Страница 15 из 49
- Ты и не крал это, - выдохнула я, изгибаясь на его руке, - я отдала все сама.
Смех искрился в его синих глазах.
- Так наивно, дорогая, - сказал он тихо. – Я украл тебя так давно. Примерно в то же время, что и ты блять украла меня.
Ты блять меня украла.
Он только что сказал это. Он, правда, всерьез сказал это.
- Я люблю тебя, - выдохнула я в его рот, когда это чувство и огромная, больше, чем сама жизнь, сила победила меня. И этой силой был Дьюс.
Он застыл, и туман удовольствия, в котором я плавала, мгновенно исчез. О нет. Онетнетнетнет. Я ведь не произнесла это только что? Я не рассчитывала, что он будет вникать и постарается понять, что он значит для меня. Я сама едва понимала это. Я едва приняла это знание таким, каким оно было.
- Подожди… Это не то, что я имела ввиду, - я запнулась. – Я не… Я не хотела…
Дьюс не слушал меня. Он передвинул меня под себя, уложил на спину, между моих ног опустились его бедра, и он сделал толчок, входя обратно внутрь меня.
- Скажи это снова, Ева, - низким, угрожающим голосом сказал он.
Я прикусила губу.
- Малыш. Скажи это снова.
Я молчала. В основном потому, что он снова был во мне, так наполняя меня, такой большой, и он трахал меня восхитительно медленно. Я обмякла под ним, смотря ему в глаза.
Глаза, от которых я не могла оторваться. Глаза, что забирали меня внутрь него, где было тепло и безопасно. Глаза, которые я любила. И это был момент, когда я осознала, что он не трахал меня. Он занимался любовью со мной.
- Скажи это, - настаивал он, страсть росла в его глазах. Доминирующий. Притягательный.
- Я… не хотела…
Он двинул бедра в меня резко, вонзаясь.
- Ты любишь меня. Скажи это.
- Нет, послушай…
- Ты любишь меня.
Я сдалась.
- Да, - выкрикнула я, - я люблю тебя! Я любила тебя вечность!
Он закрыл глаза, и его голова упала мне на грудь.
- Блять, – прошептал он.
- Дьюс, – мой голос был едва слышен.
Он посмотрел на меня.
- Детка? – спросил он хрипло. Его глаза были прикрыты, его рот едва приоткрыт, его дыхание стало коротким и отрывистым. Бусинки пота на его лбу. Он не был Дьюсом, крутым байкером, и я не была Евой, дочерью его соперника. Он был мужчиной, опасно красивым, и я была женщиной, которую он хотел, и это было так охуенно прекрасно. Я хотела заморозить время и оставаться с ним в этом моменте вечность, касаясь, трахаясь и любя его.
- На меня, - сказала я, заведенная этой мыслью, - я хочу, чтобы ты кончил на меня.
Его тело напряглось, ноздри трепетали. У него едва хватило времени выйти из меня, прежде чем его тело разрядилось.
- Боже, детка… Блять… Ебаный Боже…
Смотреть на его оргазм было абсолютно потрясающе, прекрасно, как редкое полярное сияние. Его лицо замерло в напряжении, затем потеряло его, как только это началось. На мгновение он выглядел моложе, чем был, юный и уязвимый, каким я помнила его в день нашей первой встречи. Его глаза ничего не видели, веки были полуприкрыты. Короткий шумный выдох сорвался с его губ, согревая мою грудь. Влажное тепло потекло по моему животу, груди, и наконец пальцы Дьюса были во мне, дожимая меня изнутри. Все сжималось во мне снова и снова, подталкивая меня к оргазму.
Вынув пальцы из меня, он заскользил рукой по моему телу, втирая его влагу в мою кожу, в живот и грудь, по моим бедрам, втирая внутрь меня, все это время смотря мне прямо в глаза.
Он помечал меня.
Заявлял свое право на меня.
Владел мной.
- Скажи это снова, - скомандовал он.
- Я люблю тебя, Дьюс - прошептала я.
Шестая глава
Мои веки открылись, и я сонно моргнула. Тяжелая, стальная хватка вокруг моего живота напряглась.
Я закинула руку назад, обвивая Дьюса за шею, притягивая его голову, чтобы увидеть его глаза.
- Доброе утро, - сказала я.
Его рука покинула мой живот и двинулась ниже, охватывая меня там, ладонью. Я увела ногу назад под его колено. Из глубины горла он издал животный голодный звук, который я почувствовала всем телом до пальчиков ног.
- Все болит? – спросил он грубо.
- Ага…- прошептала я. - В лучшем смысле этого слова.
Он усмехнулся.
- Ты хочешь этого?
- Пожалуйста, - выдохнула я.
- Ты хочешь этого жестко?
- Пожалуйста, - снова выдохнула я.
- Эта сука прикончит меня, - засмеялся он, - по-прежнему хочет этого по-грубому.
Ох Боже, он дразнил меня. Мы лежали в его постели, и он дразнил меня. Это было так… по-домашнему. Мне нравилось.
Он зарычал, входя в меня, и я застонала, растягиваясь под него, обтягивая его, понемногу впуская его и, наконец, полностью принимая его. Всего его.
Я кончила, и я кончила жестко.
Качая головой, он издал смешок.
- Блять. Никогда не видел женщину, так на лету возбуждающуюся, как это делаешь ты, дорогая. То, как ты сжимаешь изнутри мой член и то, как твое тело дрожит, пока ты кричишь мне на ухо, вцепившись мне блять в волосы, впиваясь коготками в мою гребаную спину. Когда я выпущу тебя из моей постели, дорогая, я проведу остаток своей жизни, размышляя об этой киске, и мои яйца нахуй взорвутся, так и не найдя что-нибудь, хоть немного похожее на нее, малыш.
Мы сменили позиции, и он снова начал двигаться, в этот раз напористо, грубо и быстро, были слышны шлепки кожи о кожу. Затем медленно, так сладко, и наши блестящие от пота тела, растянулись вдоль друг друга.
Ничто не могло сравниться с этим. И никто не мог сравниться с Дьюсом.
- Ох.. блять! – выкрикнула я, проклиная и преодолевая свой второй оргазм. – Пресвятое блять дерьмо!..
Он ухмылялся, смотря на меня сверху вниз, смех плескался в его красивых синих глазах, ямочки на щеках…
- Так-то лучше, - он благодарно проворчал, - вот это блять моя девочка.
Его девочка.
Как долго я ждала, чтобы он произнес эти слова?
☼☼☼
Ева уснула после того, как он трахал ее все утро. Был полдень, и Дьюс с несколькими из своих парней сидели на заднем дворе клуба, пили и жарили стейки.
- Где горячая штучка? – спросил Тэп, не выпуская бутылку пива.
- Которая? – спросил Джейз. – Блондиночка или темненькая? Они обе что надо.
Зизер засмеялся.
- Блондинка была начинкой в сэндвиче «Рипер-Кокс» с самого начала.
Хоук разочарованно скривился.
- Вот это, блин, нечестно. Если бы я вышел первым, эта сучка была бы в моей кровати.
Дьюс пожал плечами.
- Ками – ебаная шалава. Сомневаюсь, что она была бы против, если ты б присоединился к их вечеринке.
- Эхх, - сказал Чип, - я уже пытался. Они не хотят делиться. Не то чтобы я винил их. Не так много свободных дыр осталось, когда они оба принялись за дело одновременно. Так как насчет твоей девочки, Босс? Хочешь передать ее дальше нуждающимся?
- Придурок, - пробормотал Джейз, - она не шлюха. Это Ева Фокс, Проповедника блять дочь. Та сука, которую наш Президент не рассчитывал больше увидеть когда-либо. Та сука, из-за которой его прострелили.
Чип вытаращил глаза.
- Я сам выпросил себе эти пули, - сказал Дьюс негромко, - там нет ее ебаной вины. Ей было шестнадцать. Я засунул руку в ее ебаные трусы, а свой язык ей в глотку. Он ее отец, ты серьезно блять винишь его за это?
- Если бы ты погиб, - сказал Марш жестко, - тогда да, я бы блять обвинял его.
- Шестнадцать, хм? – ухмыльнулся Дэнни Ди. – Неплохо.
Тэп нахмурился на Дэнни.
- Ты больной мудила. Моей дочери пятнадцать. Если какой-то говнюк старше ее, вроде Президента, окажется поблизости ее трусов, я закопаю его. Я допускаю разницу в возрасте в год для ее кавалеров, – Тэп повернулся к Дьюсу. – Но не ебаных восемнадцать лет разницы.
- Все не так, - ответил он, не торопясь, чувствуя себя странно смущенным. – Дело не в разнице в возрасте, здесь я ничего не мог поделать. Никогда не мог. Она нравилась мне еще с того момента, когда была всего лишь ребенком. Сейчас она стала женщиной, и моему члену она тоже нравится. Но дело никогда не было в разнице в возрасте. Говоря проще, дело всегда было только в ней, в том, какая она.