Страница 27 из 57
Кент заказал подошедшей официантке кружку пива. Она, выставив на стол картофель, салат и морс, кивнула и сказала, что через минуту принесёт самого лучшего светлого.
Кент опять разделил еду по братски. Себе он забрал картофель, а мне оставил салат и морс.
Я не хотел светить деньгами и поэтому не стал дополнять свой заказ. Остался в итоге не сытым и не голодным. Так, червячка заморил.
«Кстати, о червячках. Ими кроты питаются. А звездорыл все мои болты к арбалету утащил в неизвестном направлении. Сейчас перекусит в лесу и выздоровеет, а мне придётся к кузнецу бежать и новые болты покупать. Не скажешь же Кенту, чтобы он их сам покупал. Арбалет он мне всего лишь на время обучения дал».
«Хорошо хоть книгу заработал. Надо будет сегодня вечером её пролистать». – Это я уже додумывал, выходя из трактира.
Естественно перед этим я оплатил весь счёт за свой заказ и пиво.
Кент после того как мы вышли одобрительно похлопал меня по плечу, – чуть не сломал, наверняка шкала здоровья просела, как раз на те же самые проценты на которые повысилась от еды, – и сказал: – Вижу, ты времени зря не терял. Денег где-то заработать успел. Молодец! А сейчас пойдём в лавку. Пора продукты покупать.
Лавка находилась напротив гостиницы, так что нам не пришлось далеко идти.
Гном умел торговаться, но и лавочник был не промах. Единственное, что его заставляло в очередной раз скидывать цену, так это фраза Кента: – «Не смеши мой топор! Это слишком дорого».
В общем, с грехом пополам, так как гном чуть не подрался с продавцом, и мне пришлось сказать учителю, что у меня как раз есть десяток золотых, которых не хватает на все намеченные им покупки, мы рассчитались, и раскрасневшаяся от бурной торговли пара даже пожала друг другу лапы. До хруста. Похоже, Кент победил, так как когда мы выходили, продавец держался за кисть и морщился.
Учитель улыбнулся. – Не получит он с меня ни одной лишней монеты. Теперь всё что заработал сверх нормальной цены, лекарю за восстановление руки отдаст. Будет знать, как с гномом торговаться.
К кузнецу я зашёл без Кента. У меня перед глазами был пример несговорчивого торговца, и я решил не рисковать. Пересказав учителю историю об охоте на крота и немного исказив награду от бабушки Софы, попросту заменив в рассказе книгу на энную сумму денег, я попросил его подождать меня у калитки, пока я покупаю утраченные болты. На удивление Кент сразу согласился. Сказав, что ему у кузнеца ничего покупать не надо.
Обычных болтов естественно в лавке не оказалось и пришлось покупать цельнометаллические. Отсчитав восемь золотых за шестнадцать болтов, я второй раз за день попрощался с Рорком и Микесом.
***
Не успели мы выйти за ворота деревни, как у меня в голове раздался голос:
– Здравствуйте. С вами говорит оператор из службы работы с клиентами. Вы оставляли нам заявку по поводу связи со своими близкими. Они хотят с вами пообщаться. У вас есть на это время?
– Да. Разумеется. – Произнёс я мысленно.
Что говорить… Глоток свежего воздуха в душном помещении. Мама сразу заплакала, как услышала мой голос. Отец её успокаивал. Разговор хоть и получился скомканный, мне пришлось тоже их успокаивать и говорить, – что со мной всё хорошо, играю потихоньку, – а они советовали мне не рисковать и переселиться в безопасную локацию, Мама в основном, – я все равно остался рад. Так как Батя сообщил что: – «Есть подвижки. Проводятся эксперименты с заменой процессоров. В капсуле их десять штук, при переносе нагрузки и распределении её на девять, один оставшийся вроде как удалось заменить. Так постепенно все процессоры можно поменять на надёжные, а дальше останется отделить моё сознание от программы поведения НПСа и нажать выход». Во всяком случае, ему именно так описали самый вероятный и безопасный способ моего извлечения. Эксперименты проводятся с сознанием живых обезьян, помещённых в бракованные капсулы, где в виртуальном мире они оказываются в джунглях на специально созданном острове посреди моря населённом такими же обезьянами только с программами поведения. Исходники кода взяты из игры «Дервунд XIIV». Отдельный сервер и ИИ контролирует тот маленький мир. Первые попытки экстренного извлечения оказались летальными для животных, но сейчас уже есть прогресс. Осталось только выяснить, как влияет такой способ извлечения на психику подопытных обезьян. Чьё сознание извлекается из игры? Это то же самое животное или слияние программы и разума. Приходится сначала изучить самих животных, их психотип, уровень интеллекта, особенности поведения в обществе других обезьян и т.д.
Много непонятных научных терминов на вроде слова – «Тавилентность». Что оно именно обозначает, я даже не представляю, но наверняка что-то жутко умное и научное. Короче говоря – наука не стоит на месте, а я в данной её области не очень разбираюсь.
***
Когда мы проходили мимо места нападения на караван, я думал, что сейчас на нас нападут воскресшие разбойники. Но обернувшись к Кенту обратил внимание, что он в данный момент не скрывает свой уровень, как это делал до того по дороге в деревню и в ней самой. Кто-то или что-то шебуршало в редких кустах вдоль обочины, но на дорогу так и не осмелилось высунуться.
И обратная дорога из весны в зиму. Даже как-то странно… минуя лето и осень.
Вот и два гигантских валуна, своеобразная граница с горами. И снег. И холодный ветер. Нет не совсем так резко, но с каждой сотней метров ощущение ненормального переноса по временам года чувствуется всё сильнее и сильнее.
Раньше никогда не замечал, что плохо ориентируюсь. Наоборот всегда считал, что заблудиться не могу. Достаточно один раз пройти по какой-нибудь улице и если я вдруг заблудившись в городе, выйду на неё, сразу в мозге включится врождённый навигатор, и я смогу по ней сориентироваться в пространстве. Да и в горах то же самое. Но на этот раз, когда Кент свернул с дороги и стал подниматься вверх по склону, я даже и не понял, зачем он это сделал. С дороги абсолютно не было видно каната, да и следы нашего утреннего спуска тоже куда-то исчезли. Так что, поспешив за учителем, я только через минуту догадался, что гном направляется к выдвижным ступеням и подъёму к хижине с этой стороны горы.
Поднялись без проблем. Вот и площадка и дом Кента. Время уже к вечеру и прощальной тренировки я думаю, сегодня уже не будет.
Разложив покупки по горшкам и корзинам, решил рассказать учителю историю пьяного мельника. Про сундук и священников. Пересказ занял от силы пять минут, но на Кента он произвел неизгладимое впечатление. Я видел, как он сначала хотел меня перебить и задать какой-то вопрос, но через силу сдерживается. В конце повествования его глаза налились кровью, а ноздри стали раздуваться от каждого выдоха. Наконец он, немного, успокоился и спросил.
– Как? Как тебе это удалось узнать?
– Я когда поднимался по тому леднику, – махнул я рукой в сторону ледяных уступов, – нашёл тело его старшего брата Фанта-во. Оно и сейчас там лежит на первом уступе, если считать снизу.
– Друг Фанта-во… – Кент закрыл глаза ладонью. – Ну почему он не дождался меня в деревне? Я ведь когда услышал, что он пропал, облазил ближайшие горы, но так и не нашёл его.
– Вообще-то мне его сын сказал, что дядя вспомнил эту историю после того как отец пропал. Да и когда я нашел его тело, оно было полностью завалено снегом, только небольшая часть рукава торчала. Я даже не понял, что это такое пока немного не раскидал сугроб.
– Жофро-во всегда прикладывался к бутылочке, а значит, он мог вспомнить этот случай и раньше. Вот только рассказал о нем лишь одному брату. Когда Фанта-во пропал, я приходил к ним домой и разговаривал с его женой Севеной, она уже была больна и лежала в постели, но ничего подобного твоему рассказу мне она не говорила. Жофр был в тот день сильно пьян, а дети работали на мельнице.
Тут мне в голову полезли чёрные мысли, и я решил поделиться ими с Кентом.
– Учитель, а Севена была религиозной женщиной?