Страница 86 из 111
Наконец Эрик все вспомнил; и тут перепуганный насмерть Алоизиус увидел, как проклятый трубадур, протягивая руки, бросился навстречу незнакомцам. А они, улыбаясь, уже горячо пожимают эти протянутые руки. И в их улыбках нет ничего сатанинского, вовсе нет!
Сидя в своем углу, Алоизиус бормотал молитвы, перемежая их протяжными и жалобными стонами. Он каялся во всех своих грехах, впрочем, избегая говорить о главном — о своем преступлении против человечности.
Эрик был счастлив. Он жив. И эти двое… он их узнал! К нему подошла женщина. Ее странный костюм мужского покроя выгодно подчеркивал грациозность фигуры и соблазнительные формы, переливался светом, и при каждом ее движении вспыхивал алмазными блестками, подобно тысячам ослепительных звезд. Она взяла Эрика за руку и повела за собой. Он охотно подчинился. Она подвела его к одному из круглых окон.
— Смотри!
И на этот раз ее голос прозвучал у него не в ушах, а в сознании.
Прижавшись носом к прозрачной, как кристалл, перегородке, он стал смотреть.
Это было ослепительное зрелище!
Он увидел звезды. Это были яркие звезды, но не такие, какие он видел чарующими ночами, когда шел через леса и поля к своей Иолане и, едва касаясь струн цитры, сочинял по пути все новые романсы, предназначавшиеся только ей одной.
В роскошной бархатной тьме были рассыпаны сияющие солнца удивительного цвета, как потоки сверкающих драгоценных камней из сокровищницы сказочной волшебницы, которые стерегут волшебные драконы.
А эти круглые шары? Что это? Они переливаются необыкновенным светом. Один из них кажется ближе других, хотя Эрик пока еще не может правильно определить расстояние. Такой красивый голубовато-зеленый шар, слегка мерцающий в темноте.
В это время спутник прекрасной незнакомки пригласил Алоизиуса подойти, чтобы тот тоже мог насладиться этим грандиозным спектаклем.
Монах, все еще дрожа, жестом оказался.
Тогда два демона, или кто там еще, приблизились к Алоизиусу, одной из своих четырех рук легко подняли его и, стонущего и вырывающегося, понесли к круглому окну.
Монах был ослеплен. Так же, как Эрик, он услышал внутренний голос:
— Неужели это похоже на врата ада?
Уверенный, что новые друзья (ведь это были друзья!) услышат его и поймут, трубадур ответил громко:
— О! Мне кажется, это больше похоже на рай!
Услышав это, Алоизиус вздрогнул, как большая жаба, но в глубине души не мог не признать, что это прекрасно, даже более чем прекрасно — это великолепно. И при этом он был уверен, что все это, разумеется, очередная дьявольская западня.
А в это время прекрасная незнакомка (Эрик никогда не смог бы забыть Иолану, но был очарован этим открытым красивым лицом, которое украшали чудесные глаза переливающегося цвета — такие не встречаются на Земле), прекрасная незнакомка указала на ближайший освещенный шар. Она объяснила, и это одновременно мог слышать инквизитор, что этот шар — планета Земля, откуда они родом, а сейчас они летят в открытом космосе.
— Богохульство! — проворчал Алоизиус. — Земля не может быть круглой. В Священном Писании нет ни слова об этом…
Эрик увидел, как его новые друзья засмеялись, и сам от души рассмеялся, даже не поняв причины смеха. Чем дальше, тем легче и спокойнее он себя чувствовал.
На монаха, обвиняющего всех и вся в ереси уже никто не обращал внимания, и любезная хозяйка предложила (если она и говорила на незнакомом языке, в голове Эрика происходили какие-то мгновенные процессы, и он понимал все):
— Сейчас необходимо вас осмотреть и подлечить. Идемте!
Она повела Эрика, за ними следовал ее спутник. Что касается Алоизиуса, то у него не было выбора, и он двинулся следом, зажатый с двух сторон металлическими, демонами, которые составили ему если не почетный, то неколебимый эскорт.
Все покинули комнату в форме полумесяца, прошли по коридору, стены которого были из того же материала, излучающего голубоватый свет. Еще одна дверь.
Изумленный Эрик заметил, что, в сущности, никаких дверей вовсе не было, просто в стенах, по мере продвижения их группы, немедленно открывались прямоугольные отверстия. Из любопытства он попытался заглянуть за эти “двери”, но они моментально закрывались так, что даже не оставалось следов, где они только что перешагнули порог.
Новая комната. Очень большая. Здесь — новые демоны из металла, а также другие незнакомцы обоих полов, затянутые в блестящие костюмы. Все приветливо улыбались. Алоизиусу, естественно, казалось, что это дьяволы, а Эрик думал, что он попал в компанию ангелов.
— Сначала вы примете душ, — объяснила красивая чичероне, а затем мы проведем полное медицинское обследование, чтобы определить, в каком вы состоянии и нужно ли вас лечить… После этого можете есть, спать вплоть до прибытия на Тераклу.
Теракла?
Эрик не очень-то понимал, что с ним будут делать, но не задавал никаких вопросов. Какая разница! Он доверяет этим любезным хозяевам!
Алоизиус был другого мнения, тем более, что в этот момент их повели к двум узким кабинам, совершенно белым изнутри и снабженным приборами, назначения которых Эрик не знал.
— Раздевайтесь! — предложила хозяйка. — Вот увидите, душ вам понравится!
Эрик не колебался и сделал было движение, чтобы стащить с себя этот позорный балахон, но тот был завязан у него на шее. Демоны тут же оказались рядом и помогли ему сбросить рубище. Он остался в том, чем его наградила природа.
С Алоизиусом, который отказывался раздеваться, поступили точно так же, и его вопли и протесты еще долго раздавались в помещении, вдоль которого вытянулись загадочные кабины; две из них предназначались для землян.
Оказавшись голым, Алоизиус почувствовал себя очень скверно. Эрик смотрел на него с гадливостью и состраданием. Жалкое зрелище! Худоба монаха была ужасна, кроме того, он носил на теле стигматы своего ордена и следы умерщвления плоти, которые, может быть, и сделали его в конце концов ненавистником всего живого.
Монах, со своей стороны, тоже; смотрел на обнаженного Эрика и кусал губы. Хотя Эрик и был еще юношей, его мускулы уже стали принимать мощные и в то же время гармоничные очертания. Нехороший огонь зажегся в глазах монаха, привыкшего больше изгонять видения наготы, которые преследовали его по ночам, чем созерцать их. У него перехватило дыхание. Сейчас он больше, чем когда-либо, сожалел, что уже не сможет бросить в огонь эту плоть, способную вызывать желание.
Друзья Эрика не обращали ни малейшего внимания на душевное состояние монаха. Эрику предложили занять место в одной из кабин, и он с удовольствием последовал приглашению. Алоизиуса металлические демоны затолкали силой. Затем их задернули прозрачной гибкой занавеской, какой Эрик никогда еще не видел.
Спутник красавицы-незнакомки включил какой-то прибор.
Глава 6
Эрик часто купался в реке, поэтому был немало удивлен, когда прекрасная подруга пригласила его искупаться в этой узкой, блистающей чистотой кабине. Эрик, разумеется, не знал ее названия, так как в его эпоху их еще не придумали, но он полностью доверял своим хозяевам.
Скоро на его голову посыпался теплый дождь, потом ручьем полился по всему телу. Вода была нежной, теплой, благоухающей; она навевала негу, и Эрик, закрыв глаза, полностью отдался этому наслаждению, вызывая в памяти перламутровое тело Иоланы, которая теперь была так далека от него.
Эти ощущения и мысли, соединившись, очень скоро пробудили его мужское начало. Эрик потешался при мысли, что в соседней кабине брат Алоизиус, наверное, испытывает то же самое и приходит в ужас, думая, что это дьявол вселился в его тщедушный организм.
Снова послышался приветливый голос молодой женщины в блестящем костюме.
Действительно послышался? Или это опять передача мыслей?
Но фраза прозвучала совершенно ясно:
— Все нормально, Эрик… сейчас ты высохнешь!
Эрик все еще чувствовал на своем теле ласковые и такие приятные струи воды, но вот подул легкий ветерок, идущий, казалось, со всех сторон этой тесной кабины. Ветерок был нежный и успокаивающий. И скоро Эрик совершенно обсох. Мягкая занавеска отодвинулась, и он выбрался из кабины. Из соседней кабины вытаскивали совершенно ошеломленного Алоизиуса.