Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 4 из 48

Вскоре изложение теории подошло к концу, и я хотел попросить разрешения удалиться, но тут поручик заметил мое нетерпение и обратился ко мне уже совсем доверительно:

— Подожди немного, есть еще одна проблема… Ты знаешь подпоручика Раковеца?

Он перешел на «ты», и меня это обрадовало.

Я не сразу вспомнил, что Раковец — это один из тех двух командиров взводов, которые три дня назад ушли в запас.

— Сегодня утром ко мне пришла девушка с почты и сообщила, что она беременна.

— А почему она сообщает это нам? — удивился я. — Пусть скажет ему. Он должен был, наверное, первым узнать об этом.

— Она пожаловалась, что он сбежал как воришка. Даже не попрощался с ней.

— Так пусть напишет ему. А если он не ответит, пусть подает в суд.

Видимо, это мое предложение не слишком понравилось поручику Влчеку, и он явно хотел поспорить со мной, но потом передумал и ограничился констатацией очередного факта:

— Он не оставил ей адреса.

— Так дадим ей его адрес — и все в порядке, — мгновенно выбрал я самое правильное, на мой взгляд, решение.

— Нет, надо бы с ним поговорить лично, — возразил поручик. — Напомнить об ответственности за проступки и о внимании к людям.

Я попытался свалить на него эту неприятную обязанность:

— Мне с ним говорить трудно, мы знакомы всего неделю. Будет лучше, если это сделаете вы…

— Естественно, это сделаю я. Но в твоем присутствии. Самое главное заключается не в том, чтобы научить человека водить танк, хорошо стрелять и приветствовать, как положено, старшего по званию, а в том, чтобы воспитать его, сделать настоящим, правильным человеком. А этому мы все должны еще учиться. Вот так… Я попросил его приехать в субботу.

— В субботу? — Лицо мое вытянулось. Я надеялся, что в субботу мне удастся хотя бы на час-другой заехать к Юцке.

— В субботу, чтобы ему не надо было отпрашиваться с работы, — объяснил Влчек и отпустил меня.

В субботу он напомнил о себе с самого утра:

— Раковец ждет у КПП, проведите его и приходите оба ко мне…

— Товарищ поручик, что случилось? — спросил меня у ворот молодой человек в джинсах и футболке, на которой был изображен мотоцикл. Трудно было представить, что еще несколько дней назад на нем была форма. — Я все сдал и не допущу, чтобы мне что-нибудь приписали и заставили за это платить.

Я уже хотел сказать ему, что он, пока не женится на девушке с почты, будет платить как миленький, но потом решил промолчать. Откуда я знаю, какие стратегические планы у Влчека? Во всяком случае, этот его план оказался весьма простым.

— Вы знаете Марцелу Медунову? — спросил Влчек сразу же, едва мы присели.

— Марцелку с почты? — уточнил Раковец.

— Да, с почты. Блондинку.

— Знаю, товарищ поручик.

— Хорошо знаете?

— Хорошо. Два раза мы с ней были на танцах и один раз в кино.

— Она в положении, — как можно более серьезно произнес Влчек.

Нельзя сказать, что это сообщение потрясло Раковеца, скорее, оно удивило его. И кажется, удивило неприятно.

— И причастны к этому вы, — добавил Влчек.

Только теперь Раковец выдал свое волнение.

— Этого не может быть, у нас с ней ничего не было! — насколько мог решительно сказал он и тут же признал: — Не то чтобы я не хотел более близких отношений, просто у нас не было такой возможности. Я иногда провожал ее домой, а потом бегом возвращался в казарму.



Я смотрел на него укоризненно, считая, что он выбрал самый примитивный путь к отступлению.

— Она сама так сказала? — спросил Раковец.

— Да, именно так, — ответил поручик, не оставляя ему ни малейшего повода для сомнений.

Я решил показать Влчеку, что из меня наверняка получится хороший воспитатель.

— Ну вы же мужчина, Раковец, — произнес я как можно более проникновенно. — Настоящий мужской характер проявляется как раз в такие моменты, когда надо смотреть правде в глаза, а не изворачиваться, пытаясь избежать ответственности.

Я ждал, как к моим словам отнесется поручик Влчек. Он промолчал.

— Но я, честное слово, здесь ни при чем, — повторил Раковец.

— Тогда мы ее сейчас пригласим сюда, чтобы она сама вам все сказала, — произнес поручик. Он поднял трубку телефона и попросил, чтобы его соединили с почтой. — Вы могли бы сейчас прийти к нам? — спросил он, когда к аппарату подошла Медунова. Было ясно, что девушка не может решиться, но Влчек был настойчив: — Нам необходимо довести дело до конца, и потом, вы пообещали, что придете, если возникнет необходимость.

Ему удалось ее убедить. Окончив разговор, он позвонил на контрольно-пропускной пункт и сказал, чтобы, когда придет Марцела Медунова, ее пропустили и проводили к нему в кабинет. Пока мы ждали ее, Влчек расспрашивал Раковеца, нравится ли ему работать юристом на предприятии.

Поначалу Раковец отвечал неохотно и односложно, но потом разговорился. Девушка вошла как раз в тот момент, когда он с огорчением рассказывал о недисциплинированности некоторых поставщиков, нарушающих договорные сроки.

Она была хороша собой. Почти так же хороша, как Юцка. Ее взгляд едва скользнул по мне и поручику и надолго задержался на Раковеце. И по мере того как она на него смотрела, ее лицо преображалось, становилось лучезарным, как весеннее солнце.

Я наблюдал за Раковецем. И с его лицом произошла такая же перемена.

— Мы пригласили товарища Раковеца… — начал поручик Влчек и запнулся. Чувствовалось, что он испытывает некоторое замешательство. — Мы пригласили товарища Раковеца, — повторил он и поглядел на меня, ожидая, видимо, что я ему помогу.

«Ты утверждаешь, что человек — смесь самых разных положительных качеств, вот и разбирайся сам», — ответил я ему взглядом.

— Короче говоря, товарищ Раковец считает, что он не может быть отцом ребенка, — проговорил Влчек и посмотрел на меня, как бы интересуясь, оценил ли я то, что он взял инициативу в свои руки.

— Товарищ Раковец прав. Но я хотела бы объясниться без него, — сказала девушка, и ее слова привели нас почти в шоковое состояние. При этом она опять посмотрела на Раковеца влюбленным взглядом.

Этого было достаточно, чтобы Раковец выскочил в коридор, не ожидая, пока его об этом попросят.

Теперь поручик Влчек уже полностью владел инициативой.

— Значит, вы все это придумали и у вас не хватило смелости повторить свою ложь в его присутствии. А мы ради вас вызвали его сюда, и не из соседней деревни. Кстати говоря, за государственный счет.

— Если вы разрешите, товарищ поручик, я оплачу его проезд, — великодушно предложила девушка.

Влчек немного подумал, но потом отказался.

— И все же ваших действий я не понимаю, — покачал он головой в ожидании ответа.

— Я его люблю. А когда он уехал не простившись… В общем, я должна была его еще раз увидеть. И поэтому сказала вам, что я в положении.

— Стоило вам только попросить, и мы дали бы его адрес, — не сдавался поручик.

— Это вы сейчас так говорите! — Девушка тоже не собиралась отступать. — А если бы я пришла, вы бы наверняка заговорили о военной тайне, сказали бы, что не имеете права, и я, конечно, никакого адреса не получила бы. Ну а теперь я хотела бы уйти, — сказала она. — Думаю, что все разъяснилось. — При этом она посмотрела в мою сторону, как будто именно от меня ждала наибольшего понимания.

— Все ясно, — произнес я, взглянув на поручика Влчека.

— Да, конечно, — поддержал он меня, капитулируя. — Теперь можно пригласить Раковеца.

— Это уж, пожалуйста, без меня, — сказала девушка, направляясь к дверям. Она оставила их приоткрытыми, и мы услышали ее слова.

— Тебя ждут, — сказала она Раковецу в коридоре. — Им ясно, что ты совершенно чист. Но, несмотря ни на что, прощения от меня ты не получишь.

— У меня в последние дни было много работы, а когда я пришел к тебе на почту, у тебя был выходной. Но я бы тебе написал, — услышали мы его голос.

— Я не верю ни единому твоему слову, — ответила она, но это не прозвучало достаточно убедительно.