Страница 32 из 65
— Значит, вы не можете передать операционные коды этих аппаратов?
— Ну я же говорю, у них отключены терминалы.
— Нехорошо. Транспортники МСБА отлично экранированы от высокомощных электромагнитных полей. Значит, были применены более совершенные средства радиоэлектронной дисрапции. Каковы будут ваши дальнейшие действия?
— В тридцати метрах от меня находится подобие… Шлюзовой камеры, но сейчас она открыта настежь. Наверное, постарались парни с транспортников или оперативники «Керы»; кто бы то ни был, они проникли внутрь этого… Комплекса или склада. Системы жизнеобеспечения внутри, видимо, тоже не работают — температура за «шлюзом» почти такая же, как на поверхности строения. Считаю нужным осмотреть помещение.
— Что показало предварительное сканирование?
— Да вот, ничего почти не показало. Мало того, что работают «глушилки», так ведь ещё обшивка строения почти полностью гасит сигнал. С тем, что имеется на аэродайне, внутренние отсеки мне никак не прощупать. По крайней мере, оставаясь на месте.
Нарии выдержал паузу — толи из-за проблем со связью, толи принимая решение.
— Единственное, что я могу вам сейчас посоветовать, Келли — не делайте резких движений. В принципе, я считаю, что лучше вам оставаться на месте, хотя, с другой стороны, время поджимает… Даже если «Кера» по каким-либо причинам ещё не обнаружила схрон, навряд ли это займёт у них более часа. Если их люди уже осуществляют — или осуществили — переброску искомых материалов, нужно, по крайней мере, установить тип конфискованных активов. Желательно, запечатлеть и утвердить факт конфискации; это даёт нам право подать запрос непосредственно в Центроком ОФС, в обход представителей самого Департамента. Проблема в том, что по завершению операции «Кера» зачищает участки наноформерами. Если зачистка была осуществлена, выяснить что-либо становится практически невозможно.
Понять, что конкретно требовалось Джутте, было задачей не из лёгких — Ким понял это после первой же их встречи. Вместо того, чтобы выдавать четкие указания, председатель заводил длинные монологи, будто рассуждая вслух.
— Простите?.. Мне что ж, на месте оставаться, или всё-таки обследовать схрон, или?..
— По вашему усмотрению — безразлично отозвался начальник. — Мы направили к вам группу специалистов, расчётное время прибытия — двадцать пять минут.
— Понятно.
— Главное — избегайте возможных конфликтных ситуаций. Не превращайте штатный межведомственный инцидент в рискованную авантюру.
Канал закрылся. Как всегда — делайте что угодно и как угодно, но результат быть должен. Само же руководство изо всех сил старалось сохранять руки чистыми; самоуправленцы вроде бы как оставались в стороне, в то время как именно на Кима ложилась вся ответственность за принятые решения. Потому в речи таких «руководителей» всегда отсутствовала конкретика; формально, их нельзя было обвинить в выдаче того или иного устного приказа.
Абсолютная тишина вокруг угнетала. Можно было, конечно, поставить какую-нибудь лёгкую музыку на проигрыватель личного терминала, но в данной ситуации она бы мешала сосредоточиться. Ким не любил сидеть на месте, полагаясь на стороннюю помощь. Помощь… А будет ли она вообще? «Группа специалистов»… Прошло десять минут, но на связь никто так и не вышел. По идее, они должны были уже вылететь за пределы анклава…
Ким вновь взглянул в сторону чернеющего провала «шлюза» — датчики не могли определить, что находится за его пределами, и виртуальный образ обрывался в десятке метров от входа. В принципе, склад как склад; если помещение внутри не слишком большое, можно закончить всё дело за считанные минуты, а если очередная сеть туннелей — пусть уже ведомственные «специалисты» разбираются. Ким привстал с ящика, медленно приближаясь к зеву барьерного заграждения. Да… Велико ли дело — пройтись с сотню метров туда-сюда? Всяко ведь лучше, чем сидеть и ждать «у моря погоды» — как любила говорить покойная мать. Моря Ким никогда не видел, но смысл пословицы понимал предельно ясно. Стоило, наверное, ещё раз связаться с начальством… Как специально, выход на «Фалангу» накрылся целиком; толи неизвестные установили ещё один аппарат подавления коммуникационных средств (или увеличили мощность уже работающих), толи в первый раз попросту повезло — по словам Нарии, сигнал едва фиксировался. Ну и чёрт с ним, с Нарии; ни советов, ни предписаний к действию от него всё равно не дождёшься.
Оборудование шлюзовой камеры так же оказалось выведенным из строя. Кто-то методично выжигал силовые цепи агрегатов комплекса, которые, казалось, были надёжно скрыты под толщей композитных плит и магнитных экранов. Техническая подготовленность группы проникновения выходила далеко за рамки гражданского сектора. Сомнительно, что МСБА имела доступ к подобным скрэмблерам. Значит, до схрона уже добрались оперативники Департамента?..
Ким медленно продвигался вглубь складских помещений. «Видимость» здесь была сильно ограничена — локационный сигнал инсигнии «тонул» уже на расстоянии в десять-пятнадцать метров. Похоже, при постройке схрона использовались радиопоглощающие спецматериалы. Вокруг были беспорядочно разбросаны тяжелые контейнеры, грузовые капсулы, попадавшие на пол с высоких тельферов, обломки каких-то сложных деталей. Скорее всего, это было следствием внезапной остановки складской автоматики. Контейнеров было слишком много для того, чтобы уместить их содержимое на одном-двух грузовых аэродайнах; значит, группа Хейли намеревалась изъять что-то конкретное. Даже если она преуспела, то, что осталось, должно привлечь внимание регионалов: терминал инсигнии опознавал повреждённое оборудование как элементы устройств мгновенной сверхсветовой связи — распространение таких приборов вне установленных норм являлось федеральным преступлением. Судя по всему, это и послужило причиной привлечения Департамента «Кера» к внутренним делам анклава… Или, может, было что-то ещё?
Складские помещения плавно переходили в небольшой — по здешним меркам — погрузочный цех. Готовая к отправке партия небольших запечатанных капсул уже мостилась на автопогрузочных лентах, ожидая лишь прибытия транспортников. Меж лентами, словно ожившие каменные изваяния, маячили фигуры четырёхметровых гуманоидных синтов, неспешно перетаскивающих всё новые и новые контейнеры. Эти машины, судя по всему, включились в работу после остановки основных линий цеха. Человеческие фигуры они напоминали лишь очертанием, да наличием некоторого подобия «рук» и «ног». Часть этих великанов была занята установкой агрегата, напоминавшего древнюю турбину — видимо, пытаясь восстановить питание комплекса, и на незваного гостя, к счастью, синты никак не отреагировали. Тем не менее, в такой компании находиться было довольно неуютно. Кто знает, заложены ли в них установки безопасности, защиты комплекса?..
Стараясь держаться подальше от шагающих аппаратов, Ким осматривал наваленные на автопогрузчик контейнеры. Нанокомпозитная оболочка защищала содержимое от попыток сканирования, да и вскрыть их без специального оборудование было невозможно. Что ж, по крайней мере, будет что показать специалистам Нарии… Хорошо, если у них найдётся плазменный резак или что-то помощнее; сверхплотную материю бронепластин и резаком не вскрыть.
— Результат анализа остаточных магнитных следов показал, что электронные сигнатуры оборудования совпадают с сигнатурами продуктов госкорпорации «LockMart Applied Multitech» с учётом небольших вариаций, свойственных контрафактной продукции. — сообщил услужливый голос виртуального терминала «Фаланги». Хотя связи с основной структурой сети в комплексе не было, Ким всё ещё мог получать данные от мобильного аналитического терминала, установленного на аэродайне.
— «Локмарт»? То есть… «Локхид-Мартин»? Это же разработчик оборудования для вооруженных сил ОФС?.. Я думал, для подделки таких агрегатов требуется выделенная сеть искинов…
— Вариации в магнитном следе могут быть вызваны другими факторами. — спокойно ответил голос. — В частности, воздействием мощных устройств радиоэлектронного подавления.