Страница 78 из 78
Далее, на основе этого проекта должна быть развернута широкая идеологическая платформа, которая соберет максимально развернутый спектр оппозиционных Системе сил. В таком случае эта идеология получит успех, став доминирующей формой политического самосознания мировой диаспоры. Но и диаспора, в свою очередь, превратится в лидера, в авангард угнетенных и обездоленных, выражая интересы не только перемещенных лиц, но и автохтонов, угнетаемых на своей собственной почве.
Структурирование диаспоры как авангарда угнетенных и обездоленных должно протекать как создание по всему миру сети советов, представляющих собой зерна альтернативного источника власти. Эти советы вберут в себя наиболее пассионарный элемент диаспор, причем частью диаспоры неизбежно станут и антисистемные элементы из автохтонной среды. Проще говоря, человеку, для того чтобы войти в диаспору, не обязательно быть перемещенным лицом, инородцем. Появившись на свет и живя безвыездно в своем собственном городе, он может сознательно усвоить диаспорное сознание как способ вхождения в мировой политический авангард, противостоящий Системе.
Советы, развернутые по всему миру как сеть автономных центров самоуправления, вместе с тем координируются на базовом уровне единой идеологической платформой и общими задачами. Однако необходима и практика делегирования на более высокий уровень представителей советов, для того чтобы практическая ежедневная координация осуществлялась в масштабе стран, регионов и в конечном счете всего мира. Только тогда такая организация диаспоры сможет начать деятельность по конкретному блокированию (изолированию) международной бюрократии, контролю над слабейшими звеньями национальных местных бюрократий, что, в свою очередь, должно повести к изолированию властных кланов суперэлиты, которая проводит свои проекты по методологии «клубного влияния». Клубы и наблюдательные советы транснациональных корпораций — вот те центры, через которые происходит координация воздействия со стороны сверхэлиты на политический менеджмент большого социума.
Поэтому следующим этапом после блокирования бюрократических структур должно стать создание антагонистических условий для деятельности транснациональных корпораций в разных районах мира.
Решение этих задач открывают возможность достичь целей, которые в метафизическом проекте стоят перед мировой оппозицией.
Цели Интернационала нового типа
Жесткая и прозрачная организация древнего общества в форме классической пирамиды, каковой была открытая иерократия (власть жречества), сменилась более изощренным и гибким построением социума, дающего правящему классу неизмеримо большие возможности и неизмеримо более высокий уровень отчуждения как материальных, так и тонких ресурсов от угнетаемых масс. Переход к броуновскому движению огромного человеческого муравейника, заключенного между двумя полюсами сверхбогатства и сверхбедности, не означает, что речь идет теперь о какой-то другой, нежели пирамида, геометрической фигуре. Просто все промежуточные этажи пирамиды превратились в ее нижнюю базу, и произошел полный разрыв социальной солидарности между верхушкой и обслуживающим ее политическим аппаратом, привилегированной частью среднего класса, нуворишами, которые откупаются от сверхэлиты частью случайно наворованных богатств и т.д. Сверхэлита успешно противопоставляет себя всем слоям общества, которые включены в луч несвободы. От этого метапирамида господства становится только стабильнее.
Перед лицом субъекта тирании — одного и того же сквозь тысячелетия истории и меняющиеся цивилизационные формы — силы мирового протеста до сих пор носили аморфный противоречивый характер. Маркс остро чувствовал необходимость субъектной фиксации того социального противостояния, которое разлито в человечестве, захватывая практически все слои населения (ведь известно, что многие лидеры социального протеста происходят из обеспеченных и образованных слоев общества).
Однако определение этого субъекта сопротивления в качестве пролетариата было если не безусловной ошибкой, то, в любом случае, временной мерой, созданием суррогата. Не было ни одной успешной социальной революции, в которой пролетариат играл бы сколько-нибудь значительную роль. А там, где играл, революции кончились поражением!
Успешные революции осуществляются более или менее структурированными кадрами контрэлиты, которая осознает в данное время и в данном месте свое субъектное начало и призвание противостоять Системе. Задача сегодня заключается в том, чтобы мировая контрэлита осознала себя как глобального антисистемного субъекта оппозиции, генерирующего политическую волю к конфронтации с харизматическим кланом правителей («синтетическим фараоном») и способность делегитимизировать его в сознании и в сердцах подавляющего большинства простых людей.
Интернационал есть первый шаг к организационному оформлению мирового субъекта противостояния Системе, который ставит вопрос в первую очередь не о переделе материальных благ, как бы несправедливо они ни распределялись, но о взятии высшей политической власти в интересах контрэлитного типа сознания, которому должна принадлежать будущая история человечества.
Очевидно, что, формулируя цели нового Интернационала, надо исходить из возможностей типа “минимум”, “медиум” и “максимум”. Реализация минимального уровня предполагает, что Интернационал нового типа добивается уровня влиятельности, сравнимой с влиятельностью Коминтерна середины 20-х годов. Коминтерн в то время опирался на ресурс Советской России, которая еще не стала сталинской, т.е. не превратила Коминтерн в орудие своих имперских амбиций, а, напротив, еще продолжала работать на него как на штаб мировой революции. У Интернационала нового типа такой Советской России уже нет и в обозримом будущем не предвидится. Именно диаспора, руководимая контрэлитой, оформленной во всемирную сеть советов, и должна компенсировать тот организационный и силовой ресурс, который воплощался в первом государстве победившего социализма. Преимуществом диаспорного варианта является отсутствие угрозы перерождения партийной госбюрократии из революционеров в национал-большевиков, а позднее — просто великодержавных империалистов со всеми горбачевско-ельцинскими последствиями. Исторический опыт показывает, что делать мировую революцию, исходя из победы антисистемных сил в отдельно взятой стране, невозможно: интересы национальной бюрократии всегда берут верх над интернациональными целями, которые опасны в своей реализации для шкуры любого местного аппарата.
Если этот минимум достигнут, открывается перспектива на достижение медиум-цели: Интернационал нового типа становится альтернативным мировым правительством. Это означает, что любому политическому движению со стороны международной бюрократии, за которой стоит сверхэлита футурократов, новый Интернационал способен противопоставить аналогичное контрдвижение, которое фактически разрушает контроль со стороны Системы над общим ходом мировой истории. Само по себе это уже создает предпосылки для глобального кризиса, который необратимо переходит в экономический и социальный хаос, без шансов стабилизации силами международного менеджмента.
После этого открывается возможность начать управляемую мировую революцию, в ходе которой новый Интернационал берет власть в мировом масштабе, оказываясь впервые в истории человечества штабом управления миром со стороны униженных и обездоленных, без этнических и почвенных различий и не используя больше бюрократические государства как инструмент планетарной политики.