Страница 32 из 35
Таня задумалась о чем-то своем, девичьем - я ей не мешал... и вдруг опять этот рассматривающий взгляд:
- Иван, а ты не хотел бы на мне жениться?
- Нет, - машинально брякнул я, - сначала распишемся, потом поженимся.
И оцепенел.
- С тобой нельзя серьезно разговаривать, когда молчал - был серьезным, а сейчас, как мальчишка, - рассердилась моя радость. И это ей очень шло, да по мне, ей все шло. Ну и хреномудия, ведь мне в сумме пятьдесят четыре года, а я как вьюноша с горящим взором. Осталось только серенады петь. Ну уж нет, лучше кофе в постель.
- Я серьезно, завтра с утра идем подавать заявление в ЗАГС. Сегодня просто не успеем, - начал форсировать события я.
Она захохотала:
- Тебе кажется, что я могу передумать?
- Да. Я хочу решить этот вопрос бесповоротно. А для этого нам нужно срочно родить.
- Тебе, что ли родить? Давай, попробуй. А я уже на втором месяце и ты даже не заметил, что я не предохраняюсь.
- С тобой заметишь, ты как ураган - сносишь мне башку, - мои губы растягивались в глупой, но счастливой улыбке. - Но как ты решилась ведь...
- Молчи. Ты ведь не видишь себя со стороны. Даже моя мама сказала: "Тебе будет с ним очень тяжело, как и мне с твоим отцом. Учти это и терпи - Иван человек долга. Это личность, как и твой отец."
- Да ладно тебе. Она меня не разглядела. Я белый, пушистый, мягкий...
- Смешной и глупый...
А дальше была весна, так кажется говорят высоким слогом поэты.
Утром мы подали заявление в районный ЗАГС.
Ближе к знаменательному для детдома событию, мне на работу позвонил Степ Степыч:
- Иван, у меня в кабинете находится журналист из газеты "Известия".Он желает с тобой встретиться и переговорить о нашей статье.
- Без проблем. Передайте ему трубку.
- Здравствуйте Иван, меня зовут Валентин Алексеев, когда вы можете встретиться со мной?
- Дело срочное?
- Да, статья должна пойти в набор сразу после встречи или раньше, как редактор решит.
- Ваши предложения. Я на машине.
- Так подхватите меня у детского дома. Я отпустил дежурную редакционную машину.
- Выезжаю.
И пошел к начальству отпрашиваться с работы, обещая выйти в ночь.
Журналист был молодым парнем двадцати пяти лет и я было подумал, что в газете не серьезно отнеслись к статье, но все оказалось проще - все дело в авторстве. Парень должен был только подправить текст и все, а авторами была группа товарищей и я в их числе. Звали парня Валентин.
Мы решили поехать к нам домой, чего мотаться по кафешкам и там заняться работой над статьей. Саня уже пришел из школы и мы все вместе сели обедать, чем Бог послал. А послал он салат из свежей капусты, суп харчо (мосол из первого я всегда уступал Сане), гречневую кашу и компот из сухофруктов - брат серьезно относился к пище и вполне прилично научился готовить.
После обеда сели работать, все втроем и за три часа всю статью ровненько прогладили.
- Теперь давай напишем список авторов, - сказал Валентин.
- Зачем, автор один.
- Ты, что ли? - спросил Валентин.
Мы с ним сразу перешли на ты.
- Да нет - ты.
- Шутишь и шутки твои дурацкие.
- Как ты пишешь статью?
- Вот, вот - поучи еще меня.
А то парень оказался заводной - характер показывает.
- Хорошо, лучше расскажу, но с трудом. Первое, собираешь фактуру, материал - так эти письменные наброски и есть материал. Второе - проверяешь факты и ты уже обнюхал весь детдом. Третье - правишь и показываешь свой окончательный вариант "героям романа", так сказать. Дальше несешь редактору и здесь уже все от него зависит.
- Это царский подарок для меня. Здесь Тема, которая может вылиться в большую серию статей.
- Так тем более, это должно быть твоим - не нам же этим заниматься.
- А другие авторы? - поинтересовался он, как нормальный пацан.
- Писали трое, Иван и две женщины - литераторши. Остальные правили, - объяснил ему Саня.
- Верно, но Саня активно помогал. Он прибедняется, тем не менее нам быть авторами статьи - не по чину и профессии. Для меня все статьи и письма от трудящихся, по своей сути - безлики. А ты вот сразу ухватил суть и дух, поэтому рули. И будешь должен.
- Буду, я сам безотцовщина. Мама нас троих поднимала, - серьезно сказал он.
Через пару дней, ночью, он позвонил мне на работу и сказал, что статья ушла в набор, редакторская правка , была незначительна и только по форме. Зубры журналистики узнали кто будет автор статьи и возмутились на планерке, но редактор им сказал: "Вы же отказались от работы над статьей, а парень взял и статью, и джек-пот. Поэтому не хрен трындеть, хватит с вас репортажа". Это была новость, нет - Новость.
Посещение детдома Юрием Алексеевичем Гагариным прошла на уровне, на семейном уровне. Так бывает, когда в гости приходит родной и близкий человек, да еще с подарками...
Гостей встречали у входа в главный корпус, впереди важные персоны во главе с директором государственного учреждения Степ Степычем. Персонал располагался позади и я тоже затесался среди них. Так же присутствовали сотрудники девятки, репортеры с телекамерами, журналисты и ужас, не было никаких линеек, построений, традиционного хлеба соли. Торжество должно было проходить в актовом зале нового корпуса. Но, как только Гагарин вышел из машины из всех "щелей" на него ринулась орущая орда малышни, а за ними степенно шагали старшие ребята. Высокие лица поначалу опешили, а потом просто ржали, глядя, как мальцы стараются прикоснуться к Гагарину, дергают его за шинель, а самые резвые стараются на него забраться. Наши начальники растерялись и лишь телеоператоры лихорадочно снимали и снимали. В конце концов старшие воспитанники успокоили малых и все пошли в актовый зал. Планомерный регламент встречи был нарушен бесповоротно. А вот Гагарин был растроган и это было очень заметно.
Гости расселись в президиуме на виду у переполненного зала, люди стояли в проходах, сидели на подоконниках. Постепенно все успокоились и наступила тишина. На сцену вышел Миша, тот самый, кто прибежал к нам домой, когда случилась драка с приблатненными центровыми детдома:
- Дорогие гости! Мы живем нормально - где-то хуже, а где-то и лучше, чем в семьях. Но сегодня у нас праздник и уверен все будут нам завидовать. Пусть сегодня вы будете такими же, как мы - пионерами.
Девочки воспитанницы, выбежали на сцену и повязали всем пионерские галстуки. Гагарину повязала галстук самая младшая девочка. Потом Миша подошел к Юрию Алексеевичу и старательно прикрепил к его кителю значок-самодел: Плакатная Родина Мать и прижавшиеся к ее ногам мальчик и девочка, лиц которых не видно, аббревиатура детдома и номер один. Я конечно не наставлял ребят, но они сами ко мне пришли посоветоваться. И что говорить - я на это рассчитывал с самого начала. Значок был отлит из мельхиора покрыт красной эмалью и гравировкой на обратной стороне: Юрий Гагарин. Степ Степыч и Ко сидевшие до этого с каменными лицами отмякли, а дальше все пошло по наезженному протоколу - долго и нудно.
Куда интересней для всех стал осмотр инфраструктуры детдома, Гагарин и Павлов интересовались всем и старались во все вникнуть. Попутно завязывались разговоры и обмен мнениями с сопровождающими высоких гостей лицами. Я плелся, где-то сзади с одним (приказ Степ Степыча) из сотрудников 9-го управления и желал побыстрее смыться. Сотрудник это видел и втайне явно потешался, а за тем сказал:
- Тебе привет от майора Деменьтева.
- Что, уже майор, - от неожиданности ляпнул я.
- Служба, а был полковником. Скажи, кто устроил такой шабаш?
- Не поверите - сами ребята.
- Их старший подходил ко мне и рассказал, как все будет. И предупредил, что если мы будем мешать - будет только хуже. Решительный малый, хорошо, что со мной разговаривал, а мог серьезно нарваться. Ты с ним поговори. Так, что мы были готовы к такому повороту событий.
- Михаил, очень умный парень. Взрослый, самостоятельный человек. Но жизненного опыта...