Страница 130 из 163
Прежде чем назвать это преступлением науки против человечества, можно было бы предположить, что это была простая ошибка. Теоретически, они могли просто не заметить, что там было на самом деле, и не было рядом никого, кто бы распознал очертания ископаемого организма. Такой сценарий возможен, но неправдоподобен, принимая во внимание «умышленную предрасположенность» как минимум кого-то одного из всей ровер-группы...
В 2000 году Джефри Лэндис, ученый НАСА, прикрепленный к Исследовательскому центру им. Гленна при НАСА, написал свой первый научно-фантастический роман про Марс — «Mars Crossing». Лэндис был главным руководителем эксперимента, проводимого во время миссии аппарата «Mars Pathfinder Sojourner» в районе истока древнейшего водного канала Ares Vallis. В результате в его романе Марс получился «абсолютно настоящим», его восхваляли как ветераны научной фантастики, так и планетарные ученые. Один из них писал:
«Высококачественное научно-фантастическое произведение, правдиво написанное внутри НАСА... Лэндис описал наше собственное ближайшее будущее...»
Джефри Лэндис сейчас является членом действующей научной ровер-группы при JPL, занимающейся «атмосферными явлениями». Это придает его произведению шестилетней давности интерес, но и только. На протяжении трех частей романа главный герой Лэндиса Брандон Вебер скитается по безводным марсианским просторам с бесконечными дюнами и пылью. Уставший и испуганный, астронавт, наконец, взбирается на невысокий холм, чтобы забрать свои вещи, и делает неожиданное и удивительное открытие.
«В центре холма он увидел трещину; одна ее половина была на два фута выше, чем вторая. Это было настоящее сиденье, сделанное природой. Без всякого удивления или подозрения, он дотянулся до него и дотронулся. Замурованное в слоистый песчаник и выступившее на поверхность в результате разлома, оно прекрасно сохранило останки какого-то ископаемого. Оно было похоже на пучок блестящих черных «шлангов», соединенных вместе снизу и разветвляющихся на десяток щупалец вверху. Там же он увидел еще несколько, разных по размерам, начиная от очень маленьких и заканчивая до трех футов в длину. Были и другие ископаемые, еще более мелкие, разных форм и т.д., какое-то странное разнообразие.
«Я назову вас — Живые Брандонии Марса, — сказал он».
Как мог об этом знать Лэндис, ученый, работающий на НАСА в проектах Pathfinder и MER Rover Mission, еще за четыре года до посадки «Опортьюнити»? И почему ни он, ни кто-то другой из его научной группы не сказал об этом ничего или хотя бы не попытался опровергнуть эту теорию?
Несомненно, ровер-группа видела ископаемого криноида. Он не только стал основным направлением для исследования, но ему было придумано название — «Гваделупе». Наша Дама Гваделупе являлась иконой римской католической церкви, она — фактический аналог египетской богини жизни Исиды. После того как были найдены останки ископаемого, которое могло подтвердить существование сложной жизни на Марсе в далеком прошлом, и даже после того как ему было дано имя в честь «богини жизни», они его уничтожили. Так как «Опортьюнити» не был оснащен устройством поиска признаков жизни (он был запрограммирован только на геологические работы), уничтожение Гваделупе имело не совсем научные цели. Много лет назад эта маленькая жизнь оказалась затерянной среди окружавших ее возвышенностей. Единственным доказательством ее существования были так хорошо различимые очертания ее формы в скале, но НАСА их стерло.
Казалось, что целью игры было обнаружение доказательств внеземной жизни, а не всяческое этому препятствие. Агентство, по-видимому, придерживалось тщательно разработанного плана, который не включал в себя пункт о поиске жизни на Марсе. «Спирит» и «Опортьюнити» были посланы с одной целью — обнаружить признаки существования воды в прошлом (и льда в настоящий момент) на Марсе, и на этом все. Как видно из примера «Викинга», обнаружение признаков жизни было бы политически неприемлемым. Агентство придерживалось модели Брукингса о предварительной обработке информации во избежание «непредсказуемой» реакции, которая могла возникнуть после подтверждения «признаков жизни».
За все годы исследования Марса, начиная с 1976 года, НАСА уже находило доказательства существования микробов во время двух экспериментов, проводившихся «Викингом». Было обнаружено, что влага в атмосфере преобразуется в жидкую воду на поверхности планеты в настоящий момент («Пасфайндер»). Кроме этого, с орбиты было получено изображение, доказывающее существование водорослей и спор («Марс Экспресс»), найдено подтверждение соленой илистой поверхности на дне мелкого кратера («Спирит»), выявлено огромное количество (возможно) органически образованного метана атмосфере («Марс Экспресс»), а также обнаружено очевидное ископаемое, аналогичное форме жизни, существовавшей на Земле («Опортьюнити»). В каждом случае, при каждом столкновении с фактом, они предпочитали разоблачить, проигнорировать, задавить и даже уничтожить доказательства, которые могли бы помочь найти жизнь на Марсе. За все это время один-единственный раз они равнодушно поддержали находку окаменелой бактерии, существовавшей четыре миллиарда лет назад, в составе метеорита на Земле (которая по всей вероятности, была заразной), а потом быстро отказались даже от этого несмелого заявления.
Очевидно, что любая удачная миссия на Марсе предполагала пусть слабое, но продвижение вперед, но даже после «Аполлона-10» НАСА не позволило нежелательным открытиям сбить себя с намеченного пути, просто потому что «было еще не время». Как бы то ни было, вскоре после знаменательной находкики криноида мы поняли, что время надо держать в своих руках.
Глава двенадцатая
Там, где спали Титаны...
14 января 2004 года, как раз в середине миссий «Спирит» и «Оппортьюнити», президент Джордж У. Буш проехал несколько кварталов от Белого дома до штаб-квартиры НАСА в Вашингтоне, округ Колумбия, чтобы сделать важное заявление.
Более чем через тридцать лет с тех пор, как человечество в последний раз ступило на поверхность иных миров, Буш прибыл в штаб-квартиру НАСА дать новые указания для Космического агентства. Мы собирались, в конце концов, вернуться на Луну, а затем на Марс.
На официальной церемонии НАСА по поводу выступления Буша «Видение космических исследований» он выделил три определенных цели:
1. Завершить строительство Международной космической станции (International Space Station (ISS)) к 2010 году и затем отказаться от использования шаттлов.
2. Создать к 2008 году новый тип пилотируемого исследовательского аппарата (Crew Exploration Vehicle, или CEV) для доставки астронавтов на Космическую станцию, а потом на Луну и Марс, начать пилотируемые полеты не позже 2014 года.
3. Вернуться на Луну с пилотируемой миссией, если возможно, в 2015 году, но не позже 2020 года.
Для достижения этих целей президент перебросил 11 миллиардов долларов из уже утвержденного пятилетнего бюджета НАСА и, кроме того, обратился в Конгресс с просьбой о дополнительном миллиарде долларов для завершения финансирования. Это был гораздо более скромный план, чем так называемая «Инициатива исследования космоса» («Space Exploration Initiative»), предложенная его отцом, президентом Джорджем Г. У. Бушем, в 1989 году. Та программа встретила большое сопротивление за ее непомерные бюджетные требования и была впоследствии закрыта его преемником, президентом Биллом Клинтоном. «У» (Уокер), похоже, учился на ошибках Буша-старшего и сделал предложение, которое, в конечном счете, получило бы почти единодушную поддержку в политических кругах.
Буш (43-й Президент США), по всей видимости, взял себе вроде как в привычку оплачивать политические долги Буша (41-го Президента США) и заканчивать его незавершенные дела.