающий до дрожи, вырвался раньше, чем она смогла его полностью обдумать: - Что со мной случилось? Радость моментально исчезла с лиц женщин, и это ещё больше напугало девочку: - Тебя убили, милая, но сейчас ты снова жива. Ты с нами. Убили? Сирил не могла в это поверить. Она же дышит, думает, чувствует. Внезапно её нос ощутил запах чего-то плохого. Девочка опустила взгляд и чуть не задохнулась от страха. Её маленькое, некогда бежевое платьице, окрасилось в пурпурный цвет крови. Её крови. Она всё ещё вытекала тонкой струйкой из ран на животе и груди, казалось, больше никогда не остановиться. Побледневшая Сирил подняла взгляд на спасительниц: - Почему именно я? - Потому что тебя им не было жалко.