Страница 107 из 170
— Как Вы догадались, наверное, по кантхи-малам?
— Нет, у Вас портрет Прабхупады. И добавила:
— Я читаю его книги, Бхагавад-гиту и Шримад Бхагаватам.
Я решила, что сейчас она, наверное, будет прощаться. Но она меня взяла за руку и стала буквально умолять:
— Пожалуйста, разрешите мне еще немного задержаться у Вас. Можно с Вами поговорить о Кришне? Дело в том, что я уже много лет думаю о Кришне, но не могу говорить ни с кем о Нем. Муж ругает, дети встают и уходят, сестра смеется, они считают, что я не в себе.
Два часа и пятнадцать минут Гулчитай рассказывала мне о Кришне. Мы уже выпили три чайника чая из гирлянд Божеств, съели почти целую банку брусничного варенья, а ее рассказы о династии Яду и истории из «Махабхараты» не кончались. В конце она призналась, совершенно счастливая, что три дня молилась Худога (Господу), чтобы Он дал возможность поговорить хоть с кем-нибудь о Нем. «Вот почему спутались все адреса и номера телефонов», — счастливая, резюмировала она.
Поскольку Гулчитай в храм прийти не могла, то я ее пригласила к себе домой на нашу традиционную встречу. Она обрадовалась, но тут выяснилось, что суббота у нее — самый загруженный день. С утра прием больных, после обеда обход по вызовам. Я огорчилась, но подумала, что, если очень захотеть, то Кришна что-то устроит. Либо график поменяет, либо больничный выпишет. Так оно и случилось. В пятницу вечером она позвонила и сказала, что может прийти к нам, так как уволилась: «Давно хотела уволиться, но не получалось, а тут вдруг все произошло само собой».
В гостях у преданных Гулчитай рассказывала различные хадисы — комментарии Мухаммеда к Корану — и цитировала суры. Но первое, что она сказала, было следующее:
— Вы тоже должны знать, что мы все слуги Господа, но Господь так милостив, что позволяет нам вступать с Ним в отношения друга, родителей, возлюбленного. Это я узнала из книг Шрилы Прабхупады, Вы тоже должны знать об этом.
Через два дня после встречи в разговоре по телефону она призналась, что преданные светлые и чистые души:
— Я сейчас читаю мантру и пою киртан, когда никого нет дома. В конце она сделала еще одно признание:
— Когда я только начинала думать о Боге, это было еще в молодости, я всегда молилась: "О Художоним (О мой дорогой Господь), дай мне увидеть этот мир Твоими глазами, дай мне увидеть этот мир Твоими глазами!"
— Может быть, поэтому Вам и попали книги Прабхупады? — спросила я.
— Да, читать книги Шрилы Прабхупады — значит, видеть мир глазами Самого Кришны.
Гурубхакти деви даси Петропавловск-Камчатский
Это был небольшой участок земли, на котором стоял маленький домик. Те, кто жил в нем, и кто приходил в гости, с любовью называли его «наш Храмик». Окрестным жителям нравились преданные за их доброжелательность, гостеприимство, за их искренние сияющие улыбки, а главное — за вкусные пиры, устраиваемые ими по воскресеньям.
Именно в этом Храмике, расположенном на самом краешке земли, в городе Петропаловске-Камчатском в теплой, дружеской атмосфере и зарождалось мое сознание Кришны.
В то время я была довольно молодой, мамой четырех детей. Мой муж, я и старшие дети как-то легко и радостно приняли сознание Кришны. Муж давал пожертвования в храм, старшие мальчики целыми днями пропадали в храме, а я, взяв младших дочек с собой, тоже служила в храме, как могла. Служения было много: я разбивала цветники на участке, выращивала овощи, делала гирлянды Божествам, с небольшой группой выездной санкиртаны посещала онкологические клиники, психо- и тубдиспансеры. Говорили о Кришне, раздавали прасад, пели, танцевали. Тогда еще вся моя семья была очень счастлива в сознании Кришны.
Потом сыновья с разрешения отца оставили школу и пошли жить в ашрам. В том же году я приняла в сердце своего духовного учителя Шрилу Индрадьюмну Свами.
Мне хотелось полностью отдать себя служению Кришне, и мне тогда казалось, что моя семья мешает мне полностью погрузиться в служение лотосным стопам вайшнавов. Мне, как преданному-неофиту, хотелось сразу и бесповоротно избавиться от всех привязанностей в этом материальном мире. И однажды случилось то, что на всю жизнь болью будет отзываться в моем сердце — я оставила детей, своего мужа и уехала в храм в другой город.
Прошло несколько месяцев. Странное было время: я занималась служением Богу, но на сердце не было удовлетворения. Была постоянная, непреходящая тоска по дому, детям. Преданные по-разному воспринимали мой уход из семьи. Кто-то был согласен, кто-то говорил, что мне нужно вернуться домой и выполнять свою дхарму жены и матери.
И в один прекрасный день я вернулась. Но меня приняли как чужую. Дети отдалились от меня, муж сказал, что лишит меня материнских прав. Ужасно было видеть, как боль, нанесенная ему мною, превратила его из преданного в гонителя преданных, он стал курить и пить. Он заставлял меня есть мясо и пить вино. Из страха, что он может лишить меня детей, я повиновалась ему во всем. Все, что было связано с Кришной, было уничтожено. Он порвал мои кантхи-малы, четки, сари. Я стала бороться за свое сознание Кришны как могла — ходила тайком к преданным, но очень редко. Зашивала маленькие дорожные четки в складку занавески, а Бхагавад-гиту прятала в подушку.
Но самым страшным наказанием для меня были ежедневное «промывание мозгов», которому подвергал меня мой муж — он говорил, что Кришны нет, что Он — миф, Бог для слабых и неудачников... Как я тогда плакала в душе и молила Кришну простить мне мои ошибки, то, что я еще жива и выслушиваю все это, не смея перечить!
Такое положение, вдали от преданных, в постоянном напряжении не могло продолжаться долго. Сердце мое окаменело, сознание осквернилось, я больше не могла бороться в одиночку и однажды, простите меня, Кришна, Шрила Прабхупада, прости меня, Гурудев, я выбросила книги Шрилы Прабхупады, выбросила все письма, написанные мне Гурудевом, я... ушла. Ушла от Кришны, повернулась к Нему спиной.
Мне хотелось начать жить заново, все забыть, попробовать спасти хотя бы остатки той семьи, которая у меня еще была: старший сын уехал, муж ушел. Я оставалась одна с двумя совсем маленькими дочками и сыном, одна посреди жесточайшего экономического кризиса, сотрясающего тогда всю страну и, в особенности, Камчатку. Чтобы как-то прокормить детей, устроилась уборщицей. Мои дочки помнят до сих пор это время — 500 рублей, которые выдавали нам в полгода раз, не могли прокормить четырех человек. Мы часто голодали. Начались болезни. Я получила инвалидность. Дети трогательно ухаживали за мной.
Я стала искать Господа в других церквях: в православной, в церкви евангелистов, баптистов... Я искала Того, Кого сама же отвергла. Сердце мое оставалось пустым и унылым. Так продолжалось долгих шесть лет.
Несколько лет назад мы переехали в Москву.
Однажды я пришла в московский храм Сознания Кришны, но не решилась зайти в алтарную. Походила по территории храма, по магазинчикам, опасливо обходя алтарную комнату. Я очень боялась, что Кришна хитро «поймает» меня снова, и я опять стану ходить в храм, общаться с преданными. Я боялась новых проблем, я боялась, что пережитое вернется снова.
Я хотела забыть о Кришне, и никогда о Нем не вспоминать. Я не знала тогда, что преданный может забыть о Кришне, но Кришна никогда не забудет Своего преданного! Даже уйдя от Него, я, сама точно не сознавая, продолжала оставаться Его преданной. Именно Его я искала все эти годы «скитаний по чужим дворам», в ликах святых на иконах в христианских церквах я искала именно Его лотосоподобные глаза.
Во всех своих проблемах была виновата я одна. Как-то раз я находилась на работе и внезапно почувствовала настойчивое непреодолимое желание пойти в храм и купить книгу. Я была очень удивлена, но этот зов, шедший, казалось, из самого сердца, был настолько сильным, что я, даже не спросив разрешения, вскочила с места и, на ходу надевая пальто, побежала.