Страница 80 из 82
Все сомнения прояснились, когда в зале, отгороженном от окружающего мира, от бурлящего мегаполиса несколькими рубежами охраны, появился еще один человек. Шаркающей походкой, стараясь держаться прямо, император Акихито вошел в просторное помещение, и все, кто только что устроился поудобнее в кожаных креслах, вскочили, как первоклашки при появлении учителя, низко поклонившись и выдохнув разом:
— Банзай!
Микадо, лидер японской нации, наделенный священной властью самой великой богиней Аматэрасу, прошел к пустующему месту, и, опускаясь в кресло, жестом приказал садиться так и стоявшим навытяжку министрам. Экстренное совещание правительства началось.
— Господа, — произнес император, обводя взглядом собравшихся министров. — Господа, наша страна в опасности. События последних недель сделали всех нас, каждого японца, заложниками американской политики. Американцы использовали нашу территорию, как плацдарм для вторжения в Россию, и только чудом русские не ответили ударом по нам, как это случилось в Эстонии. В Вашингтоне уже давно не считают нас за людей – мы для них разменные фигуры, не более. Но наша страна вынуждена подчиняться воле Америки, ведь иначе нас лишат доступа к природным ресурсам, прежде всего, к нефти. И тогда Япония погибнет.
Император говорил размеренно, негромко, но в оглушающей тишине, воцарившейся в зале, каждое его слово звучало набатом. Министры, неподвижно застывшее за столом, видели перед собой не номинальную фигуру, дань традиции, а правителя. Память десятков поколений славных предков, настоящих самураев, верой и правдой служивших Империи, жила в их крови, заставляя прислушиваться к речи седого, но крепкого старика.
— Мы вынуждены закупать нефть в арабских странах – Саудовской Аравии, Объединенных Арабских Эмиратах, а также в Иране, — произнес министр энергетики, когда взгляд императора коснулся его. — Раньше что-то мы получали из Китая, но китайцам теперь самим не хватает собственной нефти. В арабских же странах сильно присутствие американцев. Развернув свой флот в Персидском заливе, они полностью контролируют все перевозки, и могут перехватывать все танкеры, идущие в наши порты. Отныне мы живем с ножом у горла – или с приставленным к виску пистолетом, целиком завися от воли Вашингтона.
— Американцы никогда не считали нас за людей, — зло воскликнул премьер-министр, скривив лицо, точно от внезапной зубной боли. — До сорок пятого года Япония была настоящей империей, сильной, самостоятельной. Но поражение в войне изменило многое. Нам запрещено было соблюдать обычаи предков, запрещено иметь армию, чтоб хотя бы защитить свои дома! Мы приняли вместо заветов своих дедов и прадедов конституцию, написанную американцами! Русские отобрали у нас землю, отняли Курилы и Сахалин, американцы же лишил наш народ чести!
— Япония должна снова стать великой державой, владычицей Тихого океана, — оборвал министра император Акихито. — Но для того, чтобы претендовать на большее, чем мы имеем сейчас, нужны ресурсы, доступ к ним, которого нас нельзя будет лишить, отправив на судоходные пути пару эскадренных миноносцев! Чтобы плыли по морям наши корабли, чтобы взлетели в воздух самолеты, нужно топливо, нужна нефть. Ее нам готовы были продавать русские – они все, что имеют, готовы продать, не думая о собственном будущем. Русская нефть – рядом, на Сахалине, на земле, политой кровью японцев, несправедливо отобранной у нас.
— Русскую нефть хотят сделать своей собственной американцы, — заметил чуть остывший глава правительства Японии. — И они не станут делиться!
— Мы были готовы забрать ее у самих русских – вместе с островами, нашими островами! Господин Кавамото, ведь такие планы существовали и существуют?
Император взглянул на командующего Силами самообороны Японии – под такой вывеской больше полувека скрывалась бывшая императорская армия. И тот, единственный из присутствовавших, кто явился на совещание в военной форме, ответил быстро и четко:
— Был подготовлен план комбинированной воздушно-наземной наступательной операции, имеющей целью захват Сахалина и Курильских островов. Предусматривался авиационный улар по материковой части России, базам авиации и флота. Уничтожив русские самолеты на земле, мы обеспечили бы себе кратковременное господство в воздухе, а пустив на дно хотя бы часть русских кораблей, овладели бы и морем. После этого на Сахалине должно было высадиться до пехотной дивизии, а на Курилах – воздушно-десантная бригада. Прежде, чем русские привели бы в боевую готовность свои войска, размещенные в Сибири и на Дальнем востоке, мы укрепились бы на островах, поставив противника перед необходимостью штурма, неизбежно приведшего бы к значительным потерям атакующих. Москва бы вынуждена была выбрать один из двух вариантов – контрудар с применением ядерного оружия, или же разрешение кризиса дипломатическим путем. Так уже было почти век назад, в девятьсот пятом году. Пока русские генералы отмобилизовали армию, перебросили на восток войска из европейской части страны, их царь после нескольких поражений, нанесенных нами, утратил веру в собственную страну, согласившись на невыгодный мир при посредничестве Запад. Это вполне могло бы повториться. В конечном итоге, для русских нефть Сахалина – пустяк по сравнению с тем, что скрывает их бескрайняя Сибирь, для нас же – это глоток воды посреди раскаленной пустыни. Мы будем сражаться ради своего будущего, не жалея ничего, а вот русские… я могу позволить себе усомниться в их готовности к смерти.
— И этот план был выполним? Россия – могучая страна с сильной армией!
Иной мог бы испугаться смелости мыслей командующего японскими вооруженными силами. Напасть на Россию – ядерную державу с огромной территорией, огромной армией, огромным населением, как же так, как можно решиться на такое, как можно готовиться к этом всерьез? Но микадо не чувствовал волнения – его предки раз уже одержали победу над русскими варварами, и сейчас он вполне мог повторить успех. У русских много земли, верно – но почти некому жить на ней, и японцы, задыхающиеся в пыльных мегаполисах, это знают. Население России почти такое же, как самой Японии, но расселено редко, а многие земли вообще остаются безлюдными. Ну а армия… Японские силы Самообороны оснащены лучшим оружием отечественного и иностранного производства, причем доля импортных образцов ничтожно мала – зенитные ракеты "Пэтриот", истребители "Игл", вертолеты "Кобра", причем производимые здесь, на островах, по американской лицензии, но отнюдь не закупаемые в готовом виде. Оружие русских тоже хорошее, с этим нельзя спорить, но не оружие, а храбрость и решимость того, кто держит это оружие в руках, решают исход сражения.
Император Японии был уверен, что его подданные, потомки бесстрашных самураев, не подведут, сражаясь за микадо и свою страну, за будущее своих детей, которым можно подарить сейчас огромные просторы, полные всевозможных богатств, словно специально собранных здесь для процветания японской нации. Не сомневался в этом и генерал Кавамото, ответивший на прозвучавший в тиши кабинета вопрос своего императора решительно и уверенно:
— Ваше величество, Силы самообороны вполне способны были решить такую задачу! На море мы полностью превосходили флот русских. Мы имели сорок шесть эскадренных миноносцев, еще девять фрегатов, одиннадцать субмарин против русского Тихоокеанского флота – двух крейсеров, восьми эсминцев и шести фрегатов. Только по числу подводных лодок русские нас превосходили – у них было не меньше двух десятков в строю, большая часть – атомные. В воздухе – примерно та же картина, против почти трехсот наших истребителей русские имели порядка сотни "Сухих" и "Мигов". Россия сильна, у нее много кораблей, самолетов, но русская армия вынуждена защищать огромную территорию, мы же все свои силы способны быстро собрать в один могучий кулак, нанеся молниеносный и сокрушительный удар. Но сейчас это соотношение сил не имеет значения. Русского флота больше не существует – корабли и подлодки в лучшем случае стоят в своих базах под охраной американских морских пехотинцев, оставленные экипажами, а в худшем уже ржавеют на дне морском. Весь Дальний Восток русских сейчас беззащитен!