Зараза (ЛП)

Она качает головой.

- Не знаю. Действительно ли я достойна лучшего? Есть ли что-то лучше, чем это? Мы росли, наблюдая, как лучшие из нас становятся мошенниками и обманщиками. Мы каждый день слышим о том, как ложь разрушает браки. И какой выход из этого всего? Одиночество?

Нет. Я. Я твой выход.

Но это будет очередная ложь, понимаю я. Ложь, которая сделает меня таким же дерьмом, что и Эван. Причинять боль женщине - вот что по-настоящему дерьмово.

- Счастье, - отвечаю я вместо этого. - Дружба. Свобода.

- Ха, свобода, - смеется она. – О какой свободе может идти речь, если папарацци поджидают нас за каждым углом?

- Меня нет, - заявляю я, как ни в чем не бывало.

- Ага, это потому что ты родом не из Верхнего Ист-Сайда. У тебя, наверно, было нормальное детство с родителями, которые не оставляли тебя на воспитание няням, и с друзьями, которым нравился ты, а не те, с кем ты можешь их познакомить.

- Я бы не был так уверен, - бормочу я, закатывая глаза.

- Да? Тогда как ты не сошел с ума от всего этого? Как тебе удалось избежать чрезмерного внимания прессы, бесконечной лжи и притворства?

- Обстоятельства так сложились.

Мы оба молча возвращаемся к поеданию мороженого, зачерпывая по очереди мятное лакомство с шоколадной крошкой. Я не хочу ничего объяснять, а ей и не нужны мои объяснения. Нам обоим комфортно в этой иллюзии спокойствия и безопасности, когда нет камер, снимающих тебя исподтишка, нет таблоидов, жаждущих заполучить очередную сенсацию.

- Хорошо, что произведет на тебя большее впечатление – если девушка на первом свидании закажет салат или если она закажет сочный бургер?

Я поднимаю бровь, в который раз поражаясь её непредсказуемости.

- Хмм?

- Салат или бургер? Какой девушке ты отдашь предпочтение? – говорит она, прежде чем отправить в рот полную ложку мороженого. Я пристально наблюдаю за тем, как она дочиста облизывает её, слишком увлеченный процессом, чтобы хотя бы попытаться ответить на ее вопрос. Элли замечает мой взгляд и откладывает ложку, на её губах появляется озорная улыбка.

- Сосредоточься, Дрейк. Ответь на вопрос или я буду вынуждена обчистить твой тайник с мороженым и съесть все в одиночку, заперевшись в своей комнате.

Я выхожу из состояния транса и пожимаю плечами.

- А чего ты ожидала? Я всего лишь человек.

- Этот внезапный приступ СДВ (прим. СДВ - синдром недостатка внимания) никак не связан с твоей человеческой природой, всему виной то, что ты мужчина. Так что умерь свой тестостерон и ответь на чертов вопрос.

- Ладно, ладно, - я наклоняю голову, обдумывая ответ. - Я бы выбрал девушку с бургером.

- Девушку с бургером? Даже несмотря на то, что от неё воняет потом и пережаренной мясной тушей?

- Нет, нет, - смеюсь я, качая головой. - Потому что она не боится быть такой, какая она есть.

Её брови удивленно ползут вверх.

- Какой? Жирной?

- Нет, Элли, - говорю я, улыбаясь. - Настоящей. Она не боится показать мне, кто она на самом деле.

- Интересно, - замечает она, постукивая ложкой по губам. - Особенно, учитывая то, что заставить тебя показать, кто ты на самом деле, так же сложно, как вырвать зуб.

Я смотрю по сторонам, словно она имеет в виду кого-то еще.

- Эмм, ну вообще-то, сейчас ты у меня дома. И мы практически обменялись слюной друг с другом, когда ели мороженое. Ты даже вещи мои одевала!

- Но ты такой закрытый! Ты как стальной сейф, который я пытаюсь взломать мясным молоточком.

- Ты сегодня странно одержима мясом, - шучу я, пытаясь перестать улыбаться.

- Ох, мечтай-мечтай, приятель, - парирует она и даже не понимает, насколько близка к истине. Или понимает?

Элли опирается локтями о столешницу и со вздохом кладет подбородок на ладони. – Ладно, не важно. Все это не имеет значения. Потому что ты гнусный лжец.

- Ой, - меня передергивает.

- Ты бы определенно выбрал девушку с салатом. Да-да, ты бы выбрал ее, привел к себе домой, и играл бы на её ребрах как на ксилофоне.

Настает моя очередь истерически смеяться.

- Черт возьми, нет! Только не это!

- Все парни выбрали бы девушку с салатом. Это неопровержимый факт, - уверено заключает она. – Никто не любит бургер-девочек.

Что не так с этой девушкой? Она такая классная, милая и забавная, и просто... настоящая. Она моя бургер-девочка. Все остальные для меня, как салат - холодные и пустые.

Мы доедаем остатки мороженого и перебираемся в гостиную к телевизору. Элли хватает пульт и тут же включает старый эпизод «Друзей» на канале Nick-At-Night. Тот самый, где Моника и Чендлер женятся.

- Люблю этих ребят, - говорит она, садясь рядом со мной. Я кладу руку на спинку дивана позади неё (даже не начинайте), и она прижимается ко мне еще ближе. Срань Господня. Только не заводись, только не заводись, только не заводись…

- Да? Почему? - спрашиваю я, пытаясь отвлечься.

- Ну... они самые настоящие лучшие-друзья-навсегда. Шесть друзей, которые вместе преодолевают все жизненные этапы, от несчастий и неудач до любви, романтики и дружбы. Я обожаю все, что с ними связано.

Росс угрожает надрать Чендлеру задницу и Элли хихикает. Я улыбаюсь, глядя, как она, не отрываясь, смотрит на экран. Её лицо сияет от нежности. Это как наблюдать за неземным существом, столь прекрасным и экзотическим, что невозможно оторвать взгляд. Ты не двигаешься, и даже не моргаешь, боясь спугнуть его.

- Я скучаю по этому, - говорит она, вздыхая, когда Моника на экране идет к алтарю. Я понимаю, о чем она, и что-то сжимается в моей груди. Я хочу отстраниться и позволить ей насладиться воспоминаниями в одиночестве, но Элли продолжает, - Я говорю не о свадьбе. Я скучаю по чувству духовной близости с кем-то. Знать, что у тебя есть друзья, которые всегда будут рядом, несмотря на все твои взлеты и падения. Мне не хватает этого.

Я пожимаю плечами. Почувствовав, как поднялась и опустилась моя грудная клетка, Элли, нахмурившись, смотрит на меня.

- Ты разве не скучаешь?

- У меня никогда этого не было.

- Да ладно. Никаких старых друзей из Академии Дентона, с которыми вы все вокруг переворачивали вверх дном? Если память мне не изменяет, ребята из Дентона всегда имели соответствующую репутацию.

Я качаю головой, улыбаясь. О да, я то переворачивал. Еще как. Черт, я был легендой. Но она этого никогда не узнает.

- У меня не было таких друзей. И сейчас нет, - говорю я ей.

Элли находит мою руку и крепко сжимает. Её глаза сияют, словно она только что нашла новенький блестящий пенни.

- Ну... у тебя есть я. Я ведь твой друг, правильно?

Друг. Друг.

Это то, кто я для неё? Только друг и ничего больше?

Я должен был стать её учителем, советчиком, наставником.

Но потом… потом мне захотелось быть кем-то еще. Другом. Но в глубине души я понимал, что хочу большего.

Я хотел стать ее любовником.

Да, любовником. Любовником этой замужней женщины. Пускай это чертовски эгоистично, но это то, чего я хочу. И даже зная, что моим мечтам не суждено стать явью, я все равно безумно желал её. Мне хотелось схватить чайную ложку, вырезать своё сердце и сжечь его. Проще покончить со всем этим до того, как эта женщина, похожая на маленькую голубку, уничтожит меня.

- Да, мы друзья. - Это все, что я могу сказать ей, не выдавая своих чувств. Я не хочу больше думать о том, что могло или должно было случиться.

Я сжимаю ее руку и переключаю свое внимание на экран телевизора. Джо командует, говоря Монике и Чендлеру поцеловаться еще раз. Я смеюсь. Потому что это именно то, чего они хотят.

ЗАВИСИМОСТЬ

СЕКС, ОБМАН, ВИДЕО И СЛУХИ О БЕРЕМЕННОСТИ?

Светский тусовщик из элиты Верхнего Ист-Сайда Эван Карр вчера был замечен на выходе из уединенной клиники в Хобокене с женщиной. Одетый крайне скромно, он пытался спрятаться за бейсболкой и темными очками. Женщина также выглядела довольно непримечательно, но в ней легко можно узнать партнершу Эвана по секс-видео, появившемуся в сети неделю назад.