Страница 9 из 18
— Глупости. Могла бы оставить, если б знала тебя лично. А если не знала, с какой стати ей оставлять деньги четвертому сыну, а не старшему? Да в нынешнее трудное время даже у священника четвертого сына могло просто и не быть. Нет, это все чепуха. Твоя смерть никому не сулит никакой выгоды, так что это исключается. Тогда остается месть. Ты, случаем, не соблазнил дочь аптекаря?
— Насколько я помню, нет, — с достоинством ответил Бобби.
— Понятно. Ты только и делаешь, что соблазняешь девиц, так что потерял счет. Нет, по-моему ты вообще никого никогда не соблазнял. Уж извини за прямоту.
— Ты вгоняешь меня в краску. Франки. И вообще, почему непременно дочь аптекаря?
— Свободный доступ к морфию. Заполучить морфий не так-то просто.
— Так вот, не соблазнял я дочь аптекаря.
— И врагов, о которых бы ты знал, у тебя нет?
Бобби покачал головой.
— Вот видишь, — торжествующе произнесла Франки. — Значит, все упирается в того несчастного, которого столкнули со скалы. А что про морфий думает полиция?
— Они думают, это проделки какого-то сумасшедшего.
— Глупости. Сумасшедшие не разгуливают с невероятным количеством морфия в поисках бутылок пива, в которые можно было бы его всыпать. Нет, Причарда столкнули намеренно. А через пару минут там появился ты, и преступник решил, что ты все видел, вот и решил на всякий случай избавиться от тебя.
— Звучит не слишком убедительно, Франки.
— Почему?
— Ну, во-первых, я ничего не видел.
— Хорошо, но он-то откуда мог это знать.
— Но если бы я и впрямь его видел, я сказал бы об этом во время следствия.
— Да, верно, — неохотно согласилась Франки. Она немного подумала и продолжила:
— Возможно, он решил, что ты видел что-то важное, чему просто не придал значения. Звучит диковато, но ты понял, о чем я?
Бобби кивнул.
— Да, понял, но мне почему-то кажется, что дело не в этом.
— Во всяком случае, твое отравление наверняка связано с падением со скалы. Ты очевидец.., ты первый, кто его обнаружил…
— Томас тоже там был, — напомнил ей Бобби. — И однако, его никто не попытался отравить.
— Погоди, еще попытаются, — весело сказала Франки. — А возможно, уже пытались, да не вышло.
— Мне кажется, все это притянуто за уши.
— А по-моему, тут есть своя логика. Если в таком стоячем болоте, как Марчболт, случаются сразу два престранных события.., погоди-ка.., было же и третье.
— Это какое же?
— Работа, которую тебе предложили. Событие, разумеется, менее значительное, чем первые два, но, согласись, все это странновато. В жизни не слышала, чтобы какая-нибудь иностранная фирма специально подыскивала ничем не отличившихся бывших морских офицеров.
— Ты, кажется, сказала, ничем не отличившихся?
— Тогда ведь ты еще не успел попасть в Британский медицинский журнал. Хватит об этом. Ты лучше слушай меня дальше. Ты видел что-то, что не предназначалось для твоих глаз, или, по крайней мере, так думают они (кто бы они ни были). Итак. Сперва они пытаются тебя сплавить и предлагают работу за границей. Но — сорвалось, и они делают попытку окончательно с тобой разделаться.
— Не слишком ли круто, а? И потом, ведь они рисковали?
— Безусловно, рисковали, но убийцы всегда отчаянно безрассудны. Чем больше они убивают, тем больше им хочется убивать.
— Как в «Третьем пятне крови», — подхватил Бобби, вспомнив одну из своих любимых книжек.
— Да, и как в жизни тоже… Возьми хоть Смита[15] и его жен, или Армстронга[16], да мало ли еще кого.
— Но, Франки, что такого, по их мнению, я мог увидеть?
— Вот в этом-то и загвоздка, — заметила Франки. — Речь, разумеется, не о том, что ты видел, как его толкнули, — об этом ты сказал бы следователю. Что-то кроется в самом покойном. Возможно, у него было родимое пятно, или двойные суставы на пальцах, или еще какая-нибудь особая примета.
— Как я понимаю, ты мыслишь по доктору Торндайку[17]. Но ничего такого быть не могло, ведь, если бы я что и увидел, полиция это приметила бы тоже.
— В самом деле. Что-то не сходится. Трудная задачка, а?
— Все это, конечно, замечательно, — сказал Бобби. — И я сразу чувствую себя таким важным и значительным, но, боюсь, твоя версия едва ли подтвердится.
— Погоди, еще как подтвердится, — сказала Франки, вставая. — Ну да ладно, мне пора. Ты не возражаешь, если я навещу тебя и завтра?
— Еще бы! Шутки сестер чересчур однообразны. Кстати, ты что-то слишком быстро вернулась из Лондона?
— Дорогой мой, я, как услышала про тебя, сразу кинулась обратно. Это так лестно — когда твоего приятеля травят таким романтическим способом.
— Не уверен, что морфий — это очень романтично, — сказал Бобби.
— Значит, до завтра. Поцеловать тебя можно?
— Я вроде не заразный, — сказал Бобби ободряюще.
— Ну что ж, тогда завершу свой визит к болящему, как положено.
Она легонько его чмокнула.
— До завтра.
Едва она вышла, явилась сестра с чаем.
— Я часто видела ее фотографии в газетах. В жизни она совсем другая. И конечно, видела, как она разъезжает в своем автомобиле, но чтобы вот так, лицом к лицу, — ни разу с ней не встречалась. Она нисколечко не заносчивая, правда?
— О да! — ответил Бобби. — Заносчивой я бы ее никогда не назвал.
— Я так и сказала старшей: такая, мол, она простая.
Нисколечко не задирает нос. Совсем, мол, вроде нас с вами, так и сказала.
В душе Бобби яростно протестовал против последней фразы, но промолчал. Сестра, поняв, что он не расположен к беседе, разочарованная вышла из палаты.
Бобби остался наедине со своими мыслями.
Он допил чай. Потом принялся размышлять, насколько вероятна версия Франки, и в конце концов с сожалением решил, что нет — все-таки невероятна. Потом огляделся, раздумывая, чем бы еще заняться.
Его взгляд приковали вазы с лилиями. Ужасно мило со стороны Франки. Они, разумеется, прелестны, но лучше притащила бы несколько детективов. Он бросил взгляд на столик подле кровати. Там лежал роман Уйды[18], «Джон Галифакс, джентльмен»[19] и последний «Марчболтский еженедельник». Бобби взял «Джентльмена».
Его терпения хватило на пять минут. Для ума, вскормленного на «Третьем пятне крови», «Деле убитого эрцгерцога» и «Диковинном приключении Флорентийского кинжала», «Джон Галифакс, джентльмен» был довольно скучен.
Бобби со вздохом взял «Марчболтский еженедельник».
А уже через пару минут он с такой силой принялся жать на звонок у себя под подушкой, что сестра влетела как ошпаренная.
— Что случилось, мистер Джоунз? Вам плохо?
— Срочно позвоните в Замок! — крикнул Бобби. — Скажите леди Франсез, пусть приедет немедленно.
— Ну что вы, мистер Джоунз. Разве можно такое требовать?
— По-вашему, нельзя? Разрешили бы мне подняться с этой проклятой кровати, сами бы увидели, что можно, а что нет. А пока придется вам сделать это за меня.
— Но она, верно, еще не доехала до дому.
— Вы не представляете, какая скорость у ее «бентли».
— Она не успеет выпить чаю.
— Ну, вот что, милочка, — сказал Бобби. — Хватит пререкаться. Делайте, что вам сказано. И пусть приезжает немедленно, я должен сообщить ей нечто очень важное.
Сестра подчинилась, но очень неохотно. С поручением Бобби она обошлась довольно своевольно.
Если леди Франсез это удобно, мистер Джоунз хотел бы знать, не согласится ли она приехать — он хотел бы ей кое-что сообщить.., конечно, если это не нарушает никаких планов леди Франсез.
Леди Франсез лишь коротко ответила, что немедленно выезжает.
15
Смит Джордж Джозеф — убийца, расправившийся со своими тремя женами, утопив их в ванне.
16
Армстронг — маньяк-убийца, расчленявший свои жертвы и топивший их в водоеме на окраине Лондона.
17
Доктор Торндайк — персонаж детективных романов английского писателя Ричарда Фримена (1862—1943) — юрист и врач, специалист по ядам и преступлениям, связанные, с применением ядов.
18
Уйда — псевдоним английской писательницы Марии Луизы Раме (1839—1908), автора занимательных романов и рассказов для детей.
19
«Джон Галифакс, джентльмен» — роман английской писательницы Дайны Марии Мулок (1826—1887), писавшей под псевдонимом миссис Крейк.