Страница 99 из 179
– Глава первая! Любой человек, гуманоид или гуманид, вступающий в состав Координаторов, должен отказаться от всякой расовой принадлежности. Его решения должны приниматься только в высших интересах Лиги, отбрасывая всякие родственные связи, предпочтения или содружества, которые могли бы на них повлиять…
– Знаю, знаю, все знаю! Три часа в неделю космическая этика с восемнадцати до двадцати одного года! Вспомни-ка лучше, что на экзаменах я был первым, а ты – всего лишь номер второй. К тому же ты сейчас в том же положении, что и я!
– Статья 12-я: когда конфликт или угроза конфликта касаются двух различных рас, он должен быть урегулирован двумя координаторами, как можно более приближенными по типу к этим расам. Решение должно быть принято единогласно. В случае если единогласие не будет достигнуто, окончательное решение примет Верховный совет Лиги.
– Все, я сдаюсь! Посмотри лучше на город!
Город возвышался на конце полуострова, и на первый взгляд Акки решил, что его население составляло примерно 50 000 жителей. В том месте, где полуостров соединялся с равниной, на холме с крутыми склонами стоял замок, живо напоминавший средневековые укрепления. Над вершиной самой высокой башни развевалось на ветру знамя – красное с золотом.
– Странное сооружение, и надо полагать, оно соответствует не менее странному общественному строю. Эти детские фортификации, видимо, подтверждают твои мысли, что моя раса здесь растеряла все и деградировала. Разве что… О, смотри! Этот замок сам по себе целый город! В нем могут укрыться в случае беды по крайней мере тысяча или даже две тысячи человек!
Крепостная стена в действительности окружала целый квартал домов с хорошо распланированными улицами, по которым передвигались крохотные черные точки. Казалось, никто не замечал летающий аппарат. Внезапно Акки заложил резкий вираж.
– Мы приземлимся подальше от полуострова. У меня нет никакого желания соваться головой в капкан. Ты не землянин, ты не изучал нашу историю, а потому не знаешь, что такое расположение – город внизу с одной стороны и замок на горе с другой – типичная картина для социального строя, который назывался феодальным, а этого у вас никогда не было. Боюсь, установить контакт будет нелегко.
– Да, пожалуй, лучше сначала познакомиться с кем-нибудь из туземцев, – согласился исс.
– Первое же изолированное жилище, которое я найду…
Лес катил свои зеленые и фиолетовые волны от основания полуострова до далекой горной цепи. Там и тут проглядывали выжженные и обработанные поля, вокруг которых теснились деревушки.
– Похоже, все поляны заняты, – сказал Акки.
– Нет, вон там, налево, свободная. Нет, и тут с краю хижина. Но может быть, это нам подойдет?
Гравилет бесшумно пронесся над вершинами деревьев, проскользил над самой землей несколько метров и замер. Из-под крыши хижины поднималась струйка дыма. Акки открыл переходной люк.
– Подожди здесь немного. Мои братья земляне, если верить донесению Халдока, воюют с туземцами, на которых ты слишком похож. Глупую ошибку легко совершить, а вот поправить… И главное, это ничего не решит.
– Ты берешь оружие?
– Достаточно парализатора. Да, не забыть передатчик мыслей! Я не знаю, на каком языке говорят «мои братья».
Он повязал голову тонкой золотистой полоской, от которой у висков отходили короткие гибкие антенки.
– Будь осторожен, Акки!
– Чего мне бояться? Как ты уже сказал, их техника должна быть очень отсталой.
Он пошел от гравилета длинными упругими шагами абсолютно здорового и прекрасно тренированного человека. Спортивная подготовка играла важную роль в обучении координаторов. Акки открыл дверь хижины, держа парализующий пистолет наготове. Женщина стояла, склонившись над очагом; тихо вскрикнув, она обернулась. Мгновение она вглядывалась в высокую фигуру в шелковом одеянии с металлическим отблеском, которая силуэтом вырисовывалась в дверном проеме, и на лице ее выражались одновременно ненависть и ужас. Затем она бросилась к ногам Акки, умоляя и заклиная, – он кое-что понял из стремительного потока слов. Несомненно это был искаженный французский язык, а французский до сих пор преподавали на Новатерре как мертвый язык с богатой литературой. Слова женщины становились более понятными:
– Сеньор, сеньор, не убивайте нас! Я умоляю! Мы за пределами границ! Мой муж всегда верно служил герцогу. Нас оклеветали перед судьями и нас изгнали, но мы никому не делаем зла, мой муж никогда не охотится в королевском лесу! Сжальтесь, сеньор, у меня трое маленьких детей, которые вот-вот вернутся…
– Успокойтесь, мадам. Я вам не враг и не сеньор. Я только хочу кое-что уточнить. Я прилетел из другого мира, где звезды, за миллионы километров отсюда. Да вы сами можете взглянуть на мою летающую машину перед вашим домом.
По мере того как он говорил, страх в глазах женщины сменялся полнейшей растерянностью и смятением.
– Вы прилетели со звезд? Как наши предки? Я думала, это просто сказка. Но если не сказка, значит, дни нашей знати сочтены! – добавила она с радостью. — Сеньор, как будет доволен мой Жак! После стольких лет мучений!
– Кто такой Жак? И что такое ваша знать?
– Жак – мой муж. Да вот он сейчас будет здесь. Слышите его призывный клич?
Снаружи, со стороны леса, раздался долгий улюлюкающий крик, на который женщина ответила таким же. На лесной опушке появились трое мужчин с луками за спиной. Самый старший из них нес на плечах животное с длинными рогами.
– Прыгучий олень! Да благословен будет этот день. Вы прилетели со звезд, а Жак несет прыгучего оленя!
Она бросилась навстречу мужчинам. Все трое были в свободных куртках дубленой кожи, доходивших до колен, и в штанах из грубого полотна. Высокого роста, широкоплечие, с мощными руками и суровыми лицами. Увидев Акки, все трое схватили свои луки и наложили стрелы на тетиву.
– Не стреляйте! – закричала женщина. – Это не придворный сеньор! Он прилетел со звезд, как наши предки! Ау!
Они недоверчиво приблизились, оглядели Акки с Новатерры, обошли кругом гравилет. Жак запустил огромную руку в свою непроходимую шевелюру.
– Я верю вам. У придворных нет таких машин. И вы на них не похожи. Входите. Поль, разделай оленя. Пьер, сбегай к нашему тайнику и принеси бутылку медовухи. Наш гость, наверное, голоден и выпить не прочь. – Они вошли в дом. Там были только стол, буфет, сундуки и грубые скамьи.
– Я все это сделал своими руками. О, я не такой уж умелый столяр. Десять лет назад я был капитаном военного флота. С тех пор мне пришлось научиться многим ремеслам… Женщина, дай огня. Маделин!
– Да, папа!
Откуда-то с полатей спрыгнула девушка лет пятнадцати с длинными черными волосами, свободно падавшими на плечи. Она не была так уж красива, на вкус Акки, но прекрасно сложена, и юное тело ее обладало грацией дикой лани. Акки посмотрел через окно без стекол, как двое могучих юношей разделывают оленя-прыгуна, потом на сильную, крепкую девушку.
– Так это и есть ваши трое маленьких детей? – спросил он женщину.
– Да, сеньор. Извините, что я вас обманула. Но вы не знаете этих дворян. Они бы убили моих сыновей. А что до моей дочери… лучше об этом не знать.
Жак наполнил медовухой две чаши.
– Я думаю, там, среди звезд, есть более вкусные напитки. Да здесь тоже. Но мы, бедные изгнанники, можем вам предложить только то, что имеем.
– Да это вовсе неплохо! Однако, может быть, вы разрешите пригласить сюда моего товарища? Должен предупредить, он не совсем, или… совсем не человек…
Дверца гравилета щелкнула, и Хассил пересек опушку танцующей походкой иссов.
– Как же это? – поразился Жак. – Вы ведь даже не позвали его!
– Нам не надо переговариваться, если мы не слишком далеко. Например, я понимаю ваш язык, на котором, кстати, очень плохо говорю. Но вы этого не заметили, потому что прямо воспринимаете мои мысли. А вот и мой друг Хассил.
Исс переступил порог. Жак вскочил, а его жена закричала:
– Но ведь это брейн!