Страница 36 из 40
Говорили до ужина, который мне принесли в палату - все протертое и до отвращения полезное. Саня, увидев ее, скривился.
- Неужели, вот это - здоровая пища, про вкусную я лучше промолчу, - с отвращение заметил брат.
- Да уж, не шашлычок, но врачам виднее, - согласился я.
После ужина продолжил расспросы и узнал, что до моих сослуживцев было доведено будто я, выполняя задание командования, заболел. Об этом, Сане, рассказал Семенов. Вот такая существует официальная линия, но дураков то в команде не было. Для них ситуация, произошедшая со мной, отнюдь не нова и, тем более, не исключительна. Поэтому то, что уже лейтенант Семенов с супругой заезжали к нам в гости - я оценил. Как и то, что его повысили в звании, это означало - захват получил положительную оценку у руководства. Расстались с братом под настойчивые и неоднократные требования, сменившейся, дежурной на посту.
Через неделю меня выписали и всю, эту, неделю я мучил свой организм круглосуточными физическими упражнениями. Еще ел, спал, глотал горстями витамины и пропадал в тренажерном зале. Примитивном, как на человека двухтысячного года, но уж, что есть. Каждый день приходил Саша, говорили обо всем и обо всех. У парня сформировалось свое видение окружающей действительности - далекое от восторженного, но, что удивительно, парень искренне считал, будто ему дико повезло в жизни и он должен. Кому, что и сколько он еще не определился, но твердо был уверен в своем умозаключении. Я думаю, что теперь он это будет выяснять всю жизнь. Вот уж воистину - все познается в сравнении.
С утра, на выписку, за мной прислали машину, из части, со срочником водителем и сверхсрочником сержантом, в качестве сопровождающего. Ребята мялись, не зная, как подступиться ко мне с просьбой проехаться по ГУМам - ЦУМам и т.д. Но я то, сам прошел срочную, правда не в этой жизни.
- Значица так бойцы, у вас есть два часа на магазины и все. Время пошло.
Парни были опытные и быстренько выехали на Ленинский проспект и покатили по нему, паркуясь у присмотренных магазинов и дольше всего у нового универмага "Москва". И это было правильно, какой смысл толкаться в центральных заведениях, там и всего дня, на предмет скупиться, не достаточно будет. Шопингом будет называться, в будущем. Затарились служивые основательно. Словили момент, как говорили древние... одесситы. Тем не менее, до обеда мы успели в часть.
Я доложился командиру нашей команды, капитану Васильеву, он позвонил начальнику Школы и мы были вызваны на доклад. Форму мне Саня подогнал прямо в госпиталь, из дома, еще вчера и звездочку к погонам я добавил. Хотя не по армейским понятиям, не обмытую звезду крепить к погонам. Но, шо взять с пинжака, как говорила Мария Федоровна, супруга нашего каптенармуса. Начальника склада вещевого довольствия. Если по уставу.
- Товарищ подполковник, старший лейтенант Новиков, представляюсь по прибытию с лечения.
- Хорошо, что тебя не залечили... эти наши эскулапы. Они такое могут. - Отыграл в доброго бывший майор Свиридов. Тебе положен отпуск на лечение, можешь оформлять проездные в строевой части. Отдыхай и здоровым, бодрым возвращайся в команду. Будем служить дальше.
- Товарищ подполковник, разрешите отложить отпуск и начать учебу.
- Так, полноценно работать ты не сможешь.
- Начну с теории, ребята помогут, а там и в норму приду.
- Что думаешь, капитан?
- Нельзя рушить лучшую двойку команды, мы сделаем все возможное.
- Так уж и лучшую. Разрешаю, но под вашу личную ответственность, товарищ капитан. А ты Молчун, правильно все понимаешь, надежность и сила в единстве команды. Твоя ситуация не такая уж и исключительная, - продолжил начальник Школы. - Мы все это проходили. Функция у них такая... у эскулапов.
- А некоторые и не по одному разу эти процедуры проходили, - добавил капитан. - Люди прошли спецкомандировки, имеют награды, ранения, а за ними все равно бдят. А ты, Иван, еще и интеллигент, тебя, прямо, положено - прихватить на разрыв.
В душе я плакал: "Это Говорун и Сандр интеллигенты", - но помалкивал ибо перечить начальству, что... плевать против ветра.
- Вот именно, - включился подполковник, - принимай это, как обстоятельства сопутствующие профессии... неудобство, что-ли.
На том мы с начальством и расстались. Вечером Саня подвез рюкзачок с доппитанием, так сказать. Посидели с командой хорошо, естественно добавили и я почувствовал, что стал как-то ближе к парням. Скептик моей натуры смеялся, мол, конечно, теперь ты уже не в белом фраке, а как все в... неудобствах. А оптимист подумал, что когда под огнем окажемся и вообще своим стану. А это дорогого стоит в таких коллективах , как наш, что я знал еще по первой жизни. Поэтому, когда взял гитару, то не удержался и украл:
"Мы по приказу проползли пол света,
И скоро возвращаться нам с тобой.
Вот только продержаться до рассвета -
Вы ждите нас и мы придем домой.
Тебе судьбу мою вершить,
Тебе одной меня судить,
Гвардейская команда наша,
Команда, без которой мне не жить.
От горечи потерь душа страдает,
Усталость до печенок достает.
К друг другу мы становимся добрее,
Когда погоня по пятам идет.
Со службою расстанемся по сроку,
Судьбу и время не дано унять.
Придут другие, по веленью долга,
Пусть смогут больше нашего поднять.
И доля на разрыв их проверяя,
Нагрузит нашей службой тяжело.
Свою удачу с другом разделяя,
Пусть будут живы, всем смертям назло.
Припев и мелодия личному составу понравились. Я думаю, Добронравов и Пахмутова. А текст, что текст, его поправят другие, как сказал, Василий Иванович, каптенармус Школы:
- Была бы песня, стихи найдутся, - и он был прав на все сто.
Домой я попал только через неделю. Теща подозрительно осматривала меня со всех сторон, чуть ли не обнюхивала, но приняла в стаю, как своего. Без особых замечаний. Главное, что Анатолий меня сразу признал и не отходил ни на шаг. Строго всем заявляя:
- Это мой папа, - и точка, всем отвалить. Даже, на маму строго смотрел.
Елена заметно округлилась и стала вальяжно плавною и в тоже время категоричною. Это было неожиданно, а может я забыл, как с Толей у нее было? Теща прямо из себя выскакивала, пытаясь не допустить меня до супружеского тела. Все предлагала мне свою комнату для ночлега и это в моем доме. Интель, одним словом. Однако жена стояла твердо:
- Мама, ну знаю, что нельзя. Однако я хоть погреюсь мужем законным. И ведь он после болезни, чего ты волнуешься.
- После болезни он, как же. Болезный... Но не до такой же степени, - ворчала Анна Павловна.
И мудрая женщина была права, как там пишут в рОманах: бережно и нежно. Именно так.
Утром поехал навещать соратников и первым делом заскочил в детдом к Степ Степычу. Сразу решил с ним обговорить одну идейку. Вроде бы та лежит на поверхности, сама очевидность, но без поддержки фонда ее не потянуть.
- Ну-ка поворотись сынку, - директор был в своем репертуаре, - да нормально все, почти. Чего, твой, Санька баламутил народ?
- Так переживал, пацан, вот и преувеличивал.
Обговорили со Степычем, новости касающиеся Фонда и он заявил, что тьфу, тьфу, но все идет по плану. Чиновничье начальство учуяло, что сверху есть хорошая поддержка и демонстрирует ее снизу. Все, что не требует денег и пересмотра серьезных положений и инструкций - решается. Со скрипом, но тем не менее, а денежные вопросы помогает решать Фонд. Причем, там образовалась пробивная команда материально - экономического обеспечения, которая добилась возможности целевой передачи своей валюты министерствам, через экономический отдел ЦК. И теперь в Фонде имеют фонды (каламбурчик), которые производят министерства сверх плана. Таким образом, в учебно-производственном комбинате Гагаринского детдома уже появились новые автомобили, станки и другое дефицитное оборудование. С колхозом Петра Петровича, так же, поделились фондами и теперь снабжение продуктами у нас идет, напрямую, с их нив, свинарников и коровников. А фондовские ловкачи заказывают в его хозяйстве наборы продуктов к праздникам и делятся ими с министерскими трудягами. Прямо-таки полная смычка чиновников с трудящимися, города с деревней.