Страница 22 из 25
— Теперь надо скорей уносить отсюда ноги! — воскликнул Францимор. — А не то мы провалимся в пекло вместе с этим дворцом.
Эдудант был того же мнения. Братья поспешно собрали свои пожитки и приготовились к неожиданному отъезду.
Ночь была тёмная, и, к счастью, вся королевская стража крепко спала, перепившись по случаю завтрашней свадьбы.
Братья, никем не замеченные, пробрались к клеткам, где томились дети. Для Эдуданта не составило никакого труда выворотить железные прутья и освободить юных школьников.
Потом он приказал детям идти тихонько за ним. Они подхватили свой багаж и скорей побежали к винтовой лестнице, вьющейся вокруг хрустального столба.
Так же незаметно удалось им добраться до берега чёрного озера, где их ждало судёнышко мрачного перевозчика. Эдудант заплатил ему за перевоз, и лодчонка отчалила от берега.
Дети уже радовались, что так удачно вырвались из рук злого короля Дылдылбума, как вдруг сильный шум со стороны замка заставил их оглянуться.
Они увидели, что по зубчатой стене бегают вооружённые стражники с пылающими факелами, услышали звуки труб — всюду суматоха и переполох, из чего наши герои поняли, что бегство их обнаружено и за ними погоня!
И в самом деле, через минуту ребята увидели на берегу озера мечущихся воинов, которые готовились спустить на воду корабли.
Школьники решили было, что всё пропало: разве можно было надеяться, что утлая лодчонка перевозчика уйдёт от преследования военной флотилии короля?
Но в этот миг раздался страшный удар грома, засверкали молнии, и при свете их стало видно, как пять тысяч отборных чертей ринулись в бой против королевского войска. Оруженосцы короля оказали им лишь слабое сопротивление. Обнаружив вскоре своё бессилие против злых духов, они побросали оружие и попытались спастись бегством.
Но тут королевский замок вспыхнул, как пучок соломы. Пламя далеко озарило окрестность.
Хрустальный столб, служивший подпоркой королевской резиденции, с громовым грохотом рухнул в чёрное озеро.
А взглянув на небо, Эдудант, Францимор и все школьники увидели, как черти несут по воздуху короля Дылдылбума, его жену королеву Гербуле и дочерей Шифонку и Крепдешинку, а за ними всех придворных слуг и съехавшихся на свадьбу иноземных гостей.
По небу тянулся длинный свадебный кортеж. Только свадьба была без музыки и без женихов, а свершалась она под насмешливый гогот чертей.
Вот какой конец постиг королевство Дылдылбума Благородного за бесчисленные грехи и пороки этого правителя. А на месте, где прежде был великолепный дворец, теперь одни лишь заросшие диким бурьяном безлюдные руины.
ГЛАВА 25
ВОЗВРАЩЕНИЕ НА РОДИНУ И СЧАСТЛИВЫЙ КОНЕЦ ВСЕХ ПОХОЖДЕНИЙ
Наши приятели — братья Эдудант и Францимор и их друзья, юные школьники, — пустились в обратный путь. Они были по горло сыты приключениями, повидали немало стран со всеми их достопримечательностями и в конце концов затосковали по родному дому. А Эдудант и Францимор мучились к тому же угрызениями совести, оттого что оставили в полном одиночестве свою старушку мать. Не будем задерживать вашего внимания описанием их возвращения, так как сами ждём не дождёмся, когда попадём домой. Нужно только отметить, что в одной портовой корчме на берегу Туту-ланского моря вся наша честная компания повстречалась с капитаном Мёртвым Биллом. Он сидел у стойки бара и спокойно потягивал из своей рюмки.
Лицо его светилось блаженством. Обняв Эдуданта и Францимора, он сообщил им, что ему удалось выгодно продать корабль «Принцесса Бесси». Его приобрёл один мафусаильский купец вместе с гробами и ларцом, в котором заточена королева бурь, — владычица громов Зиуурара.
— Теперь я избавился от всех забот, — весело промолвил капитан и заказал себе ещё один джин, то есть рюмку английской водки.
Потом он дружески простился с обоими братьями и со всеми юными школьниками, взяв с них обещание прислать ему из дому красивые открытки.
Обратный путь их шёл через Собачий город. Жители его узнали наших путешественников, очень обрадовались им и не хотели отпускать, не угостив на славу. Собаки закатили гостям пир горой, потчуя их самыми лучшими костями. А потом долго ещё провожали с радостным лаем.
Ровно через два года восемьдесят пять дней и столько же ночей узрели наши путники башни и купола золотой Праги. Они были поражены, когда на вокзале их окружила несметная толпа горожан и приветствовала восторженными криками. Ведь им и в голову не приходило, что об их удивительнейших приключениях писали все чешские и заграничные газеты.
А когда они шли по Карлову мосту, кто-то вдруг их окликнул. Они остановились, не понимая, откуда этот голос. Перегнувшись через перила, Францимор увидел, что из воды высунулась чья-то голова. Голова кричала им:
— Привет, ребята! Как делишки?
Путники всмотрелись пристальнее, и лицо кричавшего показалось им знакомым; они только никак не могли вспомнить, где его видели.
Наконец из воды вылез зелёный старичок и уселся на брёвна, которые оберегают мостовые быки от ударов льдин. И тут все узнали своего старого знакомого пана Воднянского.
— Здорово, друзья! — кричал он им. — Заходите в гости, потешьте старого водяного.
Францимор осведомился, что у него новенького.
— Пёсик Пафнутий умер, — печально сообщил водяной. — Уж больно стар был, бедняжка, а всё-таки мог бы ещё пожить. Но он, проказник, когда я отлучился из дому, решил поймать во дворе карпа и слопал его живьём. Рыбья кость застряла у него в горле, и верный сторож мой задохся.
— Жаль, очень жаль, — посочувствовал Францимор. — Да, славный был пёс, с характером, вечная ему память…
— А что вы скажете на такую новость: Кувшиночки у меня больше нет! — продолжал водяной.
— Да ну? — удивились братья. — Вы её выгнали?
— Выставил за дверь, так что и опомниться не успела. Прогнал эту бабу зловредную, ведьму проклятущую… — бахвалился водяной.
— Значит, дали ей расчёт? — недоверчиво спросили братья.
— То есть… — смутился водяной, — собственно, это она… моя супружница выгнала её…
— Ваша супруга?…
— Да, вы ведь не знаете, что я женился. Представьте себе. Осенью решился наконец. И скажу я вам, выбор оказался очень удачный, не могу пожаловаться. Сумму в приданое получил кругленькую, вещички тоже в полном комплекте — словом, я очень, очень доволен… Жаль, что моей супруги нет сейчас дома, она отправилась с визитом к родственникам. Все её где-то черти носят, никогда дома не посидит, сколько ей ни толкуй, а тут один заботься обо всём. Для родственников у неё есть сердце, а для собственного мужа — нет, за что только выпало мне такое несчастье!… Хотел бы я видеть, где ещё жены водяных целыми днями по родственникам бегают… Эдудант прервал его сетования:
— И ваша супруга дала расчёт пани Кувшинке?
— Вот именно, — радостно подхватил водяной. — Эта баба думала, что как надо мной измывалась, так может измываться и над моей супругой, да не тут-то было. У жены с ней разговор был короткий. «Вот вам, говорит, ваши пожитки, и чтоб духу вашего здесь не было». Да, уж супруга моя умеет с людьми обращаться. Ей слова поперёк не скажи. Не кто-нибудь, а урождённая Вассерман! Её папаша — владелец крупнейшего водяного хозяйства в республике.
— Очень рад за вас, — вставил Эдудант.
— С её-то приданым я и получил возможность начать дело тут, на Влтаве. Милые вы мои, здесь вам не какой-нибудь жалкий пруд в лесу, а целое водяное предприятие. Теперь я все поставил на современную ногу. Здесь ведь и гребля, и плавание, и водное поло, и каноэ, и прочие виды водного спорта. Представляете себе, сколько утопленников это даёт в сезон?… Я очень преуспел — тьфу, тьфу, чтоб не сглазить! Работёнки хоть отбавляй, не знаешь, за что раньше взяться, а у пани Воднянской ни к чему сердце не лежит, нет, чтоб хоть немножко помочь мужу по хозяйству — где там! Об этом она и не думает, одни наряды на уме, все бы сидела в кофейне либо шлялась по родственникам. И сколько её ни учи уму-разуму — никакого толку… Сам не знаю, что это мне взбрело в голову жениться…