Страница 11 из 30
— Да, я знаю эти фокусы, — горько произнес Татум.
— Не знаю, что и сказать тебе, Джон...
— Во всяком случае ты мне сказал как раз то, чего я не ожидал от тебя услышать.
— Может быть, показания племянницы Винтерса еще более запутаны, чем тебе представляется. Ну а пока скажу только, что на Болана это не похоже. Обычно он очень четко заявляет о своем присутствии.
— Увы!
Третий властный голос вмешался в их разговор.
— Капитан Браддок, с вами говорит Ларсон.
— Слушаю вас, — ответил Браддок начальнику Татума.
— Я тут сижу рядом с Джоном. Извините, что я не сразу дал понять о своем присутствии при вашем разговоре. Мне хотелось, чтобы вы говорили более откровенно. Зато теперь я вмешиваюсь в беседу вполне официально. Вы лучше всех знаете Болана и его похождения на западном побережье. Меня интересует ваше мнение: Болан находится в Сан-Диего?
Браддок вздохнул.
— Думаю, ответ будет положительным. Интуиция подсказывает мне, что Палач снова посетил наши края. И очень скоро он даст о себе знать.
— Ну вот, хоть что-то проясняется. Я буду разговаривать с вашим начальством, Тим, и не хочу, чтобы результаты моей беседы стали для вас полной неожиданностью. Я намерен просить лос-анджелесское управление прикомандировать вас к нам в качестве советника.
Браддок уже начал привыкать к таким командировкам. Он едва успел распаковать чемоданы после возвращения из Бостона, где благодаря Болану провел весьма суматошную и напряженную неделю.
— Сожалею, сэр, но я буду вынужден отказаться, — со вздохом ответил Браддок начальнику полиции Сан-Диего. — У меня здесь скопилось слишком много работы. Думаю, мы сможем направить к вам другого человека, который знает Болана даже лучше, чем я.
— Ну что ж, капитан, если вы не хотите, я не буду настаивать. Вы не измените своего решения?
— Мне очень жаль, сэр. Нет. К тому же мой начальник не отпустил бы меня, даже если бы я изъявил желание приехать к вам. Но если вы обратитесь с официальным рапортом, то я гарантирую, что к вам приедет очень толковый полицейский.
— Рассчитываю на вас, капитан.
— Спасибо, Тим, — добавил Татум.
— Все будет в порядке, — ответил Браддок и положил трубку.
Он тут же нажал на клавишу переговорного устройства и вызвал секретаршу.
— Найдите мне сержанта Лайонса, Карла Лайонса. Он работает в отделе по борьбе с организованной преступностью. Скажите ему, чтобы захватил зубную щетку и через час был у меня. А затем устройте мне пятиминутную аудиенцию у шефа. Это очень срочно. И еще: на нашей встрече должен присутствовать капитан Майра из отдела по борьбе с организованной преступностью.
— Пахнет жареным, — прокомментировала секретарша.
— Вы хотите сказать — паленым. Кстати, передайте сержанту Лайонсу, что речь идет об операции «Тяжелый случай».
— Я думала, что она уже закончена.
— Нет еще, — проворчал Браддок. — Операция «Тяжелый случай» в самом разгаре... В Сан-Диего.
Слава Богу, что ему больше не придется самому выступать против Мака Болана.
Глава 7
Они должны были поднять якорь в 7.00, но стрелки часов уже перевалили за восемь, а команда к отплытию так и не поступила. И если выход в море не состоится, то, черт возьми, почему нельзя было предупредить об этом заранее?
«Черепаха» Джин Тарантини раздраженно ходил взад и вперед по безукоризненно чистой палубе мостика, проклиная в душе тот неожиданный оборот, который приняли последние события. Что за банда ублюдков!
Иногда ему опять хотелось вернуться на флот. В принципе, если подумать, разница была небольшая. Такие же засранцы отдают приказы и ждут, что ты вытянешься перед ними в струнку, если вдруг у них вырвется заблудившийся пук.
Пусть Тони «Опасность» сам правит своей чертовой посудиной!
Тарантини нагнулся к переговорной трубе, чтобы связаться с машинным отделением, и громко посвистел, привлекая внимание экипажа.
— Эй вы, моряки с разбитого корыта! Адмирал не соизволил пожаловать к нам, и я думаю, сегодня он не почтит нас своим присутствием. Остановите машины... Нет, подождите... Приказ отменяется. Адмирал появился на горизонте.
Какой-то человек в темных очках и с дипломатом в руке спускался по лестнице солярия морского клуба. Он словно сошел со страниц журнала мод. На нем были легкие туфли, белые морские брюки и тенниска. Желтый анорак и фуражка яхтсмена дополняли его наряд.
Тарантини снова заорал в переговорную трубу:
— Проснитесь! Вы же знаете, что он психует, когда вас нет на палубе, чтобы приветствовать его.
Затем он поднес к глазам бинокль.
— Черт возьми! Но это же не Тони.
Человек, приближавшийся к трапу, был слишком высок и крепок. Да и выглядел он весьма представительно.
Но, вне всяких сомнений, он направлялся прямо к «Безумству Тони». По выражению лица и манере держаться в нем безошибочно узнавался человек из Организации. Наручником с толстой серебристой цепочкой дипломат был прочно прикован к его запястью.
Тарантини опустил бинокль, вошел в рубку и, достав из ящика для карт револьвер тридцать восьмого калибра, провернул барабан, чтобы убедиться, что он заряжен. Затем опять положил оружие на место.
— Смотрите в оба, — предупредил он своих ребят, которые поднимались на палубу из машинного отделения. — Этот тип, по-моему, слишком подозрителен.
Болан приобрел свой маскарадный костюм в «Магазине моряка» на Мишн Бэй. Он полагал, что Тони «Опасность» тоже там одевается, и поэтому ему не составило труда вырядиться «под него», включая темные очки с маленькими якорьками на дужках.
На верхней палубе Болан заметил человека, который разглядывал его в бинокль. Что ж, значит, его ждали.
Яхта выглядела просто потрясающе. Корпус, сделанный из красного дерева, мягко блестел в лучах утреннего солнца. Судно казалось воплощением сдержанной мощи и неслыханной роскоши.
«Плавучее состояние», — подумал Болан.
Подойдя к трапу, он увидел у релингов застывших по стойке «смирно» еще двух человек в футболках, белых джинсах и белых пилотках ВМС США, надвинутых на самый лоб.
Болан ступил на палубу и нетерпеливо бросил:
— Мы уже опаздываем! Отдать концы, убрать трап!
Сверху донесся яростный крик:
— На этом судне командую я, адмирал!
Болан поднял глаза и внимательно посмотрел на коротышку-крикуна, стоявшего на капитанском мостике.
— Пошевеливайся, Длинный Джон Сильвер, не то ты у меня сожрешь свою деревянную ногу! Ну-ка, заводи эту посудину!
Коротышка довольно улыбнулся.
— А где Тони?
Болан не ответил на его улыбку, но тон его голоса несколько смягчился.
— Произошли кое-какие изменения. Возможны всякие неприятности. На этот раз Тони с боссом держатся в стороне.
Он показал на свой дипломат.
— Так мы отчаливаем или нет?
Человек на мостике поднес к губам свисток. Раздалась резкая, пронзительная трель.
Болан не смог сдержать улыбку, глядя, как экипаж пулей помчался отдавать швартовы. Через минуту яхта уже рассекала спокойные воды порта, держа курс в открытое море.
Болан поднялся на мостик, подошел к человеку у штурвала, молча понаблюдал за его действиями, потом представился:
— Меня зовут Фрэнки Ламбретта. А тебя?
Капитан яхты одарил его широчайшей белозубой улыбкой.
— Джин Тарантини. Когда-то Тони обозвал меня «Черепахой», и теперь все только так меня и зовут. Так что, валяйте. Я не возражаю.
— О'кей.
Болан быстро провел руками по телу Тарантини.
— Ну вот, — проворчал он, — я ведь тебе говорил, что могут быть неприятности. Где твоя пушка?
Тарантини кивнул головой на ящик для карт.
— Там.
— Забери ее, — приказал Болан.
— Слушаюсь, сэр.
— У твоих парней есть оружие?
— Да, сэр. Они держат его у себя в кубрике.
— Я встану к штурвалу, а ты пойди и скажи им, чтобы вооружились.