Страница 103 из 249
6 О них сообщала зальцбургская Еигорае1$сНе ХеИшщ («Европейская газета») от 6 августа
1865 г. См.: йешзсНОок. 8.47.
В XVIII веке публичные «академии» были распространены и в Италии, причем программы их нередко становились «сборными» — с участием разных исполнителей. Программа одной из таких филармонических академий в Мантуе 16 января 1770 года весьма типична для того времени. Выступления Вольфганга чередуются с появлением на сцене неких местных «профессоров», однако в афише недвусмысленно подчеркнуто первенство Моцарта: указано, что концерт состоится «по случаю прибытия юноши, обладающего величайшими познаниями». Из произведений Вольфганга только начальная и заключительная симфонии были разучены с инструменталистами заранее. Все остальное — импровизация и чтение с листа. И то и другое — в самых разных жанрах и формах. В общей сложности Моцарт за один вечер сыграл предложенный ему концерт для клавира с оркестром, сонату для чембало (и тут же транспонировал ее в другую тональность) и партию скрипки в чьем-то трио. Кроме этого он импровизировал две сонаты и вариации на заданные темы, арию «на слова, прежде им не виденные», фугу и симфонию — на заданную скрипичную партию3.
Несмотря на то что Моцарта уже трудно было назвать вундеркиндом — он имел профессиональный статус и европейское реноме, был автором нескольких опер, множества инструментальных опусов, — ставка во время выступления по-прежнему делалась на чудо, а основной целью оставалось стремление поразить публику. По-видимому, слушателям было не так уж важно, что он играл, гораздо важнее — как (с листа, импровизируя и пр.).
В том же ряду, видимо, можно рассматривать и знаменитое состязание Моцарта и Клементи, которое состоялось по распоряжению Иосифа II 24 декабря 1781 года при дворе в Хофбурге в присутствии великой княгини Марии Федоровны (супруги будущего императора Павла I), гостившей тогда в Вене. Это событие довольно подробно описано в литературеь, хотя до сих пор иногда вызывает споры. Многих настораживает горячая реакция Вольфганга на игру итальянца в письмах к отцу, где он утверждал, что, несмотря на очевидную техническую оснащенность, у Клементи «нет ни на крейцер чувства и вкуса», и назвал его «голым механиком»0, словно был уязвлен превосходством соперника. Тон Моцарта способен ввести в заблуждение, особенно в сравнении с благожелательной оценкой самого Клементи: «Я до тех пор не слышал никого, в чьей игре было бы столько ума и грации»01. Надо, однако, иметь в виду, что Моцарт высказывался по горячим следам, не остыв от соревновательного пыла, тогда как Клементи вспоминал обо всем этом значительно позднее.
Музыкантам было предложено импровизировать, затем Клементи сыграл сонату и токкату, Моцарт — вариации. Кроме того — сонату Паизиелло рпта уШа (Моцарт первую часть, Клементи — медленную и рондо). Император предложил тему для совместных вариаций, «которую мы должны были варьировать, аккомпанируя друг другу по очереди»'. Иосиф II остался чрезвычайно доволен сорев-
а Оеи&сИОок. 5.96. Программа мантуанского концерта приведена также в: Аберт 1,1.С.206—207.
Ь Аберт I, 2. С. 386—388.
с Письмо от 12 января 1782 г. — Впе/еОА III. 5. 191.
(1 Из статьи Л. Бергера о М. Клементи, опубликованной в журнале СасШа. Матг, .1иП
1829. — ВеШзскйок. 5. 464.
е 1Ы6. В письме Моцарта говорится, что тема для этих вариаций была выбрана Иосифом II
из сонаты Паизиелло — Впе/еОА III. 5. 193.
го
О
>,
Н
й.
О
Р0
н
о
<13
Он
о
и
н
нованием, свидетельством чего может служить запись в дневнике Цинцендорфа, сделанная 5 декабря 1782 года, то есть почти год спустя: «У графини Перген. Оставался до 9-ти, но затем должен был уйти, поскольку прибыл император, который не прекращая твердил о музыке, о состязании Моцарта и Клементи»3. Как видно, впечатление оказалось неизгладимым. О том же говорят и 50 дукатов, отправленные Иосифом II Моцарту в качестве вознаграждения — сумма весьма внушительная, фактически, половина моцартовского годового оклада в Зальцбурге!
«Дуэль» виртуозов имела продолжение. Клементи пробыл в Вене почти полгода, до начала мая. И он, и Моцарт планировали дать большие сольные академииь. Моцартовская состоялась 3 марта 1782 года, Вольфганг исполнил свой Концерт КУ175 с заново дописанной третьей частью (Рондо КУ 382), долго импровизировал и имел шумный успех. Клементи же в итоге покинул Вену, так ни разу и не выступив в большом публичном концерте. Позднее он делился своими воспоминаниями с берлинским композитором Людвигом Бергером: «Более всего меня поразило Аба^ю и множество вариаций, которые Моцарт импровизировал». На вопрос Бергера, обращался ли Клементи уже тогда с инструментом в своем теперешнем стиле (беседа состоялась в 1806 году), он ответил отрицательно и добавил, что «в те ранние времена предпочитал развивать навыки большой, блестящей игры, в особенности двойные пассажи и импровизационные вставки, и только позднее освоил певучий, благородный стиль, внимательно слушая тогдашних знаменитых певцов и используя постепенные многочисленные усовершенствования в фортепиано (особенно английских), чья конструкция ранее имела недостатки, почти полностью исключавшие певучую, связную манеру исполнения»1".
Соревнование с Клементи стало лишь небольшим эпизодом мо-цартовской биографии. Более серьезное значение имели регулярные публичные концерты взрослого Моцарта, а именно его венские абонементные серии в 1783-1788 годах. Вольфганг весьма детально сообщал о них отцу, так как они были наглядным свидетельством его творческого и финансового успеха.
Во время Великого поста и Адвента (месяц до Рождества) оперные спектакли не проводились, поэтому немало артистов оказывались без работы и могли распоряжаться своим временем11. Чаще всего концерты устраивались в театрах — Бургтеатре и Кернтнертор-театре. В этом случае учредитель концерта (сам исполнитель или импресарио) брал все финансовые риски на себя. Обычно объявлялась подписка на серию концертов, но бывали и отдельные концерты-бенефисы, к участию в которых приглашались коллеги, и «сборные» академии. Помимо собственных концертов Моцарт, например, несколько раз выступал вместе с Алоизией Ланге:
> Вчера моя свояченица Ланге давала академию в театре, где я тоже
играл один концерт [КУ175 с новым финалом]. Театр был полон до отказа, и здешняя публика снова принимала меня так чудесно, что это доставило мне истинное наслаждение. Я ушел, но аплодисменты все
а ОеШзсНйок. 8. 184.
Ь См. Письмо от 23 января 1782 г. — Впе/еСА III. 8. 194.
с ВеиКсНОок. 8. 464.
с! О венской концертной жизни см.: ВоЬЫпз Ьапёоп Н. С. Могап. ТЬе воИеп уеаге 1781—1791.
не прекращались, и я вынужден был повторить рондо. Был настоящий шквал. Это хорошая реклама для моей академии, которую я дам в воскресенье 23 марта. [...] Ложа Глюка была рядом с Лангами0.
Концерт 23 марта 1783 года также имел оглушительный успех. На нем присутствовал император Иосиф II:
> Он был доволен и громко аплодировал. У него есть правило посылать деньги в кассу до прихода в театр, иначе я с полным правом мог бы рассчитывать на большее. Его восхищение не знало границ, и он послал мне 25 дукатовь.
Выдержка из письма Моцарта к отцу показывает, что публичный концерт до некоторой степени уравнивал его посетителей. Император, несмотря на свой абсолютно исключительный статус, как и все простые смертные, посылал деньги в кассу, то есть покупал право присутствовать в зале. Всего за такой концерт Моцарт получал около 300 дукатовс.