Страница 20 из 20
Они зашли в «Шоколадницу». Марго скинула на руки парню шубку, стянула шарф с головы, тряхнула своей огненной гривой и предстала перед ним во всей своей красе, скромненько так, но чарующе посверкивая изумрудными глазищами. Парень оробел. Красавица да ещё и иностранка – магическое сочетание!
«Ну что, голубчик, попался?» – торжествовала Марго.
Она поправила водолазку, эффектно облегающую её фигурку, пригладила волосы и робко улыбнулась «спасителю».
«Главное – не переигрывать! Не надо ничего из себя корёжить, кого-то изображать. Глаза – вот моё главное оружие», – помнила она совет Макса. Поэтому, сверкнув ещё раз глазками, она грустно вздохнула и опустила взгляд в пол. Парень засуетился вокруг неё, не зная, как угодить красавице. Они прошли в зал, сели за столик.
– Что вам заказать? – спросил парень и стал читать вслух меню.
– Сэнкью вэри мач. Ничего не надо. Я не есть голодный. Я только пить кофе.
Парень заказал кофе и фирменные блинчики с шоколадным соусом.
– Вы есть такой короший! Вы есть замечательный мужик! – с благодарностью прошептала Марго. – Если вы меня не спасать, я уже лежать мёртвый в река! Оу! Я должна быть мёртвый! Я теперь не выжить!
Марго поднесла платочек к глазам.
– Ну что вы! Вы должны жить, – он робко положил ладонь на её руку. – Пошлите все свои проблемы на фиг! Они не стоят ваших слёз.
– Что такой «на фиг»?
– Ну, – растерялся парень, – это значит далеко, очень далеко.
– На фиг – далеко, – повторила Марго. – Я бы хотеть на фиг, но не мочь!
– Если хотите, расскажите мне свою беду. Может, я смогу вам чем-нибудь помочь или хотя бы посочувствовать.
Марго взглянула на него несчастными глазами.
– О`кей. Я рассказать. А вы слушать. Только нельзя смеяться. Корошо?
– Ну что вы! Конечно, я не буду смеяться. Это я вам обещаю.
Марго отхлебнула кофе и начала свой рассказ, изящно жестикулируя руками.
– Я живу на фиг, очень на фиг, в Амэрика. В колледж я изучать русский язык. Я ещё плёхо говорить по-русски. Но я уже джють-джють читать! Да! Я читать стихи Пюшкин, Эсэнин, Лермонтов, Тюджев. Оу! Вэри гуд! Замечательный стихи! Я влюбиться в Россия! Я мечтать увидеть Россия! Я хотеть сама видеть золотые нивы, лазурные реки, шумные дубравы, зачарованные горы, голубые просторы! Я хотеть понять загадочный русский душа! Но мои мазе и фазе не пускать меня в Россия. Они говорить, что Россия – империя зла! Они говорить, что я в Россия пропадать, меня будут грабить, насиловать, убивать! Они не давать мне деньги на поездка. Я им не хотеть верить! А потом я узнать, что в Россия пэрэстройка, гласность, Горбачёв. Оу! Я радоваться! Я сама заработать деньги. Я брать виза, бронировать гостиница. Я покупать билет в Москоу. Я лететь в самолёт. Я прилетайт в аэропоут. Я получать бэгаж. Бэгаж есть большой, вэри-вэри тяжёлый. Там много сувениры для замечательный русский мужик и баба. Я хотеть носильщик. Носильщик нет! Щет! Безобразие! Тогда я просить мальчик с добрый голубой глазки смотреть на мой бэгаж. Я ему платить за это пять доллар. Я идти искать носильщик. Но я не найти носильщик. Наверно, у них забастовка. Я возвращаться. Оу! Май год! Мальчик нет! Бэгаж нет! А в бэгаж быть май паспоут, виза, билет в Амэрика, все май деньги! Я бежать искать. Но я не найти ни мальчик, ни бэгаж, ни документы, ни деньги! Я плакать. Я идти в полиция. Полиция привозить меня в посольство. Я просить посол помочь. Он говорить: «Дать ваши документы». Я отвечать: «Документы ноу». Посол говорить: «Тогда дать ваши деньги». Я отвечать: «Деньги ноу». Посол говорить: «Не мочь вам помогать. Вы приносить документы – мы давать вам деньги. Или вы приносить деньги – мы давать вам билет в Амэрика. А деньги и документы нет – билет тоже нет», – Марго тяжело вздохнула. – Капитализм! А мазе и фазе я звонить не хочу. Лучше умереть! Мне вэри-вэри стыдно, что они оказаться правы.
Марго изящно промокнула платочком глаза.
– Н-да! Ну и дела! И как же вы теперь без денег и документов будете жить?
– Я не будете жить. Я будете умирать!
– Нет, что вы! Я не позволю вам умирать! Я помогу вам.
– Вы помогать?!! О ноу! У меня нет деньги вам платить за помогать.
– Ну что вы! У нас в России за помощь не платят. Я вам помогу бескорыстно.
– Без корыто? Зачем корыто?
– Бес-ко-рыст-но. Без денег, даром.
– Вы мне помогать без денег?!! Оу! Спа-си-бо! Я теперь знать, что такой без-ко-рыт-ный загадочный русский душа!!! Вы настоящий русский мужик!
После этого парень поселил Марго в своей квартире, возил её несколько дней по экскурсиям, а потом дал ей денег на обратный билет в Америку. Марго сказала, что билет она без документов может купить только в посольстве. И что нужно ещё заплатить небольшой взнос, и тогда её отправят в Америку в составе американской делегации. В общем, она вытрясла из бедолаги приличную сумму, которую пообещала обязательно вернуть, как только окажется дома, в Америке.
– Нет, что вы, не надо возвращать мне деньги, – дрогнувшим голосом произнёс парень. – Вы лучше мне напишите письмо. И приезжайте ещё раз в Москву. Я буду счастлив, если мы снова встретимся.
– Оу! Мы встретиться, мы обязательно встретиться! Я присылать вам приглашение в Амэрика. О`кей?
– О`кей! – обрадовался парень.
Марго в порыве благодарности поцеловала парня.
– Да здравствует пэрэстройка, гласность и любовь! – крикнула она на прощание и скрылась с огромным букетом цветов за забором посольства.
Хорошо, что благодаря стараниям бабушки она владела английским и французским языками. Теперь она попеременно изображала из себя то американку, то француженку, то англичанку. Благодаря её красоте мужчины охотно помогали ей, предоставляя жильё и деньги. Конечно, не каждый прохожий попадался на крючок. Некоторые, отряхнув её от снега, спешили дальше по своим делам. Нужный клиент попадался иногда со второй-третьей попытки. Но уж если мужчина проникался к ней симпатией, тогда Марго вытряхивала его карманы по полной программе. Сначала она, правда, боялась жить в домах у незнакомцев, по ночам постоянно вздрагивала при малейшем шорохе. Мало ли что придёт им в голову! Но потом она убедилась, что магическое слово «иностранка» – самый лучший оберег. Никто из мужчин не хотел проблем на свою голову. Наоборот, они обращались с ней подчёркнуто вежливо, боясь переступить рамки дозволенного. Единственное неудобство – её уже тошнило от Третьяковки, Красной площади, Мавзолея и прочих достопримечательностей Москвы.
Так Марго прожила почти месяц. Она ни в чём не нуждалась. Денег у неё раз от раза становилось всё больше. Она была окружена заботой и даже любовью. Некоторые мужчины ей нравились. Они были порядочными, щедрыми, благородными. Но почему-то она никак не могла забыть Макса! Да-да! Этот подлец, этот мерзавец не давал ей покоя! Бессонными ночами, лёжа в одинокой постели, она вспоминала его объятия. Утром, просыпаясь в чужой квартире, она вспоминала, как Макс приносил ей кофе в постель. Днём, таращась с идиотским восторгом на опостылевшие шедевры, она вспоминала, как они с Максом любили подурачиться. Вечером, сидя в кафе или в ресторане, она вспоминала, как Макс страстно, до дрожи в теле, прижимал её к себе во время танца. Она старалась гнать эти воспоминания, напоминая себе о его подлостях. Но тоска от этого не уменьшалась. Марго пыталась увлечься очередным своим спасителем. Но ничего не получалось. Ей с другими мужчинами было скучно! Один раз она даже позволила себя целовать. Но от этого ей стало только до тошноты противно.
«Да, Макс – это моя болезнь. И пока я не вылечусь, я его не забуду».
К концу месяца тоска стала настолько невыносимой, что Марго стала искать причину, чтобы вернуться к Максу в квартиру и ещё хотя бы раз увидеть его.
«О! Так я же забыла у Макса свои талисманы – картину Женьки и кепку Рыжика. Нужно обязательно это забрать. Не оставлять же этому мерзавцу дорогие мне вещи. Решено. Завтра же этим займусь. Да-да, я возьму свои вещи и уйду. Я, конечно же, ни за что не останусь! Пусть он и не надеется! Я брошу ему в ноги ключи, гордо повернусь и уйду. Вот так!»
Конец ознакомительного фрагмента.
Полная версия книги есть на сайте ЛитРес.