Страница 67 из 170
В городе я напоследок еще раз укололся дозой опиума, накурился анаши. У входа в храм выкурил последнюю сигарету и вошел в другой мир, мир сознания Кришны.
В первый же день меня обрили, надели кантхи-малы, дали дхоти и нашли четки. Об этом полностью позаботился пуджари. Я по сей день благодарен ему. Он как будто знал, что мне нет дороги назад. Меня накормили прасадом. А президент храма сказал: «Дайте ему еще. Этого парня сильно потрепала жизнь, пусть утолит свою душу прасадом».
В храме я написал свою первую песню о Божествах, о тех, кто встретил меня и приютил.
Открывает занавес пуджари,
Божества бросают взор на нас.
Сколько в жизни мы Тебя искали,
Смерть мы пережили сколько раз.
Божества я в храме вижу снова,
И для Вас всегда я был душой.
Господи, прости меня, блудного,
Я стою, как есть, перед Тобой,
На Тебя смотрю, а в сердце рана.
Нет любви и искренности нет.
Жизнь моя была полна обмана,
Падшего, как я, на свете нет.
Как мне оценить Твою заботу,
У меня есть шанс Тебя спросить.
Соберу все силы и воскликну:
Господи, прошу, позволь любить!
Господи, пожалуйста, помилуй,
Господи, пожалуйста, прости,
Попрошу: для грешника слепого
Ты дорогу к счастью освяти.
Божества сияют, словно Солнце,
Вся моя беда всегда со мной.
И скажу себе я: «Ради Бога,
Милостью Твоей вернусь домой».
Сердце стонет от тоски моей,
За свои грехи я так страдаю,
Господи, прости меня скорей.
Все, что я забрал, я возвращаю.
Рад я видеть в храме Божества,
Для меня никак нельзя иначе,
Так склоним же голову, друзья,
В этой жизни мы полны удачи.
Анурадха бхактини N-ск
Начну со своего детства. Дети часто помнят о прошлых воплощениях и, уже будучи во взрослом, обусловленном состоянии, они приписывают все необычное своим фантазиям.
Когда совсем маленькой девочкой я оставалась одна в огромной квартире, за мной приходил сияющий ребенок. Он брал меня за руку, и мы уходили с ним через двери, которые он открывал в стене кладовки. Мы выходили на сияющий луг с невиданными цветами, качелями, где все было наполнено любовью, и проводили там время в забавах и играх с другими детьми. А затем этот же ребенок провожал меня обратно. Я возвращалась в свое маленькое тело и все считала «сном».
Позже, когда мне исполнилось 11 лет, я ехала с родителями в машине. На заднем сиденье лежали пакеты со сливами для компота. Я съела, наверное, целый пакет этих слив и отравилась. Мама очень беспокоилась и говорила, что если не удастся сбить температуру, то они меня потеряют. Несмотря ни на что, температура 41 держалась три дня. А на третий день я вновь увидела ту самую дверь из моих детских «снов» и устремилась туда всем сердцем. Я помнила все места, по которым шла, до мельчайших подробностей. Дойдя до реки, я испытала странное, забытое чувство к ней, словно она моя мать. Затем я пошла по тропинке вдоль этой реки, и мне были знакомы каждое дерево, каждое строение, мимо которых я проходила, осознавая, что это и есть мой настоящий дом. В конце пути я пришла к белому красивому зданию и почувствовала, как Он зовет меня туда зайти. Я зашла в арку и увидела пол в черно-белую клетку, а в конце еще три открытые комнатки с арочными входами. Поднявшись по ступенькам к этим аркам, я оказалась в центральной комнате. На мне была только розово-оранжевая тряпочка до колен, обмотанная вокруг бедер, а в руке длинная палка. Я был санньяси. Ее кончиком я прикоснулся пола, а затем и сам вытянулся на полу, как палка, в поклоне перед Ним. Поднявшись, я увидел две пары стоп — одни белые, а другие — черные. Когда я увидел Их глаза, то не мог оторваться от них, так они были прекрасны. Я почувствовал зов белого Божества и «потонул» в Его взгляде любви. Множество рук со всех сторон засыпали меня красными цветами, и когда цветы скрыли от меня все, что я видел, наступила темнота...
Я открыла глаза уже в совершенно здоровом теле одиннадцатилетней девочки и, вскочив с постели, побежала на кухню, чувствуя сильный голод!
— Мама, я хочу кушать!
Она стала суетиться, мерить мою температуру, недоумевая, как могла так неожиданно пройти моя болезнь!? А я сохранила тайну произошедшего в глубине своего сердца.
Однажды, уже присоединившись к обществу Сознания Кришны, я просматривала документальные съемки для монтажа фильма, меня вдруг пробила дрожь — я узнала места, по которым когда-то ходила во сне в детстве. Я вновь пережила странные чувства и была совершенно уверена, что эти места не относятся к материальному миру Это была деревня в Индии — Вриндаван. А река Ямуна, я узнала Кеши-гхат, Калия-гхат, а самое главное — храм ИСККОН Кришна-Баларам. Только он был уже не белым, а розовым. Внутри ничего не изменилось. Все такие же неописуемо прекрасные глаза Господа Баларамы. Их я могла узнать среди тысяч других. Я хотела вновь оказаться там и вновь обнять их в своем сердце. И Господь милостиво позволил мне поехать в паломничество по Индии.
Я вышла из самолета и почувствовала знакомый аромат, который незримо висел в воздухе. Оказавшись во Вриндаване, я как будто попала в родной дом. Я шла по знакомым местам для того, чтобы проверить себя, чтобы не осталось сомнений в реальности произошедшего со мной ранее. Совершив паломничество вокруг Вриндавана и вернувшись к храму Кришна-Баларама, я узнала все.
В России я пережила сильную разлуку с Божествами Кришны и Баларамы и через три месяца вернулась обратно в святую Дхаму с намерением остаться там навсегда. Совершая в очередной раз паломничество вокруг холма Говардхан, где Господь проводил свои игры с друзьями, я потеряла сознание. Вызвали доктора, и он сказал, что у меня пневмония. Считая это заболевание несерьезным, я пыталась лечиться сама, не думала о том, что могу оставить тело. Но через семь дней я поняла, что мне не выкарабкаться самой, и поддерживать дальше душу в теле слишком обременительно. Я старалась заглушить боль мыслями о различии души и тела, сосредоточиться на повторении Святых Имен, поэтому страх смерти не коснулся меня.
Я смотрела на свое тело, распластанное на деревянной кушетке под москитной сеткой, когда вдруг услышала воспевание молитв, и моя темная каморка наполнилась светом и удивительными звуками. Я увидела тех, кто пел и танцевал вокруг меня. Они светились и были удивительно красивы. А Святые Имена были словно мед, текущий из их уст.
Мой учитель, отделившись от группы танцующих, раскинул руки, приглашая меня подойти к нему. Все было наполнено любовью, пониманием, состраданием ко мне, не было вожделения и зависти. Было ощущение своего естественного положения — слуги Бога. А я... опять был тот же санньяси.
Учитель обнял меня и сказал: «Наконец-то, мы встретились! Как долго я ждал твоего возвращения!» Он повел меня за собой, представляя всем по очереди. Господь смотрел на меня и улыбался. Я поняла, что Он никогда не осуждал, всегда был рядом, что именно Он и есть Любовь.
Он говорил о том, что мне нужно вернуться в Россию, еще не все сделано, что Он планировал для меня, и я могу выбрать, какое тело получить: новое или вернуться в старое. В этот момент я испытала настоящий страх, страх разлуки с Ним и призналась Ему в этом. Он взглянул на меня очень нежно и сказал: «Не бойся, Я всегда буду с тобой и не дам более забыть обо Мне». Он положил руку мне на голову, и страх ушел. Я вдруг все поняла и вернулась в свое старое тело женщины лишь затем, чтобы скорее вновь возвратиться домой, к Нему.
Сквозь пелену я помню, что меня нашла моя подруга и увезла на рикше в госпиталь. Там двое суток я лежала под капельницей, а затем заново стала учиться ходить, есть, говорить. Болезни больше не было! В карте мне написали «пневмония», но выписали через два дня.
Я никому не открывала свой секрет. Но если мой опыт поможет кому-нибудь рассеять сомнения в сердце и принять веру в Бога, то я смогу считать себя исполнившей свой долг.