Страница 7 из 86
А далее дела пошли и совсем скверно. Немцы подтянули резервы и нанесли контрудар, выбив англичан с занятой территории и даже захватив у них часть исходных позиций. Лишь с огромным трудом, использовав последние уцелевшие ганки, англичанам удалось задержать противника. То есть конечный итог наступления под Камбрэ оказался даже не нулевым, а отрицательным.
«Я жду ответа на поставленный мною вопрос», — сказал один киногерой. Давайте ответим. Могли ли события 20 ноября считаться эпохальным событием? Вряд ли. Да, это был первый в истории пример массового применения танков. Но заметьте: массового, но не массированного. Англичане собрали достаточное количество танков, однако при этом равномерно размазали по линии фронта, вместо того чтобы создать ударный кулак. Впрочем, иначе и быть не могло — главный удар наносила пехота, а танки ее только поддерживали. Так о какой, с позволения сказать, «танковой войне» могла идти речь? Организовать взаимодействие пехоты и танков в достаточной степени британские генералы не сумели, а один из них вообще не пожелал даже заниматься этим. И это было достаточно странно, ведь фактически английские танки выступали в роли вспомогательного пехотного оружия, что-то вроде самоходных батальонных пушек, засунутых в огромные щиты. До самостоятельного рода войск им еще было слишком далеко.
Атаку поддерживала авиация, но действовала она в отрыве от наземных войск. Впрочем, здесь винить некого. Уровень развития средств связи в то время просто не позволял наладить оперативное управление авиацией. Так что внешне все было вроде бы похоже, но по сути к танковой операции англичане пока еще даже близко не подошли.
И последняя злая усмешка судьбы. В ходе этого наступления, по крайней мере, 64 британских танка были сожжены немецкими зенитками. Но самое худшее ждало англичан впереди, когда в следующей войне в бою начали участвовать знаменитые 8,8 cm-Flak 18. Тогда счет уничтоженных танков пошел уже на сотни.
А 24 апреля 1918 года состоялось еще одно историческое событие, которое вряд ли было историческим по причине уж совсем ничтожных масштабов. Неподалеку от французской деревушки Виллер-Бретоннэ произошел первый в истории танковый бой. Причем по странному стечению обстоятельств он оказался злой пародией на то, что происходило в годы Второй мировой войны.
Эта стычка стала результатом начавшегося немецкого наступления под Амьеном. Для помощи своей пехоте немцы выделили 14 своих тяжелых танков A7V, а больше у них и не было. В этом же районе оказались и 10 британских танков, в том числе 7 «уиппетов», 2 «самки» и лишь один «самец» с пушечным вооружением. Напомним, что немецкие танки имели 57-мм пушку. Группа из 3 немецких танков неожиданно натолкнулась на англичан. Результат был вполне предсказуемым, хотя у английского командования он почему-то вызвал шок. Сначала немцы спокойно расстреляли всех трех «самок», не обращая никакого внимания на бессмысленную трескотню пулеметов. Но тут появился «самец», которым командовал лейтенант Ф. Митчелл. Он вступил в бой и добился 5 попаданий из своих 6-фн пушек, подбив A7V. В это время другие немецкие танки беспрепятственно, как на полигоне, сожгли 4 «уиппета». Митчелл сделал по ним несколько выстрелов, после чего обе стороны, полностью удовлетворенные результатами; вернулись на исходные позиции. В начале Второй мировой войны немцы будут так же беспомощно палить по британским «матильдам»…
Глава 2
Что получится, если двое будут делать одно и то же…
11-го числа 11-го месяца в 11.00 в городе Компьене прогремел артиллерийский салют, знаменовавший окончание «войны за окончание всех войн». По крайней мере так полагали устроители торжества, питавшие явное пристрастие к красивым цифрам. После этого наконец-то разошлись пороховые тучи, затягивавшие небо над Европой долгие 4 года. Политиканы, по вине которых началась эта бессмысленная бойня, собрались в Версале и принялись с азартом обсуждать основы мирного договора с Германией. Им мерещилось, что мировая история вновь вернулась на мирные рельсы «чугунки» XIX века и поползет далее все так же неспешно, останавливаясь у каждого придорожного столба. Увы, однажды они уже ошиблись, и ценой этой ошибки стали десятки миллионов трупов. Мы говорим о событиях августа 1914 года, когда попытка разрешить проблемы XX века методами дипломатии XIX века привела к началу мировой войны. А теперь попытка разрешить проблемы первой серьезной войны XX века методами все той же дипломатии века XIX заложила колоссальную пороховую бочку под здание человеческой цивилизации. Однако все эти самовлюбленные ничтожества, эти клемансы, ллойд-георги, орланды и прочие не отдавали себе отчета в собственной глупости. Политические карлики с упоением играли в Венский конгресс 1815 года, занимавшийся трепологией более полугода. Напомню основные даты, чтобы вы могли более ясно представить себе происходящее: перемирие подписано 11.11.18, мирный договор подписан 29.07.19, он вступил в силу 10.01.20 года. Сравните это с Потсдамской конференцией, которая подвела итоги Второй мировой войны в Европе, но продолжалась всего лишь две недели.
Если бы только количество затраченного времени перешло в качество дипломатических соглашений! Увы. Мир изменился после иприта, Большой Берты, «Лузитании» и прочих прелестей минувшей войны. Но политиканы либо не видели этих изменений, либо видели, но упрямо не желали признавать их, и ценой их новой ошибки стала бойня еще более чудовищная, масштабы которой превзошли даже казавшиеся ранее немыслимыми ужасы так называемой «Великой Войны». Мы должны целиком и полностью согласиться с мнением В.И. Ленина, что грабительский и несправедливый Версальский мир сделал новую мировую войну неизбежной.
Впрочем, пока еще гремели трескучие речи про мир без войны, «10 лет без перевооружений» и тому подобные благоглупости. Мы вынуждены напомнить об этом потому, что именно действия этой горстки лилипутов, возомнивших себя вершителями мировой истории, во многом определили пути развития вооруженных сил крупнейших держав, в том числе и танков. Именно этот парадокс — генералы были вынуждены готовиться к будущей войне, притом что эта война считалась невозможной, следует учитывать при анализе происходившего далее. Однако и сами генералы были не без греха, в чем мы вскоре убедимся.
Для начала постараемся проанализировать состояние танковых частей после окончания Первой мировой войны, определим, так сказать, стартовую линию, с которой начался забег в будущее. Впрочем, этот забег проходил более чем странно. Половина участников постоянно оглядывалась назад через плечо, а кое-кто так и вообще пытался бежать задом наперед. И в первую очередь это относится к изобретателям танков — англичанам.
Танки, с которыми страны-участницы завершили войну, представляли собой поистине удивительный набор самых разнообразных конструкций, главным признаком которых было одно — почти ни один из них даже отдаленно не напоминал танк в современном смысле этого слова. Это и неудивительно. В предыдущей главе мы привели примеры использования первых танков, из которых совершенно ясно видно, что фактически перед нами штурмовые орудия. Кстати, французы свои первые танки так прямо и называли штурмовыми орудиями. И добро бы это были орудия! В какую графу втиснуть столь многочисленные пулеметные танки, к созданию которых особое пристрастие питали англичане?! Между прочим, более чем сомнительная полезность всех этих «уиппетов» и «женщин» была доказана уже в годы войны. Особенно показательным был первый в истории танковый бой, состоявшийся 24 апреля 1918 года под Виллер-Бретоннэ. Немецкие A7V совершенно безнаказанно расстреливали британские пулеметные танки, однако на британских конструкторов и генералов это не произвело совершенно никакого впечатления.
Развитие танков в межвоенные годы целиком и полностью определялось тактическими воззрениями господ генералов. Они получили полную свободу действий и могли заказывать именно то, что считали нужным, что может пригодиться в будущей войне. При этом им не мешали никакие пошлые возражения типа «а боевой опыт подсказывает иное». Не было никакого иного боевого опыта, кроме полученного в годы прошедшей войны с использованием крайне несовершенных машин. Технический прогресс, как это обычно бывает, затронул все области жизни человечества, оставив в неприкосновенности только генеральские мозги. Причем это относится даже к так называемым «реформаторам».