Сочинения в двенадцати томах. Том 2

Положение все ухудшалось. Резкое ухудшение наступило в самом конце 1795 г. В начале декабря 1795 г. за металлический ливр давали уже не 150, а 185 ливров ассигнациями, а в конце — 260; картофель худшего сорта стоил 200 ливров четверик. Такса на хлеб и мясо не соблюдалась, хлеб даже худших сортов нельзя достать дешевле, чем по 50–55 ливров фунт. А рабочий день в конце 1795 г. расценивался в 100 ливров ассигнациями в среднем.

С января 1796 г. стали особенно часто закрываться промышленные заведения в Париже и провинции, и рабочие, на которых все эти беды сыпались без перерыва, говорили, что, может быть, это новая хитрость со стороны аристократии, которая «решительно хочет вызвать восстание», оставляя без заработка бедняков, которые [146], «даже и работая, с трудом могут прокормиться». «Рабочие — на мостовой», — констатируют в это же время посторонние наблюдатели [147]; громадное число закрываемых мануфактур бросается в глаза и полиции [148].

Хозяева, закрывая мануфактуры, уверяли иногда рабочих, что они делают это потому, что правительство, налагая на них «принудительный заем», разоряет их. Рабочие хотели даже собраться в Сент-Антуанском предместье, чтобы протестовать против меры, выбрасывающей их на улицу; и из этой угрозы ничего не вышло [149]. Но самое намерение показывает, как растерянно и беспомощно металась мысль рабочих от «богатых» и хозяев к правительству, от правительства — к «богатым», ища виновников бедствий.

Полная безучастность рабочих при аресте и затем при казни Бабефа имела между прочим то последствие, что полиция перестала особенно интересоваться настроением рабочего класса [150], и для 1797–1799 гг. сведений этого рода у нас очень мало.

Безработица усиливается, припасы дороги — положение в 1797, 1798, 1799 гг. ничуть не лучше, по собственным отзывам полиции, нежели в 1795–1796 гг., но о рабочих, их настроении и прочем почти ничего не говорится. Иногда только полиция упоминает, что теперь уже рабочие в своих разговорах «принуждены не выходить за пределы приличия» [151]. Иногда небрежно упоминается, что по вечерам рабочие толпятся на бульварах и что хотя «более, чем когда-либо, они жалуются на недостаток средств, но их дух» — в пользу правительства; тем не менее полиция даже и эти мирные сборища разгоняет [152]. О том, что рабочие «всех промыслов», вполне «спокойны», прибавляется в эти годы чуть не всякий раз, как вообще заходит речь о бедствиях рабочего класса [153]. Замечания вроде того, что безработные могут в случае какого-либо «толчка» стать очень опасными, крайне редки и случайны [154].

Власти окончательно убеждаются в политической инертности рабочего класса, но они зорко следят, чтобы рабочие, вопреки закону Ле Шапелье, не предъявляли скопом каких-нибудь требований хозяевам. В середине июля 1797 г. ходят слухи о сборищах рабочих, большей частью кузнецов, желающих — полиция хорошенько не знает — не то уменьшить рабочий день, на один час, не то увеличить заработную плату. Принимаются меры наблюдения, — беспокойство оказывается напрасным [155], последствий движения нет.

Эту повесть о материальном положении рабочего класса в 1795–1799 гг. можно было бы закончить несколькими словами о положении рабочих национальных мануфактур в указанный период. Посвятив рабочим этой категории особую книгу [*19] я не вижу нужды входить тут в подробности. Достаточно ограничиться несколькими выдержками, дополняющими ту общую картину, о которой только что шла речь.

Еще в начале сентября 1794 г. рабочие национальной мануфактуры Гобеленов (их было 106 человек) были разделены на 4 класса (то же самое было сделано и на мануфактуре la Savo

146

Rapport du bureau du surveillance (20 января 1796 г.), там же, т. II, стр. 684.

147

Там же, т. II, стр. 700, 709 и др.

148

Rapport (28 января 1796 г.), там же, т. II, стр. 715; Rapport (29 января 1796 г.), там же, т. II, стр. 717. Le grand nombre des ouvriers inoccupés se plaignent très amèrement et manifestent des inquiétudes pour l’avenir, — прибавляют донесения; ср. также, т. II, стр. 728 (1 февраля 1796 г.).

149

Rapport du bureau de surveillance (30 января 1796 г.), там же, т. II, Стр. 721.

150

Ср. Rapport du bureau central du 25 vendemiaire, an VI (15 октября 1797 г.), там же, т. IV, стр. 396.

151

Rapport du 30 thermidor (17 августа 1797 г.), там же, т. IV, стр. 298:… les entretiens à la vérité sont très animés; mais partout les opinions sont contraintes à ne pas sortir des bornes de la convenance.

152

Rapport du 7 vendemiaire (28 сентября 1797 г.), там же, т. IV, стр. 358: Les rassemblements des ouvriers à la chute du jour ont toujours lieu aux boulevards du nord; on les dissipe; ils se reforment insensiblement; l’esprit au surplus en était fort prononcé en faveur du gouvernement républicain; seulement on s’y plaint plus que jamais de la difficulté des ressources.

153

Cp. Rapport du 15 vendemiaire, там же, т. IV, стр. 372; Rapport du. 28 brumaire (la classe des ouvriers… animés d’un bon esprit…) и др.

154

Rapport du 27 vendemiaire, an VI, там же, т. IV, стр. 400–402.

155

Rapport du 3 thermidor, an V (20 июля 1797 г.), там же, т. IV, стр. 226.

*19

См. наст. изд. т. I, стр. 605–704. — Ред.

156

Нац. арх. О2 872. Bases proposées pour le payement des ouvriers des Manufactures Nationales des Gobelins et de la Savo