Страница 79 из 81
Иван III для своего времени был образованным человеком. Припомнив его походы к Новгороду, можно предположить, что Иван Васильевич знал великую тайну стратегии: сосредоточенное для удара войско, изготовленное к бою, для противника обычно страшнее войска, введенного в бой, так как неизвестна его боевая сила. Бой же, битва изобилуют случайностями, в которых может раствориться истинная сила.
Знал Иван Васильевич и еще один стратегический закон войны. Затеявший агрессию только тогда имеет успех, когда она начинается с удач в первых сражениях. Агрессор не вправе выжидать, наступление его должно быть непрерывным. Уже то, что Ахмат остановился на Угре, не решаясь начать битву, было его поражением.
Ничем: ни вооружением, ни численностью полков — не измерить морально-нравственное состояние войска. Если заколебался военачальник, то, стало быть, он увидел колебания и в своем войске. Если бы каждый ордынский воин, если бы ордынские воины во всей своей массе были уверены в победе, хан Ахмат не удержал бы их от переправы через Угру и битва развернулась бы и помимо ханской воли.
Не ударил в первый день, во второй, третий, не ударил в течение месяца. Можно быть уверенным, что так и уйдет восвояси, ибо время работало на Москву.
Началось вторжение Менгли-Гирея в Подолию, Казимир оказался обезоруженным. Разгорелся киевский мятеж, Казимиру стало не до Москвы. А тут братья, видя бессилие Ахмата, пришли бить челом великому князю, выпрашивая для себя волости и уделы. Волости можно было дать…
Ахмат грозился начать наступление, когда лед скует Угру. 26 октября Угра встала. Но Ахмат не поспешил переходить ее по льду.
Горячие головы призывали Ивана Васильевича к наступлению. Тогда он совершил необычный маневр, который привел к самому необычному в истории военного искусства результату. Он дал приказ войску отойти от Угры к Боровску. Цель ясна: не дать повода начать дело с Ордой, которая уже была готова к отступлению.
11 ноября хан Ахмат, несмотря на то, что все переправы через Угру были открыты, повернул прочь. Кинулся в бег через литовские волости, грабя земли своего союзника Казимира.
Где-то на зимовье в устье Северного Донца Иван Васильевич настиг его чужими руками. Не без его воздействия хан Шибанской или Тюменской орды Ивак с ногаями встретил Ахмата на зимовке и 6 января отрубил ему голову и отправил ее великому князю в доказательство, что его враг повержен. Иван Васильевич приветливо встретил послов Ивака, одарил их, одарил хана.
Большой Орде осталось существовать недолго…
11 ноября 1480 года, день ухода хана Ахмата с берегов Угры, принято считать днем полного освобождения Русской земли и русского народа от ордынского ига, от какой-либо зависимости от ханов Большой, или Золотой, Орды.
Собственно говоря, смертельный удар Золотая Орда получила на Куликовом поле. После куликовской победы в том объеме, в каком она была установлена со времен Батыя, власть Золотой Орды над Русью уже не возобновлялась. Короткая реконкиста Тохтамыша ничего не изменила. Русь стремительно, год от года рвала путы.
Золотая Орда после куликовского поражения все в большей мере должна была считаться с фактом сосуществования двух набиравших силу государственных образований: Польско-Литовского королевства и Великого Владимирского и Московского княжения. Разбитая на отдельные улусы, Ордынская держава не представляла прежней угрозы, хотя от вмешательства в политическую жизнь восточноевропейских государств не отказывалась.
Обезопасив себя в какой-то мере со стороны Поволжья служилыми татарскими царевичами, покончив с крамольниками в Великом Новгороде, нейтрализовав на какое-то время Рим своим браком с Софьей Палеолог, использовав антикоролевские настроения в Среднем Поднепровье, заключив военный союз с Менгли-Гиреем, Иван Васильевич изолировал Большую Орду. И Большая Орда, теперь уже эфемерное государственное объединение разнодействующих сил, рухнула без пушечного грома.
Казимир еще некоторое время пытался гальванизировать эту силу, пересылаясь с сыновьями хана Ахмата, но попытки ни к чему не привели. В ответ лишь нарастали для Польско-Литовского государства неприятности от Крымского ханства, поддерживаемого Иваном Васильевичем.
Орда строила свое вековое господство, разжигая вражду между русскими князьями, Иван Васильевич доканчивал разрушение Большой Орды руками крымских ханов.
Последние два десятилетия XV века отмечены постепенным изменением в расстановке сил в Восточной Европе. Москва сумела извлеч максимальные выгоды из этого изменения. Именно в эти годы определилось преобладание Московской Руси над Польско-Литовским государством и над Золотой Ордой.
После гибели Ахмата Золотая Орда некоторое время оставалась сравнительно большим государством, точнее, за ней удерживалась огромная территория. Отвоевать ее у сыновей Ахмата было не так-то легко, но и у них не было сил реально воздействовать на восточноевропейскую политику.
Казимир IV все еще искал в Орде поддержку против усиления Московской Руси, но надежды были тщетными. Иван Васильевич держал прочно союз с Крымом, рассекая этим союзом антирусский фронт польского короля и Ахматовичей.
В 1484 году Ахматовичи попытались вторгнуться в пределы Крымского ханства. На помощь Менгли-Гирею пришел турецкий султан. Иван Васильевич направил против Ахматовичей татарские отряды под командованием Нур-Девлета, брата Менгли-Гирея.
В ответ на диверсию Ахматовичей Менгли-Гирей открыл военные действия против Казимира. Вражда с Московской Русью дорого стоила Польско-Литовскому государству. Казимир искал союзников, чтоб отразить набеги крымского хана, но европейским государям в это время было не до польских феодалов. Турецкий султан Баязет II перешел Дунай и с помощью отрядов Менгли-Гирея захватил Килию и Белгород-Днестровский. Турецкие корабли бороздили Средиземное море.
Римская курия пыталась создать антитурецкую коалицию из католических королей. Были предприняты попытки втянуть в эту коалицию и Москву. Священная Римская империя во главе с императором Фридрихом III из дома Габсбургов, венгерский король Корвин, Казимир из дома Ягеллонов и Иван Васильевич. Слишком разными они были людьми даже по характеру, не говоря уже о несовместимости их политических целей.
Римская курия, дабы поднять Москву на султана, готова была увенчать голову Ивана Васильевича императорской короной. Но Казимир и Фридрих 111 не хотели победы над Турцией ценой превращения Московской Руси в империю. Однако Польша, Чехия и Венгрия, несмотря на все усилия Ягеллонов, не объединились. Идея польско-венгерско-чешской унии устраивала Краков, но венгерские и чешские феодалы страшились усиления польских феодалов. Неудивительно, что в противовес Кракову сначала правитель Венгрии Матвей Корвин, а потом и Габсбурги выдвинули свои планы создания обширного многонационального государства в Центральной Европе. В этих условиях Габсбурги увидели больший для себя смысл в постепенном сближении с Москвой.
Не имея возможности ослабить какими-либо внешнеполитическими действиями Москву, Казимир последние годы своей жизни употребил на создание польским феодалам перевеса над литовскими и русскими. Участились совместные заседания коронного сената с литовской радой, а в 1501 году польский сенат и литовская рада слились воедино, была провозглашена общность политических задач, создано общее войско, началась чеканка общей монеты. Несколько ранее, в 1478 году, Казимир вынудил литовских феодалов присягнуть своему сыну Александру как наследнику великокняжеского стола в Литве.