Страница 93 из 141
Следствиями короткой Суэцкой войны стали дальнейший подъем национально-освободительного движения в странах Азии и Африки, рост популярности СССР в этих странах и ослабление позиций Англии и Франции в своих колониях и зависимых странах. Последним обстоятельством решили воспользоваться США.
Глава 28
ОТ «ДОКТРИНЫ ЭЙЗЕНХАУЭРА» ДО КРИЗИСА ВЕРЫ В АМЕРИКАНСКОЕ ПРЕВОСХОДСТВО
5 января 1957 года Д. Эйзенхауэр обратился к конгрессу с посланием, в котором говорилось о заинтересованности США в Ближнем и Среднем Востоке. «Этот регион, — утверждал президент, — всегда был перекрестком континентов Восточного полушария. Суэцкий канал дает возможность странам Азии и Европы вести торговлю, которая необходима, чтобы эти страны сохранили свою уравновешенную и процветающую экономику. Ближний Восток обеспечивает сообщение между Евразией и Африкой. Он содержит около 2/3 известных в настоящее время нефтяных запасов мира, и он обычно покрывает потребности в нефти многих государств Европы, Азии и Африки… Ближний Восток — это место рождения трех великих религий — мусульманской, христианской и иудейской… Было бы нестерпимым, если бы святые места Ближнего Востока должны подчиниться господству, которое прославляет атеистический материализм».
Соединив современные геополитические аргументы с требованиями, напоминавшими призывы крестоносцев Средневековья о защите «святых мест» от «неверных», Эйзенхауэр просил конгресс: 1) сотрудничать со странами Ближнего и Среднего Востока «в развитии экономической силы, посвященной сохранению национальной независимости»; 2) «проводить в этом регионе программы военной помощи и сотрудничества»; 3) использовать «Вооруженные силы Соединенных Штатов, чтобы обеспечить и защитить территориальную целостность и политическую независимость этих стран, запрашивающих помощь против открытой вооруженной агрессии со стороны любого государства, контролируемого международным коммунизмом».
Разъясняя смысл «доктрины Эйзенхауэра» с точки зрения войны против СССР, военный обозреватель X. Болдуин писал: «Глобальная система периферийной безопасности, которую создали США, предоставляет базы для стратегической воздушной силы, чтобы действовать вплотную к советской территории, и… окружают эту территорию». Средиземноморье, писал Болдуин, «обтекает сильные советские позиции в восточноевропейских странах и в Западной России. Военно-воздушные операции со средневосточных баз или с кораблей Шестого флота легко (без заправки горючим в воздухе) охватывают Дарданеллы, Кавказские нефтяные промыслы, черноморское звено военных установок и промышленный комплекс Дон — Волга — Южный Урал… В тотальной ядерной войне это преимущество может быть использовано только в течение нескольких коротких часов, но, возможно, они окажутся решающими. В ограниченной войне эта позиция дает так много стратегических выгод, что будут оправданны интенсивные усилия удержать и защитить ее… Доктрина Эйзенхауэра фактически означает, что наша граница находится ныне на Кавказе». Получалось, что крыло американского орла должно было далеко протянуться в Восточное полушарие и достичь Кавказских гор.
Однако эти амбициозные планы подчинения Ближнего Востока американским экспансионистским планам натолкнулись на сопротивление арабских народов. В марте 1957 года иорданское правительство Набулси расторгло договор с Англией 1948 года и потребовало эвакуировать английские базы. Англия и США стали готовить государственный переворот в Иордании. 6-й флот США приблизился к берегам Ливана, а затем в Бейруте был высажен десант американской морской пехоты. Министр обороны США заявил о намерении ввести американские войска в Иорданию, а командующий флотом угрожал применить атомное оружие против этой страны. В этих условиях король Иордании Хусейн в апреле 1957 г. разогнал правительство Набулси и распустил парламент страны. Многие сторонники Набулси были арестованы. Новое правительство Иордании заявило о принятии «доктрины Эйзенхауэра».
Одновременно развернулась подготовка к интервенции против Сирии. К началу октября Турция сконцентрировала 50 тысяч войск на турецко-сирийской границе, б-й флот был приведен в состояние боевой готовности. 31 октября 1957 г. начались «атомные учения» Вооруженных сил США и Турции в восточной части Средиземноморья. На совещании в Вашингоне 22–25 октября президент США Д. Эйзенхауэр и премьер-министр Великобритании Г. Макмиллан объявили об «угрозе» Турции со стороны Сирии и сообщили о готовности НАТО оказать вооруженную помощь Анкаре.
Стремясь защитить свою независимость, Сирия еще летом 1957 года обратилась за помощью к СССР, которая была оказана. В обстановке подготовки войны против Сирии 19 октября было опубликовано заявление ТАСС, в котором говорилось: «Нельзя не видеть, что нападение на Сирию и развязывание тем самым войны вблизи южных границ СССР затрагивает самым серьезным образом его безопасность. Ни у кого не должно быть сомнения в том, что в случае нападения на Сирию Советский Союз, руководствуясь целями и принципами Устава ООН и интересами своей безопасности, примет все необходимые меры к тому, чтобы оказать помощь жертве агрессии».
Предупреждение СССР возымело свое действие и обстановка вокруг Сирии стала разряжаться. К заявлениям Москвы стали внимательнее прислушиваться в Вашингтоне после запуска первого в мире советского спутника Земли 4 октября 1957 года. Помимо научного значения этого события, оно означало, что Советский Союз стал обладателем межконтинентальной ракеты, способной донести боевой заряд до Америки. Сенатор Джексон заявил, что запуск советского спутника — «это сокрушающий удар по престижу США как лидера в мировой науке». Сенатор Саймингтон говорил о «новом свидетельстве возрастающего превосходства коммунистов в важнейшей области управляемых снарядов».
Запуск первого, а затем (3 ноября) второго советского спутника Земли (с собакой Лайкой на борту), по словам американского историка Р. Стеббинса, «вызвал серьезные сомнения относительно адекватности военных, политических и экономических приготовлений, на которые западные державы до сих пор полагались». Бывший министр авиации Т. Финлеттер писал: «Я не знаю ни одно событие со времен русской революции 1917 года, которое бы настолько изменило к худшему безопасность и позиции силы нашей страны». Американские правящие круги считали необходимым еще более форсировать гонку вооружений. Вице-президент Р. Никсон говорил: «Мы получили суровое и своеобразное напоминание той истины, которую мы никогда не должны упускать из виду, что Советский Союз развил научный и промышленный потенциал огромного масштаба… Давайте же решим раз и навсегда, что абсолютная необходимость поддержания нашего превосходства в военной силе неизменно должна иметь приоритет над вполне понятным желанием сократить наши налоги».
9 января 1958 года, выступая с ежегодным посланием Конгрессу США, президент Д. Эйзенхауэр, признав отставание от СССР в освоении космоса, заявил, что Советский Союз ведет против США «всеобщую холодную войну», и призвал: «Ответной реакцией Конгресса и американского народа должны стать усилия, направленные на то, чтобы это время испытаний обернулось для них временем чести и достоинства». Конгресс США охотно выделял новые средства для создания ракет и запусков искусственных спутников, чтобы наверстать качественное отставание от СССР.
Не желая признать подлинные причины отставания Америки, ультраправые объясняли советские успехи происками скрытых агентов Кремля в правительстве. Члены «Общества Джона Бёрча» обвиняли даже братьев Даллесов в пособничестве мировому коммунизму и уверяли, что президент Д. Эйзенхауэр является тайным членом компартии США. Следствием недовольства правительством Эйзенхауэра явилось сокрушительное поражение республиканской партии на выборах в конгресс в ноябре 1958 года. Демократическая партия и ее лидеры уверяли избирателей, что они смогут лучше противостоять «советскому вызову» и для этого настаивали на дальнейшем наращивании вооружений.