Страница 5 из 179
Жюль говорил, неуверенно произнося шипящие или щелкающие слова.
— Я стараюсь им втолковать, что твой лев — друг, — объяснил он, — но, на беду, он очень похож на одного из здешних хищников. Правда, теперь в этих местах их не осталось, но изображение этого зверя есть у них в храме. Они говорят, что Лео — это Чуинга-Гха, и попробуй докажи им, что это не так!
К двум десяткам туземцев неуверенно присоединились женщины, а затем со всех сторон высыпали и крохотные дети, стремительные и юркие, как зеленые ящерицы, поднявшиеся на задние лапы. Один из малышей встал перед Тераи, осмотрел его с ног до головы, завертелся на месте, рассмеялся до странности человеческим смехом, а потом прокричал пронзительным голосом что-то, от чего развеселились все окружающие.
— Что он сказал? — спросил Тераи.
— Я не совсем понял. Я ведь знаю всего несколько их слов. Но похоже, он сказал, что ты самый большой зверь, каких он видел в жизни!
— Хм… Ты не знаешь, кто им дал эти ножи?
— Мы, изыскатели. Стики — славные ребята и порой служат нам проводниками. Они живут охотой, да еще что-то выращивают. Вымирающая раса, и на сей раз земляне тут ни при чем. Они вернулись в каменный век, и вернулись задолго до того, как мы пришли на эту планету. Их осталось немного, они совершенно безобидны, и, поскольку никто не собирается колонизировать Офир II, они потихоньку исчезнут сами, без всяких трагедий.
— Но почему они вымирают? Смотри, сколько детей и все живые, здоровые на вид!
— Они часто умирают, не достигнув зрелости. И никто не знает почему. Этот мир принадлежит ММБ, а компания интересуется отнюдь не ксенологией. Ее волнуют только прибыли. Стиков никто никогда не изучал. Мак-Грегор говорит, что вскоре после обряда посвящения они совершают массовые самоубийства. И он сознался, что знает причину. Спроси у него сам. Если есть на этой несчастной планете специалист по стикам, так это он. Но взгляни на взрослых!
Рядом с веселыми энергичными детьми мужчины и женщины со своими вытянутыми лицами и усталыми редкими жестами казались особенно унылыми и малоподвижными.
— Болезнь?
— Неизвестно. Доктор Вертэс пытался найти возбудителя, но безуспешно. К тому же у него нет необходимых приборов, а Старжон смотрит на такие исследования косо. Лишняя трата времени, по его словам.
— Хорошо. Я спрошу у Мака. Да еще попрошу его научить меня их языку. Этот народ меня заинтересовал. Много их осталось?
— На исследованной части континента мы нашли с дюжину деревень. И гораздо больше покинутых городов. В других местах их не видели. Но когда-то это была великая раса. Вся планета покрыта развалинами. Ты сам увидишь руины огромного города на плато Вира. Мы будем там завтра.
Жюль сказал на прощание несколько слов, которые остались без ответа, и они вышли через низкие воротца из деревни. Лео встретил их недовольным широким зевком, а затем подошел к воротцам и нахально окропил столб.
— Лео! — возмущенно крикнул Жюль.
— Он обиделся, что мы его оставили снаружи, — со смехом объяснил Тераи. — Вот и поставил свою метку, чтобы знали, что теперь его охотничья территория распространяется и на эту деревню!
На следующий день с вершины холма они увидели древний город. Он лежал в низине на восточном берегу большого синего озера. Руины тонули в зарослях, но кое-где над зеленым покровом еще возвышались отдельные башни. «По земным нормам, — подумал Тераи, — в этом мертвом городе когда-то могло проживать от трехсот до пятисот тысяч жителей».
Они спустились в низину и проникли в город, прорубая себе путь мачете. В центре, возле самого озера, мостовая оказалась сделанной так совершенно, что даже спустя века растения нигде не смогли пробиться сквозь кладку.
С десяток улиц сбегалось к полукруглой площади, выходившей на набережную, от которой в озеро протянулись многочисленные молы и причалы. Два маяка, почти не тронутых временем, сторожили гавань.
— Заночуем в левой башне, — сказал Жюль. — Я здесь частенько останавливался. Там есть сухие комнаты, и потолки еще прочные. Древние стики умели строить…
И на самом деле камни в стенах были так точно пригнаны, что порой невозможно было различить места соединений.
— Известно хотя бы приблизительно, сколько лет этому городу?
— Да. Будучи директором, Мак отослал образцы дерева на Землю для радиоуглеродного анализа. Город не так уж древен — ему от четырех до трех тысяч двухсот земных лет.
Интересно другое: по-видимому, это был первый покинутый стиками город. Чем дальше отсюда, тем время запустения городов ближе к нашему, будто из этого места исходило какое-то смертоносное излучение. На северном материке, например, города были обитаемы еще две с половиной тысячи лет назад. Так или иначе, кончилось все быстро: на всей планете цивилизация стиков погибла за какие-нибудь шестьсот лет. Когда из Ксенологического бюро Объединенных Наций узнали об этом, сюда хотели послать научную экспедицию, но ММБ воспротивилось. У них неограниченные права, эта планета целиком в их власти еще на сорок лет!
Пока Жюль устраивался на ночлег, Тераи с Лео осматривали развалины. Лапраду хотелось определить уровень исчезнувшей цивилизации. В одном из сохранившихся домов стены украшали роспись и барельефы. На изображениях не было сложных машин, но стиков всюду окружали домашние животные, верховые или вьючные, похожие на лошадей и быков. Встречались и какие-то подобия собак в сценах охоты на шуингагха — этих хищников Тераи узнал сразу, они действительно походили на короткопалых львов. Стики были вооружены луками, копьями и своего рода арбалетами с прицельной рамкой. У некоторых были щиты или что-то вроде нагрудных панцирей.
«Непременно надо произвести раскопки, — думал Тераи. — Но готов биться об заклад, что они почти не уступали европейцам XIV века. Судя по изображенной на стене карте, они уже плавали по всем морям. Что же случилось с этой могучей цивилизацией, что ее остановило? Три тысячи лет назад! Они явно опережали нас. Три тысячи лет назад у нас только начинался железный век! Мои галльские предки сражались между собой, мои китайские предки лишь учились философствовать, мои предки маори еще не вышли из Азии, а что до моих индейских предков, один великий Маниту знает, что они тогда делали!»
Он вернулся в лагерь и рассказал Жюлю о своей находке.
— Да, я знаю этот дом. Там есть и другие, где уцелели даже деревянные балки и двери. Они все делали из стволов гаю, а эту древесину никакая гниль не берет. Мы ее используем для креплений в шахтах. А черепица? Ты видел, как она у них плотно пригнана? Даже ураган не может ее сорвать. Каменщики они были отменные и работали на века, как наши египтяне или строители средневековых соборов. Но о стиках мы не знаем ничего, или почти ничего.
Ночь они провели спокойно в башне, в сухой, хорошо закрывавшейся комнате со стрельчатыми сводами, и на рассвете покинули город. И тут для Тераи началось настоящее знакомство с Офиром.
Сначала тянулся лес, затем — обширная зелено-рыжая савана, дальше пошли глубокие каньоны, в которые река Ото-Ото низвергалась великолепными водопадами. Солнце множеством радуг расцвечивало висящую над ними водяную пыль. Кое-где вдоль древней полузаросшей дороги попадались развалины отдельных ферм или сторожевых постов. Ночи, когда луны гнались друг за другом, отбрасывая многочисленные подвижные тени, бывали так прекрасны, что порой путники не могли уснуть, несмотря на усталость. Днем часто разражались грозы, тогда взбухали — не пересечь! — реки и приходилось пережидать спада воды. А потом начался подъем через девственные леса, к подножию Гор Судьбы. Но отсюда они повернули назад по долине реки Бероэ, пересекли каньон Мертвеца (здесь когда-то нашли труп изыскателя, наполовину обглоданный хищниками). Наконец они поднялись на плато Вира, где их уже дожидался вертолет, чтобы доставить обратно в Джонвиль.
А затем потянулись долгие дни: обработка записей, уточнение карт, анализ образцов, предварительное окон-туривание месторождений и прочая лабораторная рутина. Похоже было, что Горы Судьбы богаты самыми разными рудами, и Тераи решил сосредоточить изыскания в этом районе. Но он не забыл о тайне стиков и однажды вечером отправился к Мак-Грегору. Старик читал за столом. Он теперь не пил и почти не выходил из своей хижины.