Страница 9 из 66
Она снова стала ходить на охоту, приносила из леса целебные травы и брусничный лист, чтобы заваривать вместо чая — было ясно, что и эту зиму придется провести на ранчо, и хотелось сделать жизнь хоть немного комфортнее.
О том, что в ноябре ей предстоит рожать, Лесли старалась не думать, уж очень страшно становилось. Утешала себя мыслью, что к тому времени Джерико уже вернется — конечно, он не врач, но если он будет рядом, будет легче.
Но сначала, неожиданно для всех, родила Ала.
Когда однажды утром собака отказалась вылезать из-под кровати, Лесли испугалась — не заболела ли?! Нагнулась, заглянула — Ала лежала на меховой куртке Джерико, а рядом с ней — три крошечных белолапых щенка.
У остальных обитателей ранчо это событие вызвало куда меньше радости, чем у нее.
— Одного оставим, остальных надо утопить, — безапелляционно отрезал Пит.
— Да нет, ты что! — вмешалась Кара. — Это же мясо! Мы во Фриско их ели — собачатина куда вкуснее крысы!
Лесли уже колотило от злости. Достав десантный нож, она положила его перед собой.
— Щенки мои, и их никто тронет! — взглянула на Пита. — Посмей только руку к ним протянуть, я тебе этим самым ножом уши отрежу! И всех остальных это, кстати, тоже касается.
— Что-то ты больно раскомандовалась! — примирительно сказал Брэди. — Посмотрим, что Джерико скажет.
— Посмотрим.
То ли ребята поверили, что она выполнит свое обещание, то ли еще что, но больше разговоров о том, что щенят надо утопить или съесть, не возникало.
Они подросли, начали ходить и смешно тоненько потявкивали, играя. А Лесли… ей как-то полегчало, мучавший при мысли о предстоящих родах страх немного отпустил: у Алы же получилось! Может, и слабое утешение, но лучше, чем никакого…
Октябрь близился к концу, со дня на день должен был вернуться Джерико с ребятами.
Но первыми пришли не они.
Когда вдалеке послышалось тарахтение мотора, Лесли не сразу поняла, что это — ранчо находилось на отшибе, и посторонних людей за весь год она не видела ни разу. Но Пит, выскочив во двор, тут же велел всем идти в дом. К тому времени, как к воротам подъехал грузовик, двери были уже заперты, ставни закрыты.
Грузовик остановился у калитки, выпустив из торчащей над кабиной трубы облако черного дыма. Из кузова вылезли несколько мужчин, оборванных и небритых, и по-хозяйски разбрелись по двору. Когда двое из них направились к крыльцу, Пит сквозь щель между ставнями выстрелил им под ноги и рявкнул, чтобы они убирались.
— Да нам только воды набрать! — подняв руки, сказал один из пришельцев.
— Набирайте и мотайте отсюда!
Мужчины вытянули из колодца ведро воды, напились, остатки перелили в канистру. Больше задерживаться не стали, и вскоре грузовик, тарахтя и дымя, скрылся за горизонтом.
Выйдя на крыльцо, Пит посмотрел им вслед, после чего велел девушкам натаскать в дом воды и наполнить все ведра, кастрюли и фляги. Обернулся к Лесли:
— Забери сегодня на ночь собак в дом, — последний месяц Ала со щенками ночевала в дровяном сарае, где Лесли отгородила ей нечто вроде будки.
Сам вместе с Брэди обошел дом, методично заколачивая ставни досками крест-накрест; забили они и заднюю дверь, вытащили в коридор и приставили к ней массивный буфет. И без расспросов было видно, что ребята готовятся к обороне.
Пит принес из своей комнаты «арсенал» — штук десять автоматов и винтовок — кинул на пол, и они с Брэди принялись чистить их, проверять и заряжать, выкладывая готовые на стол. Оторвался он от своего занятия лишь чтобы приказать:
— Сегодня ночью по комнатам не расходимся, ночуем здесь.
Девушки, сгрудившись в уголке у плиты, тихо испуганно переговаривались.
Лесли подошла к столу; придерживая одной рукой живот, нагнулась и вытащила из лежавшей на полу кучи автомат. Передернула затвор — Пит смерил ее взглядом, но не удивился, сказал только:
— Стреляй короткими очередями. У нас патронов не слишком много.
Напали на них на рассвете. Сидя на полу, прислонившись к стене и прижав к себе Алу, Лесли дремала, как вдруг собака вырвалась из ее рук и метнулась ко входной двери. Залаяла — громко и тревожно, ей нестройным хором ответили запертые наверху щенки.
Через секунду дверь содрогнулась от сильного удара, почти одновременно раздался грохот и у задней.
Вскочив, Пит пустил короткую очередь в дверь, расчертив ее полосой светлых точек. Из-за двери раздался крик и тут же смолк.
— Брэди, иди на второй этаж, — приказал Пит; кивнул Лесли: — Твоя сторона — левая. Кого увидишь — стреляй! И не стой прямо против окна, пуля может пробить ставни, — сам, с винтовкой в руках, встал рядом с небольшим оконцем у двери — слишком маленькое, чтобы в него мог проникнуть человек, оно не закрывалось ставней.
Присев под окном, сквозь щель между ставнями Лесли вглядывалась во двор. Но там никого не было.
Минута… другая…
— Может, они уже ушли? — шепотом спросила она.
— Нет. Смотри за окном.
Казалось, время тянется бесконечно. Лесли уже устала сидеть на корточках и хотела встать, когда сверху внезапно раздалась автоматная очередь, в ответ — два выстрела с улицы. С задней стороны дома снова послышался грохот.
Из-за колодца выскочили двое мужчин, рванулись к крыльцу — высунув дуло между ставнями, Лесли встретила их очередью. Один упал и остался лежать, второй, пригнувшись, бросился обратно к колодцу.
— Ну как? — спросил сзади Пит.
— Одного, кажется, убила. Второй за колодцем прячется.
— Не зевай, скоро снова полезут!
Перестрелка продолжалась долго. Несколько выстрелов с одной стороны, несколько с другой и затишье. Снова два-три выстрела — и опять тишина.
Что было нужно этим оборванцам? Еду? Женщин? Пристанище на зиму? Наверное, и то, и другое, и третье, потому что поджечь дом они не пытались, только стреляли да колотили в заднюю дверь чем-то тяжелым — хотели выбить ее, не зная про буфет. К передней двери им было не подобраться — Пит простреливал все подходы к крыльцу.
У Лесли был свой противник — тот, что прятался за колодцем. Порой он на секунду высовывался и стрелял; ставня, за которой она укрывалась, уже была в нескольких местах пробита пулями. Она отвечала одиночными выстрелами, пытаясь подловить момент, когда он снова покажется.
Когда через ограду перескочил еще один мужчина, она не успела среагировать — выстрелила, но он уже откатился за колодец.
Грохот, звон стекла, автоматная очередь где-то наверху — и, заглушая все, истошный крик Пита:
— Сволочи! Ставни разбили! Лесли, иди… — вместо продолжения фразы послышались выстрелы.
Она хотела обернуться, посмотреть, в чем дело, но в этот момент, выскочив из-за колодца, ее противники огромными прыжками понеслись к дому. Лесли нажала гашетку — короткая очередь, передний из бегущих переломился в поясе, рухнул… и автомат в ее руках затих.
Отшвырнув в сторону пустой магазин, она бросилась к столу и схватила новый.
Дальше все произошло одновременно — в ставню за ее спиной что-то оглушительно грохнуло, раздался истошный визг девчонок, а прямо перед ней из коридора выбежал всклокоченный бородатый мужчина. На миг замер, привыкая к темноте, револьвер в его руке уже качнулся к спине Пита, но выстрелить не успел — бросившись на него сбоку, Лесли по рукоять вогнала ему под ребра нож.
На пол они упали вместе.
Над головой снова загремели выстрелы, но для нее все исчезло, кроме единственной мысли: «Больно… живот… мама, как больно!..» С нею Лесли и провалилась в беспамятство.
Из нападавших погибло пять человек — в том числе те двое, что, разбив ставни в комнате, проникли в дом. Первого убила Лесли, второго застрелил Пит. Остальные шестеро ушли; один был ранен — его несли на руках. Брэди сверху видел, как они поспешно отходили к лесу, но стрелять не стал — у него осталось мало патронов.