Бессилие власти. Путинская Россия

Резюме:

Кризис был вызван не каким-то внешним шоковым фактором (например, действиями ОПЕК, как отмечал Дж. Сорос), а порожден самой Системой. Он прежде всего возник в США, сердце финансового мира, откуда проистекает большая часть финансовых инноваций, – этим во многом объясняется его глобальный характер. Безнравственная, всепоглощающая жажда наживы, которая за последнюю четверть века в значительной части девальвировала основы управления (менеджмент) – и как теорию, и как искусство, превратила «банки в казино» (по образному выражению профессора лорда Р. Скидельского). Это произошло в силу того, что регулирующие органы и возглавляющие их политики стали жертвой либерально-монетарной гипотезы «об эффективном рынке»: якобы финансовые рынки в состоянии «автоматически» оптимально оценивать ситуации с активами и поэтому «не нуждаются» в государственном регулировании.

Это тот самый тезис, которых находился в основе программ МВФ «Вашингтонский консенсус», диктовавший «минимизацию государственного присутствия» в экономике и финансах. Алан Гринспен, возглавлявший ФРС на протяжении почти двух десятилетий, сообщил в своихпоказаниях в конгрессе США: «Поддерживаемая ФРС система валютного контроля имела шаткие основания. Весь ее интеллектуальный фундамент рухнул летом прошлого года (2008)». Таким образом, сама методологическая база экономической политики (монетарно-неолиберальная идеология) оказалась неверной и способствовала развертыванию глобального кризиса в его наиболее тяжелых и губительных формах. «Произошла маргинализация самой экономики как дисциплины,а также моральный крах системы, основанной на кредитной задолженности». (См.: Р. Скидельский. Мир перемен, 2009, № 1, с. 12.)

Основная причина этого – культ экономического роста, который и обеспечивал максимизацию богатства под контролем ограниченной социальной страты, а не способ достижения более высокого качества жизни общества. В результате в мышлении и политике правящих кругов и деловой элиты приоритетным стало «технократическое толкование экономической эффективности», когда единственным результатом рассматривалась жажда ненасытного приобретательства. Вот что отметил в связи с кризисом известный американский профессор Пол Самуэлсон (в интервью немецкому «Die Welt», 2009): «Сегодня видно, насколько ошибочна была идея М. Фридмена о том, что рыночная система может сама себя регулировать. Также видно, насколько глупа мысль Р. Рейгана о том, что проблема состоит не в регулировании, а в решении. Теперь все понимают, что, напротив, без регулирования не может быть решения. Вновь стала актуальной кейнсианская идея, что налоговая политика и дефицитное финансирование должны играть важную роль в регулировании рыночной экономики. Хотел бы, чтобы М. Фридмен был жив и мог бы вместе с нами наблюдать, как проповедуемый им экстремизм привел к фиаско его идеи». (См.: Мир перемен, 2009, № 1, с. 9.) Согласитесь, сказано замечательно, емко, содержательно и изящно! А Милтон Фридмен умер незадолго до описываемых событий, в 2006 г.

Антикризисная политика США: «План Буша – Полсона»

Надо признать, действия правительства Дж. Буша были адекватными – энергичными и масштабными, причем, на удивление научно-экспертного сообщества, в деятельности этого махрового представителя самого правого крыла республиканцев (примыкающих к либертаризму) немедленно произошел переход на позиции кейнсианства с его ударением на непосредственное экономическое вмешательство государства, включая национализации банков и промышленных компаний. Сколько злобных и ироничных публикаций появилось в 2008 г. и в США, и особенно – в российской печати в этот период в адрес Буша и его антикризисной политики! Многие (кроме самих банкиров и предпринимателей, попавших в трясину кризиса) обвиняли Буша в том, что он «вводит социализм в Америке». Некоторые российские ренегаты, апологеты американской модели капитализма, буквально «страдали» (эти их «страдания» чувствовались в каждой строчке статей) – как же это так случилось, что в Америке, этой стране с «полной экономической свободой» – вдруг «возвращается социализм, происходят национализации банков и корпораций». Они никак не могли понять – другого средства спасения Системы (как и в 1929–1933 гг. при Рузвельте) не осталось, их не было. Они не понимали и того, что национализации и денационализации – не это определяет тип Системы, что они издавна выступают как мощные инструментарии экономической политики в рамках любой Системы, в зависимости от сложности обстоятельств и условий.

Правительство Буша разработало план по предотвращению развертывания кризиса (получивший название «План Полсона», по имени министра финансов, его обнародовавшего). В соответствии с ним, крупная финансовая помощь была оказана Fa