Страница 54 из 57
Надо отдать должное капитану, он и вправду не стал задерживаться дольше обычного времени необходимого на приготовление к походу. Убедившись, что я подписал контракт и, заперев его в небольшой сундучок для бумаг, капитан отдал приказ Сенеше, чтобы тот позвал боцмана. Какие именно приказы капитан отдавал далее, я не знаю, так как когда пришёл боцман, вернувшемуся Сене приказали ознакомить нового юнгу с его обязанностями и мы ушли. Заикнувшегося было Сенешу: «Как же этА, … а я теперь ХтА?» обрадовали, что он повышен до матроса. Раздувшись от гордости, тот попытался выдать мне за будущие ошибки так сказать – авансом – подзатыльник, но пару раз промахнувшись и увидев у меня в руке дедов нож, резко изменил манеру поведения и стал нормально объяснять, что входит в мои обязанности.
Довести краткий вводный курс ему так и не удалось, так как раздался рык боцмана и все забегали. Всё замелькало. Из общей беготни мне запомнилось, как Сеня дёрнул меня за руку и вот мы уже карабкаемся по вантам. Потом развязываем какие-то верёвки видимо для того чтобы спустить парус. Затем спускаемся по вантам вниз на палубу и тянем какой-то канат. В общем, я бегаю за Сеней и делаю то же самое, что и он. В основном стараюсь не мешать или помогаю, чем могу.
Пятнадцать минут беготни, и мы встали на ветер и снялись с якоря. Может я и напутал с описанием порядка действий команды или каких-то терминов, но помалкивающий Андре на этот раз меня ничего не поправлял.
Мы шли вдоль берега и через пару часов свернули во фьорд.
«Сколько же тут птиц!» Оба скальных берега были буквально усыпаны птичьими гнёздами. «Вот что значит птичий базар…» Шум хлопающих крыльев и крики гомонящих птиц просто оглушали. Они чем-то напоминали – Олуш, во всяком случае, перепончатые лапы (или правильнее говорить ноги?) отливали небесной синевой. Остальные части тела птиц имели сплошную белую окраску перьев, чернели только глаза и длинные заострённые клювы.
– ГлухАй залив, – толкнув меня в плечо, сказал Сенеша.
– Глухой фьорд, – поправил его кто-то из матросов.
– Похоже, капитан нашёл добровольца на поиск сундука мародёра… – ухмыляясь, произнёс другой голос.
Я почувствовал спиной взгляды команды. Обернулся и оценил их различия… В основном оценивающие или жаждущие весёлого представления, попалась даже пара сочувствующих.
– Юнга! К капитану! – до меня донеслась резкая команда.
Не привык я бегать по команде, так что просто развернулся и пошёл в сторону мостика, но кто-то из ожидающих веселья матросов толкнул меня в спину со словами: «Быстрее салага! Тебя капитан звал, а он ждать не любит».
Обижаться я не стал. Может тип, подтолкнувший меня, на самом деле хотел мне помочь. Я не видел капитана в гневе, но даже начало с темнеющими зрачками мне не понравилось.
«Что-то какое-то дежавю… Один сундук я уже доставал из-под воды…» – заходя в каюту капитана промелькнула мысль.
– Что ж, мы почти прибыли к нужному месту, – начал капитан как только за мной закрылась дверь. – Сейчас стены Глухого фьорда разойдутся в сторону и… В прочем это неважно. Тебе надо знать только то, что корабль лежит на глубине пятнадцати метров. Сундук похож на мой, – капитан показал на сундучок с бумагами, – находится он предположительно в каюте капитана. Что-то или кто-то охраняет этот сундук. Кто именно нам неизвестно. Тебе нужно найти сундук, поднять его на поверхность и принести мне. И учти! Если ты надеялся, попав в воду просто сбежать, то ты удивишься… Ничего у тебя не получится. Ты не сможешь ослушаться и не выполнить мой приказ. В твоём контракте есть пункт – ограничение на свободное передвижение. Это значит, что если ты отдалишься от корабля на сто метров без моего разрешения, то твоё тело попросту парализует. Достанешь сундук, и я расторгну контракт, если ты, конечно, не захочешь отправиться за сокровищами… Всё в твоих руках, – развёл он руки в стороны и улыбнулся.
Встав из-за стола, капитан указал мне на выход и сказал: – Я верю. У тебя всё получится.
«А я ещё думал, как он сможет меня удержать, когда я окажусь в воде? Верёвку что ли к ноге привяжет… Всё гораздо проще. Пункт в контракте, на который я не обратил внимания, и я практически как собака на поводке привязан к кораблю. Только мой ошейник невидимый», – думал я пока шёл от дверей каюты капитана к борту.
Оборачиваться и прощаться я не стал. Друзей у меня тут нет, а смотреть ещё раз на рожи пиратов мне не хотелось, так что я, подойдя к борту, просто влез на него и спрыгнул в воду.
Вода во фьорде была мутная и очертания затонувшего корабля, я заметил, только погрузившись примерно метров на семь-восемь. Он лежал на левом борту. Приближаясь, я рассмотрел рваный – расколотый напополам корпус, как будто его сжали и переломили.
Обычно затонувшие корабли служат своеобразным домом для большого количества рыб, но здесь я ни одной не заметил. «Очень странно! Обычно, даже если в обломках поселится хищная рыба, всё равно в надежде поживиться объедками вокруг плавает много мелких рыбёшек, но тут совсем пусто…»
И тут я боковым зрением засёк необычное движение. Поначалу создалось впечатление, как будто по корпусу затонувшего корабля выпустили очередь из крупнокалиберного пулемёта, только пули уж слишком длинные – 20см. Но присмотревшись, я смог прочитать названия приближающихся к обломкам снарядов: Белемниты – 13-17 уровни. «Так это… головоногие моллюски в остроконечных раковинах». Не доплыв до цели, они свернули в мою сторону. Во всяком случае, мне так показалось… Но к счастью они немного поднявшись в сторону поверхности опять свернули на первоначальный маршрут. «Я ошибся. Стая просто огибает возникшее на пути препятствие».
Вслед за белемнитами из мутной около донной взвеси выплыла целая торпеда: Ортоцерас – в длину метра два точно – 39й уровень. Он тоже попытался обогнуть обломки корабля, но из передней части корпуса ему наперерез выплыл гигантский скорпион: Бронтоскорпио – длиной он оказался вполовину меньше ортоцераса, но вот уровень выше аж – 70й.
Ортоцерас едва успел развернуться в сторону угрозы и попытался проколоть скорпиона своей заострённой раковиной, но удар правой клешнёй отклонил моллюска. Оказавшись повёрнутым к скорпиону боком, ортоцерас попытался ускориться и отплыть, но только ухудшил своё незавидное положение, зацепившись остриём за торчащие доски корпуса и подставив под левую клешню незащищённую раковиной часть тела. Клешня бронтоскорпио сжалась и без видимого напряжения отсекла моллюску голову со щупальцами.
«И капитан думает, что я туда полезу? Чтобы скорпион и меня также одним щелчком клешни перекусил? Нафиг!» – подумал я, смотря, как бронтоскорпио раскалывает раковину моллюска и пожирает мясо.
И тут из задней части развалившегося корпуса раскатываясь как пожарный рукав, высунулась облепленная щупальцами нога гигантского спрута. Она достигла отсечённой ранее и достигшей к этому моменту дна головы моллюска и, обхватив её, стала скручиваться обратно в обломки корабля.
Я только и успел, что засечь надпись красными буквами: рейд-босс Кракен – уровень 80й.
«Не знаю я: Ни сколько у этого босса жизни, а цифра наверняка завышена раза в два от обычной на этом уровне. Ни какой урон этот осьминог переросток может нанести за раз, а судя по длине виденной мной ноги, его размер наверняка превысит пятнадцать метров…»
«Неужели придётся становиться призраком игры? Хотя… Как меня может парализовать в призрачном состоянии??? Тела то нет! Значит достаточно умереть, отдалиться от корабля на расстояние, превышающее сто метров и я свободен! А-то и вообще… может моя смерть аннулирует контракт автоматически? Надо попробовать!»
«Кому лучше подарить жизнь? Кракену или скорпиону? Если я подставлюсь под клюв Кракена, то возможно успею осмотреться пока меня не сожрут в задней части корабля. Каюта капитана находится именно там. Это я сейчас чего… ещё и миссию подумываю выполнить? Или просто любопытство мной движет? Даже не знаю… вроде, Андре из фона не высовывается, … самому странные мысли в голову лезут. Хех! Нет, ну интересно же что этот монстр охраняет. Помимо карты, ведущей к сокровищам, из него и самого должно вывалиться много вкусных вещей».