Страница 79 из 170
С другой стороны, я постоянно общался с Махараджем, который сначала поинтересовался, кто я и откуда, какая у меня семья, дети, родители. Узнав, что я раньше служил в армии и уволился оттуда в звании капитана, Гурудев стал обращаться ко мне, называя «капитаном». Выслушав мою историю жизни, Махарадж вдруг внезапно у меня спросил: «Капитан, сможешь ли ты в поездках по России сопровождать меня?» Я без размышлений согласился. Затем Гурудев рассказывал о Господе. Потом читал мантру. Когда до Одессы осталось немного, уже в машине Махарадж назначил меня ответственным за приготовление прасада, рассказал, какие блюда он будет есть, и, сославшись на усталость, попросил меня побеспокоиться, чтобы сегодня у него не было ни даршанов, ни встреч. Гурудев просто хотел отдохнуть после долгой дороги. Получив такое указание, я мысленно настроился поставить собою заслон от попыток преданных попасть к Гуру на прием.
Но оказалось все иначе. Как только мы подъехали к филиалу дома отдыха под названием «Родина», перед воротами увидели целый «рой» преданных, которые били в мриданги и караталы и громко воспевали Святое Имя. Чем ближе мы подъезжали, тем сильнее нарастал киртан, тем выше преданные подпрыгивали у ворот, иногда казалось, что у некоторых вместо ног были пружины. Я на машине подъехал близко к танцующим вайшнавам, и как только Гурудев открыл дверь, все поющие неожиданно взмахнули руками, и сотни лепестков роз взвились ввысь и, кружа, стали опускаться на землю. Я не видел лицо Махараджа, но я был в шоке. Буквально за одну секунду преданные, которых я видел через лобовое стекло, исчезли. Это лепестки роз плотным слоем опустились на стекло, превратившись в сплошное цветочное покрывало. Киртан не прекращался. Глаза у встречающих горели. Все гости с Гурудевом вышли из машины и медленно с окружившими их воспевающими преданными, пошли в сторону алтарной. Я понял, что Гурудев, увидев, как сильно ждали его бхакты, как они были рады ему, решил удовлетворить преданных, и поэтому пошел вместе со всеми в алтарную. Этот случай показал мне пример, как Индрадьюмна Свами может изменить свои планы и пожертвовать своим отдыхом ради преданных.
Я разгрузил чемоданы, а затем мне в голову пришла мысль о том, как я могу лично послужить Махараджу. После дороги из-за жары Гурудев хотел пить. Я нашел лоту и, наполнив ее прохладным соком, направился в алтарную. Конечно же, я хотел сам принести попить Махараджу. В это время в алтарной комнате был бурный киртан. Было жарко, но, казалось, никто, кроме меня, этого не замечал. Все танцевали и пели в экстазе, все были удовлетворены этим киртаном. В центре вращающегося круга я увидел Его Святейшество и стал пробираться с лотой в руках. Наконец, я был почти в центре, и когда, танцующий как павлин, Гурудев развернулся в мою сторону, я с благоговением протянул ему охлажденную жидкость. Но Махарадж взял лоту и, не отрывая от меня своих лотосных глаз, передал ее кому-то в сторону, потом этой же рукой сделал мне знак, чтобы я начал танцевать в круге. Не ожидая такого разворота событий, я стал быстро соображать, как мне быть. Но времени на раздумье не было, и через секунду я стал танцевать: мне казалось, что взмахи моих рук были похожи на хлопающие крылья общипанного петуха, движенья моих ног были как прыжки лягушки, а глаза вылезли из орбит, как у варана, которому на спине стянули кожу большой прищепкой. Через некоторое время, двигаясь по кругу, я потерял равновесие и столкнулся с Гурудевом и его мридангой. Я не знал, что делать, как мне извиниться без переводчика. В ту же секунду я решил предложить дандават и упал ниц перед Махараджем. Пол был мокрый от пота, и моя щека сразу же прилипла к нему. И как только я стал читать: «Ванча калпатарубьяш ча...», как почувствовал, что Его Милость поставил на меня свою стопу и прижал к полу мою голову (знак особой милости). Я замер... Киртан взорвался с утроенной силой. Казалось, что полубоги сразу же услышали пение мантр и обратили свой взор на землю. Необыкновенная духовная сила наполнила алтарную комнату. Преданные буквально парили над землей, а Гурудев, держа ногу на моей голове, кулаками уперся себе в бедра и, поворачивая голову то вправо, то влево, одаривал всех своей удивительной улыбкой. Индрадьюмна Свами был похож на господа Нрисимхадева, победившего демона и держащего на голове побежденного свою стопу. Я продолжал покорно лежать, но как только Гурудев позволил мне подняться, я удалился из круга и продолжал сзади танцевать, ошарашенный тем, что со мною произошло.
На следующий день была Ратха-ятра в центре города, где милость проливалась уже не только на преданных Господа, но и на горожан, которые увидели Божеств и услышали пение маха-мантры. Киртан вели Гурудев и Шри Прахлад. Было празднично, ярко, торжественно и величественно. Все были в экстазе. После этого длинного шествия, после обеда, мы повезли Махараджа на Черное море. Я сидел за рулем, Гурудев впереди, а сзади расположились Шри Прахлад, Уттамашлока и Венупани прабху.
На центральный пляж «Аркадия» нам не дали заехать сотрудники ГАИ. Так как мы уже нарушили запретную границу, нас попытались задержать, но Уттамашлока вышел в шафрановом дхоти из машины и буквально парой фраз сбил намерения милиционеров. Мы вынуждены были поехать в другое, менее людное место. Но так как дорога проходила вдоль моря, мы оставили машину наверху, а сами спустились примерно на 50 метров по склону, на пляж. Солнце прогрело воздух и песок, но вода была еще прохладная. Гурудев потрогал воду и сказал, что он принимать омовение не будет. Но Прахлад, Уттамашлока и Венупани стали раздеваться прямо на песке и потом пошли к воде. Я не стал отставать, быстро скинул с себя брюки и футболку с изображением Господа Джаганнатхи и побежал за ними. Вода действительно встретила нас обжигающе. Плавать никто не собирался, поэтому, окунувшись несколько раз, мы по очереди вышли из воды и стали сохнуть и вытираться. Гурудев о чем-то заговорил с Прахладом, потом в разговор включился Уттамашлока. Я смотрел на все не понимающими преданными глазами и ждал указаний. Но, видимо, моя преданность была только внешняя. Сейчас объясню, почему. Когда я стал одеваться, наступил момент, когда, заправив в брюки футболку и засунув руки в карманы, я остолбенел в испуге. Потом Венупани рассказывал, что когда он увидел меня таким, то подумал, что я нащупал в каждом кармане, по крайней мере, по пять ядовитых скорпионов. Я быстро вытащил руки и стал шлепать себя с разных сторон. Но чуда не происходило. Карманы были пусты. Ключи? Я не мог найти ключи от машины. Все присутствующие заметили неладное, и я, сказав, что нет ключей, упал на колени и несколько раз просеял сквозь пальцы песок. Попытка была неудачной. Я тогда побежал наверх посмотреть, может быть, я не закрыл машину или забыл ключи в двери. Запыхавшись, я, наконец, достиг машины, но разочарование снова настигло меня: машина была закрыта хорошо, плюс к этому руль с педалью были заблокированы специальным противоугонным устройством. Ключей нигде не было. Но надежда не покидала меня, может быть, пока я ищу около машины, ключи нашлись на песке. Я снова побежал вниз. По дороге я успел заметить, что Венупани и Прахлад снова просеивают песок. Я подбежал. Ключей не было. Уттамашлока прабху сказал мне тогда: «Предайтесь Господу!». Я тоже встал на четвереньки и начал просеивать песок. Прошло пятнадцать минут.
Тем временем в храме шло приготовление к вечерней лекции, и собралось множество прихожан, не было только нас.
Я опять обратился к Уттамашлоке и спросил, что делать, так как наши поиски явно затянулись. Он опять мне строго ответил: — Предайтесь Господу! Я спросил:
— Как предаться? Переводчик ответил: