Страница 10 из 85
Уже в IX-X веках в гористых областях к северу от реки Доуру (Дуэро) началась борьба за освобождение Португалии от мавров, отвоевание полуострова – реконкиста (см. карту). Кровавая война с перерывами кратковременными периодами мира – тянулась очень долго (в Испании вплоть до конца XV века). Мусульмане постепенно отходили к югу, уступая христианам область за областью.
Земли, освобожденные от мавров, постепенно прибрало к рукам королевство Леона – одно из испанских государств, граничивших с португальскими областями.
В 80-е годы XI века королевство Леона оттеснило мавров со всей территории к северу от реки Доуру, а отдельные испанские отряды уже прорвались к устью реки Тежу (Тахо), но мавры разбили их в 1094 году, под Лиссабоном.
Затем король Леоны создал из португальских земель особое Португальское графство, которое передал своему вассалу и зятю Энрики. Тот организовал из португальцев сильную боевую дружину, энергично воевал с маврами и распоряжался почти как единовластный правитель. Его сын граф Аффонсу Энрикиш, один из крупных феодалов, в 1139 году объявил себя независимым государем и не признавал больше над собой ленного господства короля Леоны. Леона была вынуждена признать независимость Португальского королевства.
Португальцы – небольшой, воинственный народ – теперь сражались с мусульманами в южных краях, нона самих португальцев с севера и востока напали испанцы, объединившие свои государства (Леону, Кастилию а др.). Хотя это были христиане, но они оказались не менее опасными и воинственными, чем неверные мавры. На западе волновался бескрайний Атлантический океан, порой приносивший на своих волнах корабли диких норманнов – викингов.
Новый король действовал весьма энергично; он отбил все нападения и прогнал мавров из бассейна реки Тежу.
В 1147 году Аффонсу Энрикиш, прозванный Конкистадором-завоевателем, уже захватил Лиссабон и стал хозяином устья Тежу. Португальское войско дошло даже до южной области Алгарви, еще находившейся в руках мавров. Однако в конце XII века мусульмане предприняли мощное контрнаступление. Шли жестокие битвы. Португальцы уже потеряли свой флот, который базировался в основном в гавани Опорту (Порту) и охранял побережье от нападения мавританских кораблей, а однажды даже осмелился атаковать порт и крепость мавров Сеуту на африканском побережье за Гибралтарским проливом. Но флот был еще весьма примитивным и состоял большей частью из галер.
Следующий правитель использовал флот и войско крестоносцев и в 1189 году занял Силвиш – столицу южной мавританской провинции Алгарви. После победы он приказал обрабатывать залежи, чтобы бороться с голодом, который преследовал португальцев, так как страна за годы войн была разорена. В следующие десятилетия продолжалась война и с маврами, и с кастильцами. Король Аффонсу III в 1250 году отобрал у мавров последнюю область Португалии и завершил завоевание Алгарви. В этих сражениях участвовали и крестоносцы из других стран на построенных в Португалии галерах и более крупных военных судах-барках.
Реконкиста была завершена. В ходе реконкисты феодалы захватили огромные земельные владения, которые обрабатывались крестьянами, лично свободными, но экономически зависимыми от дворян.
Реконкиста совершалась под религиозными лозунгами, и король Португалии признал себя вассалом папы римского. Вместе с этим огромный вес приобрели и церковь и рыцарские ордена, которые также захватили обширные земельные наделы.
Прошло некоторое время, и Португалия расцвела. Развивалось земледелие. На полях выращивали рожь, пшеницу, просо, овес, ячмень, однако хлеба хватало лишь на каких-нибудь пять месяцев в году. Остальное время бедняки перебивались каштанами и желудями, которые собирали в горных лесах. На лугах, которые орошались круглый год, паслись стада коров и быков, в горах – овцы и козы. Вокруг пашен и лугов зеленели фруктовые деревья – яблони, груши, апельсины, оливы и виноградники, а горы были богаты лесами. Южная провинция Алгарви, по свидетельствам тех лет, напоминала чудесный сад, где росли пальмы, смоквы и земляничные деревья, миндаль и другие растения теплых краев. Побежденные мавры получили охранные грамоты и могли, заниматься орошаемым земледелием и ремеслом, в котором они достигли непревзойденного мастерства.
Образование Португалии.
Начался стремительный рост городов. В бывших крепостях быстро развивались торговля и ремесло. Расцвету торговли особенно способствовало выгодное географическое положение Португалии возле морских путей из Средиземного моря в Северную Европу. Быстро развивались города Лиссабон, Опорту, Брага, Лагуш и Коимбра. Развитию ремесла и торговли способствовало и терпимое отношение к иноверцам – маврам и евреям (до начала XV века). Им гарантировались неприкосновенность и свобода вероисповедания. Государи всячески поощряли развитие мореплавания. В Португалию приглашали опытных мореходов из Генуи, Венеции, Кастилии и Франции, чтобы те помогали создавать португальский флот. Изо всех народов Западной и Южной Европы наибольший опыт мореплавания накопили к тому времени итальянцы. Они ходили под парусами и по Средиземному морю, и по Атлантическому океану, где открыли ряд архипелагов. Напротив, португальские мореходы, по словам крупнейшего португальского историка XVI века Жуана Барруша, в то время были весьма робки, плавали вдоль побережья континента и не уходили далеко в открытое море. Но португальские купцы не желали отдавать иностранцам часть прибылей за перевоз товаров, да и король был заинтересован в том, чтобы Португалия имела побольше своих торговых кораблей, которые очень пригодились бы на случай войны. Особыми декретами разрешалось бесплатно рубить в королевских лесах деревья на мачты и брусы для строительства крупных кораблей; король отменил пошлину – десятину на ввозимые кораблестроительные материалы, освобождал судовладельцев от обязанности давать лошадей и нести воинскую службу на море или суше, а также одаривал их другими привилегиями и поблажками, посвящая их в рыцарский сан так же, как и офицеров флота. Корабли регистрировались, и особый союз взимал два процента прибылей, образуя страховой фонд, надо полагать, первый в Европе. Если корабль был взят для военной надобности или же погибал, ущерб покрывался из государственной казны.
Торговля быстро расцветала, и в Португалию, по свидетельству историка Лопиша, стекались крупные денежные средства. На рейде Лиссабона в конце XIV века порой бывало по четыреста и даже пятьсот судов, большей частью, правда, иноземных. Корабли везли в Англию, Фландрию и другие североевропейские страны португальские вина, воск, хлеб, смоквы, финики, изюм, мед, соль, кожу, пробку. Из Италии ввозили шелк, бархат, дамаст и пряности, поступавшие из восточных земель; из Фландрии – ткани, кружева, обои, изделия из железа и другие товары. Португалия поддерживала связь и с Ганзейским союзом, который господствовал в Северном и Балтийском морях.
Видный португальский историк Азурара (или ди Зурара) об этом периоде в жизни своей страны оставил примечательное высказывание: «Сейчас Португалия – счастливейшая из стран, потому что у нас есть все добрые вещи, какие приличествует иметь богатому королевству. У нас в избытке хлеб, так что недород или плохие времена никогда не смогут причинить нам зла,… У нас есть вино различных сортов, которого не только хватает самим, но мы можем нагрузить им много кораблей и лодок для чужих стран. Морской и речной рыбы так много и в таком разнообразии, как ни в одной другой части света, и избыток ее столь велик, что мы из своих гаваней можем снабжать большую часть полуострова. Масло и мед у нас в таком достатке и такого хорошего качества, что наши соседи берут у нас, а не мы у них». То же летописец говорил о больших стадах скота, фруктах и овощах – всего в избытке, но и цены не падают, так как все лишнее вывозится в другие страны.
Гавани надежно защищены от бурь и нападений. Всего довольно, нужен только мир, чтобы сохранить все это и не допустить разорения.