Грязные танцы

Дошло до того, что теперь Наташа могла расслабиться только после ухода Анны. Телефон звонил редко. Ее пугали эти звуки. Никогда на проводе не было Джоффри, и Наташа ненавидела себя за то, что ей хотелось, чтобы это оказался он. Девушка утешала себя мыслью, что ей просто не хватает компании, так как теперь у нее не было подруги.

Чтобы чем-то заполнить пустоту, Наташа пыталась читать. В свое время девушки собрали пеструю библиотеку, состоящую из книг серии «Сам себе психолог», женских романов, разных дайджестов и других популярных изданий. Наташа не преуспела в чтении, откладывая книги в сторону, не одолев и нескольких страниц. Чтение в тишине ее угнетало, но если девушка включала музыку, та ее отвлекала. Наташа смотрела телевизор, но передачи заканчивались, а Анны все еще не было дома, безмолвие квартиры преследовало ее.

– Мне так одиноко, – сказала она в пространство комнаты. – Мне так одиноко, что я разговариваю сама с собой!

На случай если Джоффри вдруг позвонит в понедельник, Наташа приготовила язвительную, но исполненную достоинства речь, еще раз сделав ударение на том, что она выбрала определенный курс и любое отклонение от него будет предательством собственных убеждений. В заключение она добавит, что любые попытки заполучить ее назад будут тщетны. Во вторник Наташа горела желанием дать Джоффри шанс. В среду она посоветовала бы ему отправляться к черту В четверг могла бы признаться, что единственное объяснение всем этим противоречиям заключалось в том, что она влюбилась.

Но Джоффри не звонил.

В пятницу утром Наташа проглядела телепрограммку в предвкушении очередного субботнего вечера дома. Ничего ей не приглянулось.

«Моя ошибка в том, – сказала она отсутствующей Анне, – что я зациклилась на одном-единственном друге. Теперь ты встретила мужчину, который тебе искренне нравится, и ты, естественно, желаешь проводить с ним как можно больше времени. Это прекрасно, но…»

Наташа решила, что следующим вечером она пойдет куда-нибудь со Стефани и Николой. Девушки постоянно звали ее с собой, с тем только условием, что они не пойдут в «Аполлон».

Она рано легла спать, но не могла заснуть достаточно долго, так что слышала, как вернулись домой Анна и Ричард.

Наташа пыталась обдумать, что она наденет завтра, потом представляла свое путешествие в город в одиночку. Она прикидывала, о чем бы они могли разговаривать и понравится ли ей ночной клуб, в который они ее пригласят, – наверняка там будет полно парней и девушек существенно моложе ее. И тогда она решила покориться неизбежности и остаться дома.

За завтраком Наташа сидела за столом вместе с Анной и Ричардом. Анна уже оделась для работы, в то время как Ричард оставался в том, во что был одет вчера вечером. Пара посчитала себя обязанной вовлечь Наташу в разговор. Когда все были в машине, они обсудили, как им провести вечер. Ричард спросил о Наташиных планах.

Она ответила, что куда-нибудь пойдет.

Анна никак это не прокомментировала.

По прибытии на работу Наташа спросила двух подружек, куда они собираются сегодня и берут ли с собой своих приятелей.

– Нет, мы сегодня сами по себе, – ответила Стефани. – Так что будем развлекаться!

– Пойдете в ночной клуб?

– Конечно!

– А в какой? – стало ясно, что Наташа интересуется неспроста.

– Мы обычно плывем по течению, – сказала ей Никола.

Наташа внимательно подбирала слова для следующей реплики:

– А мы всегда ходили в «Аполлон», но теперь Анна встречается со своим другом.

И они позвали Наташу с собой.

Весь оставшийся день Наташа надеялась, что Анна спросит ее о планах на вечер. Анна видела, как Наташа разговаривает со Стефани и Николой. К раздражению Наташи, даже сами девушки, которые всегда были достаточно болтливы, ничего не поведали о своих намерениях Анне. Наташа теперь была убеждена еще больше, что в ее стремлении непременно выйти в свет, пожалуй, не было никакого смысла.

Дома Анна и Наташа избегали друг друга. Ближе всего они подошли к понятию «диалог», когда каждая включила музыку в своей комнате так, чтобы заглушить звуки, доносящиеся из соседней.

После того как в семь Ричард заехал за Анной, у Наташи еще осталось время побыть дома. Она присела, уже одетая и с макияжем, и, пожалуй, осталась бы, если бы не боялась, что очередной субботний вечер дома не является прелюдией к череде долгих одиноких субботних вечеров перед экраном телевизора.

– Почему ты даже не попрощалась со мной? – громко сказала Наташа.

Но даже от воображаемой Анны она не услышала ответа.

Когда девушка уже собиралась вызвать такси, она услышала стук в дверь.

Заменив собой Джанетт, Наташа освободила Джоффри от его одержимости. Но он чувствовал себя так, будто променял корь на ветряную оспу.

Джоффри уже начал смиряться с тем, что ему не удастся встретить женщину, которую бы он любил и получал взамен равное количество любви, но он все еще цеплялся за надежду. Все еще боролся.

Джоффри вроде бы предусмотрел все возможные реакции Наташи, когда девушка откроет дверь и обнаружит его. Некоторое время эти мысли отвлекали парня, но, когда он постучал в дверь, его заполнил страх, который так парализовал Джоффри, что он не смог развернуться и убежать (это внезапно стало его самым заветным желанием).

– Я целую неделю собирал все свое мужество, чтобы прийти к тебе. Все, о чем я думал, – это ты, – начал Джоффри.

– Ну и напрасно, – огрызнулась Наташа. – Я не скажу тебе ничего такого, что бы отличалось от того, что ты услышал в «Аполлоне».

– А ты не думаешь, что тебе следовало бы дать мне еще один шанс?

Наташа перевела дыхание и помедлила с ответом, чтобы он прозвучал так, будто это только что пришло ей на ум.

– Я думала об этом, но не пришла ни к какому выводу. Джоффри, ты мне нравишься. Но я приняла определенное решение и не настроена его менять. Слишком часто в своей жизни я намеревалась сделать что-то, но потом моя решимость таяла. Если я снова допущу это, я предам саму себя, а я не хочу, чтобы это случилось. Послушай, в любом случае я собиралась уже уходить, как ты видишь, и я не хочу опаздывать.

– Но – начал было он.

Наташа прервала Джоффри, и он был этому рад. Слово «но» было произнесено с отчаянием побежденного – полная противоположность тому впечатлению, которое парень хотел произвести.

– Нет. Я не хочу, чтобы кто-то из нас вымолвил еще хоть слово! Тебе лучше уйти. Все закончится тем, что ты испортишь мне настроение, а мне это ни к чему. Я достаточно уже страдала, а сегодня я настроена развлекаться.

Джоффри попрощался и ушел. Наташа вызвала такси. Пока девушка ждала, она слегка испугалась, что получила удовольствие, ранив Джоффри. Но тут же порадовалось, что причинила ему боль: он это заслуживал за то, что не был достаточно упорным.

Глава тридцать третья

Наташа ожидала увидеть Стефани и Николу, одетыми как обычно – в брюки и обувь на низком каблуке, намеривающихся только выпить и потанцевать. Когда обе появились в коротеньких юбках и топиках с открытой спиной, Наташа сразу сообразила, что девушки, несомненно, находятся в процессе поиска новых мужчин. Обе были на высоченных каблуках, совершенно не пригодных для танцев. Наташа не обсуждала с девушками, во что они будут одеты, поэтому сама нарядилась в брюки и простой белый кардиган. Она почувствовала себя учительницей, присматривающий за детками на школьной дискотеке.

Ничто не удивило Наташу нынешним вечером. Стоило ей открыть рот, и она ощущала себя пенсионеркой, докучающей разговорами молочнику. Хотя девушки вежливо делали вид, что их это интересует, кивая и даже вставляя свои реплики, где это было удобно, их взгляды постоянно сновали по помещению в поисках мужчин.

Наташу поразило, как девушки принимали комплименты, какими неопытными они были в отваживании разных идиотов и как жаждали новых знакомств. Эти девушки не могли заменить Анну. Наташа, конечно, и не ждала, что они ее заменят, но надеялась, что вместе они хотя бы смогут повеселиться. Возможно, молодые теперь не умеют веселиться, подумалось ей, и она немедленно услышала голос Анны в своей голове: «Не могу поверить, что ты это сказала. Ты, старая кошелка». И хотя Наташа улыбнулась в ответ на эту воображаемую реплику подруги, каждый собеседник ее возраста, с кем удавалось поговорить, подтверждал ее ощущения. Она наткнулась на женщину, с которой вместе ходила в школу. Наташа была шокирована, какой старой та ей показалась, и испугалась, что женщина то же самое могла подумать про нее.