Страница 151 из 170
Несмотря ни на какие трудности, я все свои силы направляю на служение Господу Кришне. Вот почему мне так нравится восьмой стих из Шикшаштаки Господа Чайтаньи: «Нет для меня иного Господа, кроме Кришны, и Он останется Им вовеки, даже, если грубо обнимет меня или разобьет мое сердце, не появляясь передо мной. Он волен поступать, как пожелает, ибо навсегда и независимо ни от чего останется для меня Господом, которому я поклоняюсь».
Салятов Дмитрий Томск
Я и сам не заметил, как стал кришнаитом... В конце февраля 1998-го года я попал на общественно-просветительскую программу «Культура, неподвластная времени».
Я занимался поисками экзальтированного существования, астральными путешествиями и был очень доволен своими достижениями в сфере тонкой материи. Поэтому на лекциях для меня не открылось ничего нового. Но сладкие «шары» раздавали просто уникальные! Вкус — само совершенство! Все бы так и продолжалось, если бы однажды брат не спросил меня:
— Четки нужны???
— Нужны, — ответил я и вручил ему 60 рублей — большие деньги.
Я всегда хотел иметь четки. В детстве даже разобрал бабушкины счеты на бусины, но не знал, зачем. Теперь четки были настоящие, из священного дерева Туласи, крупные и из Индии к тому же...
«Попробую повторять Харе Кришна мантру», — подумал я и начал по кругу в день. Я стал замечать, что она спасала меня из разных сложных ситуаций и этим укрепляла мою веру в Святое Имя.
День, который стал началом постоянной практики, я вписал в дневник астральных изысканий, и на этом все изыскания благополучно прекратились.
Так моя жизнь постепенно обрела новое измерение.
В 1999-м году из Новосибирска приехал Чарудешна прабху, тогда и началась интересная жизнь: «Истоки мироздания», нама-хатты, много студентов,большие планы развития. Учитель существенно углубил мое понимание сознания» Кришны, что и продолжает делать до сих пор.
Так я «потерял» свои лучшие годы, о чем ни разу не сожалел.
Сарасвати Лила деви даси Челябинск
Все началось с того дня, когда я по ТВ увидела концерт индийских музыкантов. Они пели, сидя на полу. Это было странно и странной была их песня — постоянный повтор какой-то фразы. Концерт вызвал у меня не только удивление, но и глубокое чувство какой-то тоски, от чего заныло сердце.
Жизнь шла своим чередом. Я была студенткой, активисткой, комсомолкой и т. д. Летом, вместо трудовой практики в колхозе, я отправилась по путевке в Ленинград. Возвращаясь обратно, я увозила набор открыток и толстую книгу с мудреным названием, которую купила за 20 рублей на Невском проспекте. Откуда мне было знать, что тогда мой духовный учитель был так рядом со мной, в том городе. Но встретиться с ним было еще рано.
Я была довольна жизнью, не страдала, у меня всегда были деньги и возможность получить хорошее образование. Я была удачлива в науках. Однако меня всегда тянуло к эзотерическим вещам. Мне нравился этот таинственный мир нематериального, и я любила читать книги о выходах в астральный мир, о метафизике, хиромантии и т. д. Мои подруги по университету так же увлекались эзотеризмом, и у нас была жажда познать этот мир во всей его полноте, а не только его материальный аспект, который нам, как будущим химикам, в принципе был уже понятен. Хотелось чего-то большего. Я твердо верила в то, что существует нечто, что выше обычного восприятия наших чувств. Всякий раз, когда я открывала купленную в Ленинграде книгу, строки расплывались перед моими глазами, но я знала, что настанет час, и я разберусь во всем.
Однажды, прогуливаясь с подругами на улице, я встретила странных, поющих и танцующих молодых людей. Мы от души посмеялись над их одеждой и прическами, потом спели вместе с ними, ради шутки, их «песню», и подруга пошутила: «Может, присоединимся к ним?», что вызвало новый приступ смеха.
Шло время, продолжалась моя веселая студенческая жизнь, с ее зачетами и экзаменами. Но через два года Господь поставил меня в сложную ситуацию. Смеху пришел конец. Меня ждала расплата за чувственные наслаждения. Ждать помощи было неоткуда. Моя жизнь зашла в тупик, и, переживая душевный кризис, я обратилась к Богу.
Я стала осознавать, что хочу жить духовной жизнью и что мне нужен духовный наставник.
Перечитав множество христианских книг, побывав на многих службах в церкви и не найдя удовлетворения, я, отчаявшись, стала молить небеса со слезами на глазах, чтобы высшие силы дали то, что мне сейчас не доступно. Рука сама потянулась за толстой книгой, которую я привезла из Ленинграда, и я открыла ее. Это была вторая глава. "Душа никогда не рождается и не умирает, а только переселяется из одного тела в другое", — так говорилось в этой умной книге. Боже мой! Это то, что я искала всю свою двадцатипятилетнюю жизнь. Я прочла ее с огромным наслаждением, испытывая огромный восторг от каждой фразы. Я выписала все имеющиеся на тот день книги по данному адресу и одела кантхи-малы. Первые круги на четках давались тяжело, но я не бросала практиковать джапу и читать книги. Сделала алтарик и стала предлагать пищу перед фотографией Радхи и Кришны, ожидая еще чего-то большего.
И вот однажды мне приснились те странные поющие ребята в оранжевых одеждах, а днем я увидела объявление о предстоящей в городе Ратха-ятре, и слезы полились из моих глаз. Я была подобна ребенку, который обрел вновь родной дом. Со всех ног я побежала в парк, к преданным, где встретила моего духовного учителя Шрилу Индрадьюмну Свами, за которым я могла отправиться хоть на край света.
Всю ночь я проплакала. Мне хотелось познакомиться с преданными ближе. Я купила сари у одной индийской студентки, научилась его одевать, изучила храмовые стандарты и отправилась в храм, уже одетая в сари. Так началась моя духовная жизнь.
Сарвадева-Широмани дас Москва
С философией Бхагавад-гиты я познакомился в 1990-м году, когда заканчивал обучение в театральном училище, в Санкт-Петербурге.
В те времена перемен, новых веяний и перестроек я думал о духовности, о Боге. Первым импульсом в этом направлении послужила книга Шри Ауробиндо «Путешествие в сознании».
На пути в институт был небольшой книжный рынок, и там я постоянно видел книгу с названием «Бхагавад-гита». Санскритские тексты меня пугали, а при виде Кришны на колеснице я думал: «Что это за женщина?» Мне казалось все очень сложным. Но, увидев, как преданные у столика продают книги и что-то рассказывают о них, я понял, что это простые, хорошие люди, и взял одну из книг и адрес храма.
У нас в училище по специальности надо было ходить по всем кинотеатрам и смотреть все фильмы. Однажды, теплым воскресным днем, весной или осенью, я уже и не помню, когда все фильмы были просмотрены, и некуда было больше идти, я вдруг вспомнил об этой визитке и решил съездить. Добрался я туда с трудом и опоздал, но, оказалось, что вся программа задерживалась из-за приезда духовного учителя. Сначала был пир, потом лекция. Я задал вопросы про Шри Ауробиндо, все сразу начали хохотать, а мне стало очень обидно. Но Гопал Кришна Госвами мне ответил обстоятельно и серьезно, и я поверил ему.
Большое впечатление на меня произвели ребята, которые там собрались, их общение и темы, которые они обсуждали. Я спросил у них: «Почему нельзя есть лук и чеснок?» Они с улыбкой сказали, что просто не надо есть и все, и я это тут же принял без всяких аргументов: «Действительно, почему бы и нет». Их представление о жизни давало выход «за зону комфорта», выход за пределы себя, того себя, к которому я привык. Это был интересный эксперимент.
К тому времени я уже не пил и не курил. Я сразу организовал в своем общежитии кружок, где с очень большим рвением рассказывал о философии, и на меня приходили посмотреть. Общежитие в шестнадцатиэтажном доме, на берегу Финского залива, занимали музыканты и театралы. Я на своем тринадцатом этаже, возле двух лифтов, на площадке читал мантру. Туда-сюда ходили люди, смотрели на меня и были в шоке. Когда они ждали лифт, то замолкали и оборачивались. Но я читал с закрытыми глазами, и мне было все равно. Туда приходили даже люди из соседнего общежития посмотреть на меня. Они также, затаив дыхание, слушали мою проповедь. Через полчаса я заканчивал, наступала пауза, и кто-то говорил: «Да-а. Во всем этом надо разобраться...». И все уходили в задумчивости. Конечно, моя проповедь была незрелой. Был большой напор, энтузиазм, скорее всего, фанатизм, но еще не было глубокого понимания.