Страница 4 из 14
В двадцатые годы Гарлем почти полностью стал негритянским районом. Здесь примерно 40 процентов зданий было построено до начала XX столетия.
— А что стало с проклятым домом? — спросил я.
— После Второй мировой войны дом, приносящий несчастья, арендовали торговцы наркотиками. В нем был организован притон, работал подпольный цех по переработке и расфасовке опия.
— Куда же смотрели служители закона? — удивился я. Гарри развел руками.
Зная о том, что происходит в проклятом доме, полиция почему-то долго не решалась прикрыть притон. То ли была повязана с наркодельцами, то ли готовила какую-то мудреную стратегическую операцию.
Когда наконец служители правопорядка все же собрались нанести удар по наркодельцам, вмешались неведомые силы. Дом, по невыясненным причинам, взорвался и похоронил под обломками и наркодельцов, и их клиентов. Прибывшие для захвата здания полицейские увидели лишь догорающие руины да одну сохранившуюся стену.
Разобрать ее и что-то построить на этом месте так никто и не смог: и у властей, и у владельцев земли не было денег. Так и возвышалась не одно десятилетие зловещая стена, притягивая к себе таинственные истории, слухи, домыслы.
Новоявленная жрица
Жители окрестных домов и улиц рассказывали, что у сохранившейся стены собирались по ночам гарлемские ведьмы, совершали свои таинственные обряды и жертвоприношения, выносили приговоры людям.
На руинах несчастливого дома иногда располагались бродяги. Да только после первой же ночи убегали прочь от этого места и не желали возвращаться.
Что-то пугало бродяг. А что именно — о том они предпочитали помалкивать, или несли какую-то околесицу.
Говорят, один такой бедолага и вовсе сошел с ума. Припрятал он во время ночевки под стеной свои сбережения. Сколько уж там было долларов — неизвестно, а для него, видимо, большой капитал.
Вернулся он на вторую ночь откопать свое богатство, а стены нет, будто и не было никогда. Пустое место. Ни кирпичика, ни камешка… К тому же услыхал он протяжный, нечеловеческий стон. Понял бродяга, что это стонет та самая исчезнувшая стена, под которой он ночевал, а теперь — найти не может. Так и тронулся умом.
Утром показали ему полуразваленную, злополучную стену. Все на месте, все, как и прежде: ищи, что закапывал. А она бродяге уже ни к чему… Ничего не помнит, ничего не желает… Ушел разумом в беспредельное, необозримое…
В одну из ночей острого месяца привели к стене гарлемские ведьмы девчонку — чернокожую красавицу. Поговаривали, что прибыла она то ли с Ямайки, то ли из самой Экваториальной Африки.
Повелели ей старухи на той сходке забыть свое прошлое имя и называться отныне «Черная Мамба». Обладала красавица великими чародейскими способностями. А призвали ее в Гарлем, чтобы влить в древнюю колдовскую общину свежую молодую силу.
Ведьмы наказали красавице совершить на следующую ночь первое чародейство. Хотелось им проверить возможности Черной Мамбы.
В тот год в округе особенно свирепствовали крысы. Их расплодилось так много, что, когда они шли многотысячной стаей на водопой, машины не могли проехать.
Крысы уничтожали съестные припасы в жилых домах и магазинах, грызли провода и кабели. В районе прерывалась телефонная связь, отключалось электричество, от коротких замыканий возникали пожары. Зловредные серые твари нападали на детей, увечили их или даже загрызали насмерть. Гарлемские ведьмы предвидели великий мор от заразы, что разносят крысы.
И сказала старухам Черная Мамба: — Да свершится ваше повеление!.. Подошла к стене и нарисовала мелом:
А на следующую ночь у стены появились тысячи голодных свирепых котов. И началось великое истребление. К утру улицы Гарлема были усеяны трупами крыс. А коты… как появились неизвестно откуда, так неизвестно куда и исчезли.
Роковые предначертания
«Парни вольного Гарлема, Хромой Конг стучит копам…» «В четверг, в подвальчике Эндрю, Буги собирается проделывать чудеса со своим неразлучным саксофоном!..»
Кое-кто из ошалевших от нищеты, а может от наркотиков или дешевого виски, гарлемцев стал поговаривать, будто Черная Мамба — возлюбленная полуразвалившейся стены!
Чего только не взбредет в воспаленные головы…
Иные клялись, что сами видели, как красавица взлетала по ночам на вершину стены и устраивала там колдовские танцы под восторженный писк и шипение летучих мышей. А в ненастную погоду Черная Мамба прижималась к роковой стене и исчезала в ней, словно просачивалась между кирпичами.
Удивительно, но многие верили и шептались: «Не зря, видно, молодая колдунья так тщательно стирает со старых кирпичей чужие надписи и рисунки, оставляя только свои…»
Догадывались люди, что ее знаки имеют глубокий роковой смысл, и стена совершит все, предначертанное Черной Мамбой.
Однажды прокляли гарлемские ведьмы торговца Луиса, владельца небольшого магазина, за его дерзкие слова и строптивый характер, — и нарисовала красавица на стене:
Увидел торговец рисунок и свое имя. Вначале посмеялся, но потом вдруг загрустил.
А на следующую ночь он ни с того ни с сего попрощался с близкими, взобрался на стену да и прыгнул с нее. Тут же на месте и скончался.
Пошел наперекор ведьмам, нагрубил старухам владелец автомастерской Лихой Боб, — и начертала Черная Мамба:
Через день проезжал мимо роковой стены Лихой Боб увидел знак. Остановил машину и шепнул двум проституткам, что были с ним:
— Прощайте, славные малышки… Мне надо идти… Потом вдруг засмеялся и добавил:
— Не ждите… Стена зовет… Пора!.. Пора.. Проститутки подумали — парень шутит.
А Боб, ничего больше не говоря, обошел стену и увидел на другой стороне торчащую балку и веревку с петлей. Подложил кирпичики, взобрался на них да и сунул голову в петлю…
Неизвестно, что натворил гарлемский шулер Стив. Но, видимо, здорово обозлил он ведьм, раз напророчили они ему скорую мучительную смерть.
И появился на стене роковой рисунок:
Говорят, в самый разгар игры, в подвальчике у Мендель-Каро, парень поднялся вдруг из-за стола, бросил карты, растерянно оглядел приятелей и сказал:
— Мне пора… Стена зовет…
Стали приятели уговаривать Стива остаться играть, а тот — ни в какую. Бормочет одно и то же:
— Стена зовет… Надо идти… Не поминайте плохо никудышного меня…
Никто так и не понял, куда и зачем направился Стив.
А он прикоснулся спиной к старым кирпичам стены да тут же и вспыхнул, словно облили его бензином. В пять минут сгорел до костей.
И сутенера Фреда ожидало не менее страшное наказание после приговора гарлемских ведьм:
Напился до умопомрачения сутенер, когда появился роковой знак. Но это не помогло ему. Потянула Фреда неведомая сила к стене. Присел он возле нее, допил прихваченную бутылку виски да и задремал. И больше сутенер уже не проснулся. Утром его обнаружили изъеденного крысами. Местные жители говорили:
— Сколько у этой стены погибло людей — знают лишь гарлемские ведьмы, да ночь острого месяца, да еще сама стена-убийца. Но разве раскроют они свою тайну?..
Ночь острого месяца
«Матч “Пантер” и “Бравых парней”переносится. Просигналим на следующей неделе».